— Интернет, — только и сказал Лукас.
— Шантажист, — ответила Ники.
— Ники, зайдите ко мне, когда найдется свободная минутка, — добавил Рауль.
Через десять минут Ники уже стояла в кабинете на ковре, очень дорогом ковре, как отметила про себя девушка.
— Хватит рассматривать ковер, — прервал ход ее мыслей Рауль. — Что вы творите? Мы договаривались, что вы будете заниматься с моим сыном английским, а вы носитесь по дому как индейцы!
— Ну так договоритесь с кем-нибудь еще, раз я вас больше не устраиваю, — смело ответила Ники. Она узнала от отца, что он нашел надежного инвестора, который поможет на первых порах встать на ноги, а значит, можно не бояться потерять расположение Рауля, ведь дела налаживаются.
— Вы так смелы оттого, что узнали от отца про инвестора? — спросил Рауль, и Ники поняла, что это его работа.
Вместо того чтобы поразмыслить, а почему он это сделал и зачем вообще Раулю заниматься фермой ее отца, помогать ему, Ники почем-то восприняла эту новость неадекватно.
— Так это вы?! — возмущенно спросила она. Можно было подумать, что она узнала о предательстве близкого друга.
— Да, я. Так что не расслабляйтесь и продолжайте занятия, у вас еще два месяца впереди.
Ники выскочила из кабинета и пошла к себе, аппетит у нее окончательно пропал, и она решила не выходить к обеду.
Через пять минут в дверь постучала Элизабет и занесла поднос, от которого исходил такой аромат, что у Ники слюнки потекли. А ведь она думала, что аппетит у нее пропал.
— Сеньор Винсенте сказал, что вы захотите обедать у себя.
В один прекрасный день Ники решила устроить себе выходной и поехать в Лиссабон, причем обязательно одна, да так, чтобы никто не знал, где она и зачем. Список дел был чрезвычайно коротким, в нем было одно лишь слово: отвлечься. Для Мэгги, к примеру, это значило бы оставить своего нынешнего бойфренда и встретиться разок с одним из бывших, с кем «все» было, и это «все» было очень хорошо. А для Ники отвлечься значило сходить в музей, на концерт симфонической музыки, в крайнем случае пойти в кино, но только на хороший фильм, а хороший фильм, в ее понимании, это такой фильм, который обязательно несет смысловую нагрузку. Мэгги смеялась над этой фразой.
— Ники, мой шеф весит восемьдесят килограммов, бывший бойфренд семьдесят. Как ты думаешь, чья смысловая нагрузка была больше? И заодно ответь: больше значит лучше?
Манера подруги сводить все к примитивным инстинктам иногда выводила Ники из себя. Но дуться на Мэгги больше пяти минут было невозможно, потому что она сама сразу же забывала, о чем шла речь. Говорят, у рыб объем памяти около тридцати секунд, а у Мэгги эта величина порой равнялась пяти минутам. Маловато для миллионов лет эволюции.
Итак, Ники была в Лиссабоне уже рано утром, когда солнце еще не успело набрать своей испепеляющей силы. Боже, какое счастье, когда ты предоставлена самой себе! — подумала Ники и направилась прямиком в кафе, где варили просто изумительный кофе, а это утро стоит начать именно с него.
— Кофе, пожалуйста, и два пончика, — сказала Ники подошедшему официанту и собралась ждать вечность, когда вдруг услышала за спиной:
— Мне то же самое, будьте любезны.
Рауль удобно расположился в кресле напротив. Ники просто онемела.
— Вы же не думаете, что я, живя здесь, не знаю, где варят лучший в Португалии кофе.
— Не думаю, — еле выговорила Ники. Вот тебе и «отвлечься». Ну неужели земной шар настолько мал?
— Извините, что нарушил ваше уединение, сеньорита Мендес, но мне кажется, что такой девушке, как вы, не стоит одной прогуливаться по Лиссабону, вам это просто не дадут сделать, — попытался оправдать свое вторжение Рауль.
Ники с таким сожалением и такой явной тоской посмотрела в окно, что он расхохотался, отчего Ники даже вздрогнула.
— Я вам так неприятен? Видели бы вы свое лицо!
— Да нет, все в порядке, просто я уже настроилась расслабиться…
— Интересно, а как вы расслабляетесь? — перебил ее Рауль. — Может быть, ходите в библиотеку?
— А что вы имеете против библиотек? У вас дома тысячи книг стоят на полках, покрываясь пылью. Не заметила, чтобы вы захаживали туда. А зря.
— Вы мне иногда напоминаете одну блаженную из романа Маркеса «Сто лет одиночества». Она упорхнула на простынях прямо на небо. Порой я опасаюсь за вас. Пожалуй, положу вам в карманы пару камешков для веса.
Ники уставилась на него. Она, конечно, понимала, что столь успешный человек не может быть неучем, но услышать от него само имя одного из своих любимых авторов, было равносильно пропуску в круг уважаемых ею людей.
— А вы думали, я вообще читать не умею? — Рауль был задет столь удивленным выражением ее лица. — Ники, вы что думаете, мы тут в каменном веке живем, а вся элита сгруппировалась в вашей любимой и несравненной Америке?
— Вовсе я так не думаю. И вовсе я не удивляюсь. И…
— И вовсе не волнует меня ваше присутствие. Так? Или не так?
Ники замешкалась с ответом, и Рауль сменил тему:
— А хотите по-настоящему развлечься? Да так, чтобы запомнить этот день надолго?
— Я запомню этот день надолго, только если ударюсь головой об асфальт. Кстати, вы на машине? — ехидно поинтересовалась Ники.
— Да, на машине, и на этот раз она не доставит вам неприятных минут. Предлагаю выпить кофе и съездить в одно удивительное место. Отказ не принимается.
— Вы что, за волосы поволочете меня, если я откажусь?
— Если надо будет, я и силу применю, но скучать вы у меня точно не будете. Я покажу вам, какими могут быть португальские мужчины… если, конечно, захотят, — добавил Рауль и взглянул Ники в глаза.
Ей показалось, что она сейчас утонет в этом темном омуте.
— Я уже знаю, какими вы можете быть…
— Ничего вы не знаете, пейте кофе и ешьте пончики, и побыстрее, — поставил точку в дальнейших пререканиях Рауль.
Выйдя из кафе, он повел Ники к машине. Это был очень дорогой спортивный автомобиль, вот и все, что поняла Ники, глядя на него. Но, оказавшись внутри, она ощутила, что это не машина, а настоящий зверь.
Рауль поехал за город, где пейзажи были просто божественные — при взгляде на всю эту красоту возникает ощущение, что в мире есть все для того, чтобы жить как в раю. Зеленые холмы, голубое небо и скорость — машина не ехала, она летела. Ники с нескрываемым восторгом озиралась вокруг, здесь она еще не была, об этих местах мог знать только человек, очень любящий свою землю и знающий ее до последнего сантиметра. Ники не выдержала и, высунувшись в окно, закричала на всю Португалию что-то нечленораздельное, похожее на крик Тарзана, летящего над джунглями на лиане. Взглянув на Рауля, Ники увидела его ироническую, но очень довольную улыбку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
