Поверить в это было трудно, но Артур рассудил, что Рассвету виднее. Они кружили сейчас над кораблем, очень высоко, но все равно не выше огромного белого лба Среды. Он нависал все ближе и ближе, и Артур принялся измерять его рукой, держа перед собой пять сложенных пальцев и считая, сколько пальцев от поверхности воды до вершины головы кита. Это, конечно, был неточный метод, но Артуру несколько полегчало, когда он понял, что кит действительно уменьшается.
Не то чтобы это было очень заметно, правда.
— Может, нам взлететь повыше? — спросил он, а потом повторил вопрос громче, потому что Рассвет не ответила.
— Нет! — крикнула та. — Это было бы проявлением неуважения. Я доверяю госпоже!
Артур снова измерил высоту пальцами. Кит определенно стал еще меньше, но по-прежнему оставался исполинским — другого слова Артур не смог бы подобрать.
— Не думаю, что будет неуважением пока не спускаться, — прокричал Артур. — В смысле, я же гость. Может, дождемся, пока она поднимется на борт?
Рассвет не ответила. Но и спускаться не стала.
Артур продолжал разглядывать Утонувшую Среду. Из-за ее размеров он неправильно оценил, с какой скоростью она движется. Расстояние между ними стремительно исчезало, а она все еще возвышалась над их головами. Артур почувствовал себя муравьем, который прилип к рельсу и видит приближающийся грузовой состав.
Ну хоть пасть у нее закрыта, подумал Артур. На таком расстоянии он уже мог различить один из ее огромных глаз размером с гоночный трек. Из глаза катились маслянистые слезы размером с автобус, оставляя за собой радужные разводы.
Зрачок глаза внезапно дернулся несколько раз вверх-вниз, а затем влево-вправо. Это походило на какой-то странный код.
В то же мгновение Рассвет ударила крыльями воздух и устремилась прочь от кита, по спирали набирая высоту. Артур, застигнутый врасплох, оказался развернут и понял, что смотрит на акулье брюхо. Он тут же принялся поворачиваться, стремясь увидеть, что происходит.
Это заняло у него целую минуту — очень длинную минуту, наполненную ощущением, что он сейчас увидит огромную пасть, в которую они устремятся, как бы отчаянно Рассвет ни пыталась улететь.
Но вместо этого он увидел голову Утонувшей Среды всего метрах в тридцати внизу. Просторы белой китовой морды и дыхало, напоминающее сауну миллиардера.
То есть не такое уж большое, сообразил Артур. Левиафан в самом деле уменьшился. Сейчас она достигала в длину чуть больше километра, и ее сокращение было уже видно глазу. Словно воздушный шар терял воздух, сохраняя форму.
— Небольшая ошибка в расчетах, — произнесла Рассвет, снова начиная снижаться. Что-то в ее голосе подсказало Артуру, что это было сделано специально, чтобы напугать его. Возможно, по приказу Среды.
Но, как бы то ни было, а на корабль Рассвет села безошибочно. Она сделала еще несколько кругов, наблюдая, как приближающийся кит становится все меньше и меньше. Наконец, когда Утонувшая Среда сжалась до пятнадцати метров, Рассвет спикировала на кормовую надстройку, уронила Артура и вернула себе человеческий облик.
— Спускайтесь на палубу, — сказала Рассвет. — Госпожа встретится с вами там.
Артур отцепил прищепку с носа и медленно спустился по лесенке на мостик, а оттуда на палубу. Корабль был уставлен накрытыми столами — в два ряда вдоль обоих бортов от носа до главной мачты. На белых скатертях кто-то расставил множество разнообразной еды на серебряных подносах, тарелках, в фарфоровых мисках и чашах.
Это, как понял Артур, и был обед из семнадцати блюд, хотя все семнадцать, кажется, выставили на стол одновременно, и никто не позаботился о скамьях или стульях.
Плеск воды заставил его оглянуться на боковой трап. Мокрая рука с раздутыми пальцами ухватилась за верхнюю перекладину, а затем другая.
Утонувшая Среда поднималась на борт.
Выглядела она неважно. Кожа у нее оказалась бледной и странно бугристой, а руки и ноги были разного размера, левые толще правых. Вся ее одежда состояла из чего-то напоминающего мешок для муки с отверстиями для головы и ног. Спутанные волосы, напоминающие кучу бурых водорослей, закрывали почти все лицо. Артур заметил, что когда-то она была красива, как все высшие Жители, но сейчас тонкие черты лица заплыли жиром.
Вместо пояса ее мешок перехватывала веревка, а за нее была заткнута длинная серебряная вилка — что-то вроде маленького трезубца. Артур сразу ее заметил, и без объяснений понял, что это Третий Ключ. Прямо здесь, перед глазами! Можно было бы просто кинуться вперед и схватить его…
— Приветствую, лорд Артур, — пробормотала Леди Среда, устремляясь мимо него к столу и хватая огромный окорок. Она тут же запустила зубы в мясо, отрывая большие куски и глотая их, не жуя. — Не поверите, как я устала… от криля… и планктона!
Артур попытался убрать с лица выражение отвращения, когда она отбросила обглоданную кость, схватила здоровенный пирог и сунула в него голову.
— Мерзкая картина, так ведь? — с набитым ртом сказала Среда. — Но это не моя вина, знаете ли. Не могу не есть.
— Почему? — спросил Артур. — Я не понимаю. Что с вами происходит и что вам нужно от меня?
— Я проклята, — неразборчиво ответила Среда, глотая суп из большой серебряной супницы. — Ну или что-то вроде. Не нужно было мне помогать другим Доверенным Лицам. Я тогда и оголодала, почти сразу, как взяла свою часть Волеизъявления. Но Ключ помогал мне это сдерживать. Дайте вон ту индейку.
Артур посмотрел на стол. Огромная жареная птица, должно быть, была индейкой, только раза в два больше, чем те, которых ему доводилось видеть. Он поднял ее с некоторым усилием и отдал Среде, которая одной рукой схватила птицу и засунула в рот сразу две трети.
В этот момент Артур подумал было схватить Ключ, но не решился подойти так близко. Прожорливость Леди Среды изрядно его пугала, и всей храбрости Артура хватало только на то, чтобы стоять и слушать. С некоторого расстояния.
— Так вот… да, вкусно… начала чувствовать голод, но сдерживала его пару тысяч лет, и все было неплохо… соус к этой утке, да… ела много, но это было ничего… а потом поняла, что это не с моим аппетитом что-то не то… сэндвичи с огурцами прелестны, жаль, только четыре дюжины… Пограничное Море разливалось без моего контроля… и во Второстепенные Царства, что уже плохо, но еще и в Пустоту…
Она прервалась, чтобы сожрать башню из желе, зачерпывая обеими руками. Затем, отрывая куски хлеба от буханки размером с Артура, она продолжила.
— Я могла это прекращать при помощи Ключа… фу, рыба, это вы сами можете съесть… но происходящее мне все меньше нравилось. Я поняла, что проблема в том, что мы сделали с Волеизъявлением. И я решила…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
