Но, я каждой клеточкой своего тела сейчас чувствую, как они проходятся жадными голодными взглядами по моей груди, фигуре, особенно по моим ногам и гладкому лобку.
А я на инстинктах тут же стараюсь принять более соблазнительную и сексуальную позу, давая им возможность меня рассмотреть ещё лучше.
— Оказывается наша маленькая малышка Юнна выросла в очень грязную и похотливую девочку, — неожиданно заявляет Егор, голосом настоящего демона-искусителя.
— И нам это очень нравится малышка. Хочется прямо здесь и сейчас тебя трахнуть, — поддержал брата Боря, также обращаясь ко мне пошло и как демон искуситель.
И до меня наконец доходит, что я чёрт возьми сейчас вытворяю перед своими сводными братьями.
Чёрт! Сейчас точно произошёл огромный крах моей морали. Совесть мне после этого будет очень сложно успокоить. Особенно намного сложнее будет себя отбелить своих же на минуточку глазах, чем в чужих, после всего сейчас случившегося.
Ведь я, прямо сейчас стою полностью обнаженной в душе рядом с такими же обнаженными сводными братьями. А самое главное, они застали меня за тем, как я доводила себя до оргазма, представляя их.
А ещё мы все втроём прямо сейчас поедаем друг друга глазами, не скрывая этого. Хотя правильнее сказать мысленно мы уже поимели друг друга.
Егор с Борей синхронно тяжело сглатывают и провокационно проводят своим язычком по своим губам.
А затем я не успеваю опомнится, как они оказываются оба очень близко со мной.
— Сегодня мы можем воплотить все твои эротические фантазии в реальность наша сладкая похотливая малышка, — снова подал голос первым Егор, нагло мне подмигнув.
— Тебе нужно всего лишь нас об этом попросить, Юнна! — подхватил уже Боря.
— Я не могу просить вас о таком, — отрицательно качаю головой, чувствуя, как меня вновь заполняет чувства призрение к самой себе.
— Почему?
— Что тебе мешает Юнна? — интересуются мои сводные братья-близнецы, засыпая меня вопросами.
— Потому что это неправильно, — говорю им.
— Ох, наша малышка в самом деле такая правильная и невинная, — говорит Егор с теплой улыбкой.
Я бы могла обмануться этой улыбкой если бы не огонь в глазах который просто поедает меня не давая усомнится что мое поведение его заводит
— Я не должна желать вас, — продолжаю я выплескивать то, что во мне накипело. — Я презираю себя за свое желания к двум сыновьям мужчины, что заменил мне отца и делает мою мать счастливой.
— Ты тоже заслуживаешь счастье, малышка, — не соглашается со мной Борис. — И мы готовы делать тебя счастливой.
Чёрт! Мне сейчас так сложно устоять перед магнетизмом и напором этих парней. Но хватаясь за останние крупицам разума, я пытаюсь достучаться и до них.
— Это неправильно! Я не должна чувствовать к вам что-то больше нежели сестра может чувствовать к братьям. У вас разве не так? Вы не презирайте себя за свои неправильные чувства и желания, что испытываете ко мне?— выговорила на одном дыхание я, признаваясь своим сводным братьям окончательно в том, что меня сейчас очень сильно беспокоит и волнует.
Я действительно озвучила прямо сейчас все свои страхи.
— Что за глупости ты говоришь. Юнна. Мы ничего никому не должны. Мы не родные, поэтому мы также имеем права как наши родители на любовь и счастье. Тем более тебя невозможно не любить Юнна, не желать о тебе заботиться и делать счастливой.
— Егор верно говорит. Мы с братом готовы воплотить сегодня в жизнь твои сексуальные желания. Больше тебе не нужно фантазировать о том, как мы с Егором тебя трахаем малышка…Ведь это может стать реальностью прямо сегодня, — поддерживает сказанные слова брата Боря.
— Только лишать невинности, мы будем тебя не здесь и не сейчас, — дополняет последнее сказанное Егор.
— Но почему? Одних ласк пальцев и языка мне будет мала. Да и вам разве самим будет достаточно, получить от меня только неопытный минет? — возмущённо спрашиваю я, не понимая почему нужно ждать свадьбы, чтобы лишить меня невинности. Мы ведь не восемнадцатом веке живём, где правильные девочки лишались невинности после заключения законного брака в брачную ночь.
— На сегодня нам будет этого всего достаточно, — таким ничего толком не объясняющим ответом, удостоил меня Егор. Так и не ответив на мои заданные вопросы.
— Поверь Юнна мы неплохо по кайфуем от того, что будем тебя сегодня ласкать пальцами и языками, — поддержал, как всегда братца Боря, пытаясь убедить меня сейчас в правоте их принятого решения.
— А меня нет. Я хочу прямо сейчас нормального полноценного секса! — упрямо стою на своём.
— Прости малышка, но мы с Борей хотим лишить тебя невинности в нашу брачную ночь, когда мы в Швеции заключим групповой брак. Эта наша с ним самая заветная мечта, — всё же наконец даёт мне достойное объяснение их принятому решению Егор.
— Да малышка, нас с Егором очень сильно заводит мысль стать у тебя во всём первыми. Первый поцелуй, первый стон, первые твоей жизни откровенные ласки, лишения тебя всех невинностей. Скажи малышка ты с кем-то уже целовалась? — поделился уже своими откровениями Борис. Правда в конце задал мне очень откровенный вопрос.
— Нет.
Это всё, что я успела сказать в ответ, так как Егор неожиданно оказался возле меня и втянул меня не ожидающую такого вот поворота, поцелуй.
Губы моего сводного брата оказались тёплыми и ласковыми. Правда целовал он меня сейчас так, словно боялся спугнуть, что не очень сочеталась с его ранней наглостью и похотью.
Это действительно было одновременно странно и непонятно.
Ведь в книгах и фильмах, всегда показывали, что взрослые мужчины целуются грубо и торопливо с женщинами. Но мой сводный брат Егор рушил все мои ранние убеждения о нём своей нежностью и осторожностью.
Через несколько секунд, явно почувствовав, что я привыкла к нашему с ним поцелуи, Егор начал наконец усиливать свой напор. Скользнув кончиком языка по моей нижней губе, а затем начал посасывать то одну, то другую…
Я застонала, действительно начав сомневаться, насколько хороши, а главное достоверными были мои эротические фантазии о сводных братьях, где они меня там целовали. Потому что те самые фантазии точно не вызывали у меня такой сильный трепет и удовольствие.
Неожиданно Егор оставил покое мои губы, принялся целовать мои щёки и шею. Затем запустил пальцы в мои волосы и слегка их потянул, чтобы я посмотрела ему
