то это повысит риск нападения. Самая безопасная стратегия в таком случае – не высовываться. Так же и у человека: критика, буллинг и харассмент могут приводить к депрессии. Это согласуется и с теорией привязанности Джона Боулби, согласно которой дети, о которых плохо (или не) заботились в детстве, чаще страдают от психологических проблем и ведут себя антисоциально. Поэтому так важно менять социальные правила и контекст для снижения роста психических расстройств. В своей статье «Психотерапия двадцать первого века»[132] Пол Гилберт пишет: «Многие терапевты ценят, что полезно учить и практиковать принятие, но мы также можем учить и практиковать непринятие! Следующее поколение терапевтов должно будет добиваться больших успехов в продвижении социальных изменений и социальной контекстуализации наших умов и потребностей».
Главной формой дискриминации в мире остается неравенство власти, влияния и богатства, высокий разрыв между возможностями богатых и бедных. Бедность часто приводит к так называемой ловушке среды: ограниченность ресурсов и возможностей вызывает идею отсутствия возможности сделать что-то значимое и полезное, что способствует развитию депрессии. Депрессия, в свою очередь, еще больше снижает возможности и ресурсы человека что-то менять, так формируется замкнутый круг.
В 2020 году Йоханнес Хаусхофер из Принстона провел исследование[133] с участием 5756 человек из сельских районов Кении, результаты которого показали: для улучшения психологического благополучия бедным необходимы деньги, а не психотерапия. Исследователи сравнили четыре группы: членам первой выдавали деньги, респонденты из второй проходили пятинедельный курс психотерапии, в третьей люди получали и то и другое, в четвертой, контрольной, не получали ничего.
В исследовании использовалась психотерапия под названием Problem Management Plus, рекомендованная ВОЗ в качестве наиболее эффективной психотерапии для малообеспеченных семей. Спустя год оказалось, что денежные переводы больше влияют на экономическое и психологическое благополучие испытуемых, чем психотерапия, которая вообще не давала эффекта по сравнению с контрольной группой. Группа, которая получала и терапию, и деньги, показала те же результаты, что и группа, которая получала только деньги. При этом отмечалось, что организовать регулярные денежные выплаты дешевле, чем организовать курс психотерапии для одной семьи. Это согласуется с другим исследованием[134], опубликованным в журнале Psychotherapy Research. Меган Финеган и коллеги обнаружили, что высокий уровень бедности отрицательно влияет и на доступ к психологической помощи, и на результаты психотерапии.
Британская благотворительная организация в области ментального здоровья Mental Health Foundation во время пандемии COVID-19 также призывала правительство к выплатам гражданам, чтобы снизить уровень стресса населения и рост психических расстройств. В своей программной статье[135] представители MHF отметили, что пандемия привела к ухудшению психологического благополучия людей. Проведенное экспертами организации исследование последствий пандемии для психического здоровья показало, что в зоне риска оказались преимущественно бедные слои населения. И главной рекомендацией стало не обеспечить им доступ к психологическим консультациям, а провести прямые финансовые выплаты.
Примеры полезных социальных инициатив, созданных психологами
• Борьба с климатическим отчаянием[136]. На конференции по психологии в 2019 году в Лиссабоне лидеры психологических ассоциаций из 40 стран подписали прокламацию, пообещав использовать свой опыт в борьбе с изменением климата и его последствиями.
• Сеть осознанности и социальных перемен (Mindfulness and Social Change Network) – сообщество ученых, активистов, общественных деятелей, которые используют науку об осознанности как возможный инструмент для решения социальных задач.
• Проект психолога Тони Биглана «Ценности для действия» (Values to Action), объединяющий под своей эгидой ученых и клиницистов, которые используют знания поведенческой науки для улучшения благополучия человека – создания конкретных планов по борьбе с бедностью, организации безопасной среды в школах, снижения зависимостей и т. д.
• The Pocket Project – проект, исследующий феномен коллективной травмы и ее проработки – травмы, возникающей у группы людей или целого поколения в результате репрессий, катастроф, авторитарных и диктаторских режимов, хронического неравенства (нацизм, расизм, рабовладение).
• Группа «Свобода внутри»[137] – благотворительная группа психологической поддержки в Санкт-Петербурге для пострадавших от репрессий и политических активистов.
• Проект «Психология за Права Человека» – инициативная группа российских психологов, организующая конференции по теме прав человека и бесплатные группы поддержки пострадавшим от политических репрессий.
• Коллегия по этике в психологии и психотерапии[138]. Инициативная группа по этике в психотерапии, которая занимается разработкой универсального этического кодекса и просвещением по теме этики.
Психологи становятся активными участниками общественной жизни: выступают с научно-популярными лекциями о ментальном здоровье, делятся собственным опытом преодоления депрессии и тревоги, поддерживают уязвимые группы. По сути, популяризировать науку, рассказывать, что такое депрессия, абьюз, гендер или зависимость, – это и есть активизм. Политические события тоже неизбежно становятся темой бесед на консультациях, а иногда – причиной обращения к психологу (события в Беларуси, движение BLM, полицейское насилие в США). В исследовании Нили Соломонов[139] и коллег выяснилось, что политика играет важную роль в терапевтических отношениях и политическое самораскрытие распространено среди психотерапевтов. 87 % терапевтов признались в том, что они обсуждают политику во время сеансов, а 63 % терапевтов сообщили, что делятся с пациентами своими политическими взглядами: 21 % делятся открыто и 42 % намекают.
Психология как наука о человеке и как помогающая практика призвана служить людям и способна внести свой вклад в создание процветающего общества. Мы начали эту книгу с того, что человеческие страдания будут всегда, их нельзя просто выключить или стереть. Мы не выбираем, какими и как родиться: наш мозг, нервную систему, эмоции, родителей, пол и гендер, страну, социальное положение и исторический период. По разным причинам мы можем чувствовать боль и иметь проблемы – иначе мы бы не были людьми. Но в наших силах попытаться уменьшить масштаб проблем, борясь за безопасный и свободный мир, где есть место каждому из нас.
Благодарности
Эта книга была написана при экспертной поддержке наших коллег и соратников: Марины Белоусовой, Ольги Лебедь, Александра Голова, Евгении Дашковой, Максима Милославского, Андрея Гасана, Евгения Шабалина, Антона Костина, Дарьи Сучилиной, Екатерины Федотовой, Дмитрия Орлова, Юлии Коршиной, Ярослава Исайкина, Натальи Кисельниковой, Марии Даниной, Евгении Янке, Владлены Ткаченко, Елены Сушан, Елизаветы Великодворской, Ильи Розова.
Чем психолог отличается от психиатра, а психотерапевт – от психоаналитика, кого из них вам искать и по каким критериям? Как помочь другому человеку помочь вам? Сколько нужно ходить на терапию? А сколько можно? Книга трех практикующих психотерапевтов, участников объединения «Чистые когниции», призвана выручить тех, кто не может понять, как подступиться к лечению от депрессии, тревоги, навязчивых состояний и многих других вещей, отравляющих жизнь. «Хватит это терпеть» представляет собой не только ясный и практический путеводитель по миру разнообразных школ и приемов, но и манифест в защиту этичной доказательной терапии, которая вряд ли спасет мир, но хотя бы поможет почувствовать себя в нем немного
