До чего я дошел? Из-за Элизабет засомневался в людях, которым доверяю множество лет. Мимолетная слабость. Больше я не позволю ей влиять на мои мысли и подозрения.
— Видите, небольшой смартфон был спрятан в комоде с нижним бельем. Но сначала я нашел в ее сумочке пудреницу-телефон. Смотрите, очень интересный экземпляр.
Вот прямое доказательство. Я сжал кулаки до хруста и медленно выпустил тяжелый горячий воздух из груди.
— Подумай, откуда она может звонить из этой пудреницы, и установи там жучки. Ванная комната, подсобка, еще что... Интересно будет послушать, что она говорит.
— Да, конечно. Но у меня есть еще одно предложение. Номер телефона в пудренице, на который она звонит, не скрыт. Попробую его отследить.
— Не скрыт?
Кто-то стоит выше Элизабет. Она с братом на пару не провернула бы такую аферу. Пока, возможно, следует продолжать делать вид, что я ничего не знаю, в это время выйти на их босса, разобраться с ним.
Потом заняться Элизабет. Отпустить ее я не могу. В тюрьму посадить тоже — это будет серьезный удар по моей репутации. Остается один вариант, самый приемлемый, — психбольница. Пусть ей поставят какой -то диагноз и кормят таблетками. Достойное наказание. Выйдет через пару лет другим человеком. Там, если посодействовать, ей отобьют охоту мошенничать, превратят мозги в вату.
— Если не скрыт, то отследи обязательно. Но это довольно странно. Неужели они глупы настолько, что не додумались скрыть номер. — Я потер щетину. — Что нам в таком случае даст местоположение?
— Поедем и узнаем.
— Это может быть ловушкой. Только узнаете адрес, езжайте, но будьте крайне осторожны. Не выдавайте себя. Заботьтесь о своей безопасности в первую очередь.
— Хорошо, Демид Эдгарович.
Выйдя из дома для охраны, я заметил Элизабет со спины — она наконец-то зашла в виллу. Ярость вскипела во мне с новой силой. Я подождал несколько минут под козырьком и двинулся вперед.
Разъяренный вулкан внутри должен извергнуться. Либо не удастся придерживаться плана. Я пошел на цокольный этаж, разделся до плавок и нырнул в бассейн. Я плавал без передышки до тех пор, пока в легких не стал заканчиваться воздух, пока их не стало сжимать тисками.
Физическая активность обычно всегда помогала мне не начать уничтожать все вокруг. Не в этот раз? Я сидел на бортике, тяжело дыша, а перед глазами по -прежнему алая пелена.
Спортзал. Не тратя время на то, чтобы одеться, я прямо в мокрых плавках пошел дубасить боксерский мешок. Правда, и это мало помогало. Теперь я злился на себя — и следующий удар прорвал крепкую кожаную обивку. Я разодрал ее к херам.
Кулаки завтра будут выглядеть так, словно я ночью избил десяток бандитов. Плевать. Я свернул со спортзала в винный погреб. В горле адски першило. Тут, кроме рядов коллекционного вина, имелось сокровище — отличный виски. Я промочил им горло, выжег пустыню, и в голове сразу приятно затуманилось. Где-то у меня валялся запасной боксерский мешок.
Буду уничтожать оборудование в спортзале, пока не свалюсь на пол без сил. Но когда я в него вернулся, меня ждала Марго. Я хотел отвлечься, выжать из себя все силы — совершенно все, чтобы не осталось сил даже думать! Какого хрена она приперлась?
— Дем, объясни мне, что происходит?
— Это ты мне объясни, почему раньше не рассказала о подслушанном разговоре?!
Она вздрогнула от силы моего голоса и отступила на шаг, когда я двинулся на нее. Спокойно я говорить сегодня больше не смогу. Силы на это я уже исчерпал.
— Я... Я боялась ее... — лепетала Марго, заламывая руки. — Я хоть и грозилась ей все рассказать, но страшно боюсь. Вдруг она бы меня убила? Она бы могла! Она, помнишь, ножом мне угрожала. Она только прикидывается слабой и беззащитной.
Как же бесит этот визгливый голос! По ушам ланцетом режет. Я пошел снимать порванный боксерский мешок.
— Дем, так она тебе про шантаж не говорила? — острожно спросила Марго из-за спины.
— Откуда ты узнал?
— Убирайся! — гаркнул я.
Дважды повторять не пришлось — она еле слышно выскользнула за дверь. В полной тишине, где лишь гудела кровь в ушах и колотилось сердце в груди, я поймал угасающую мысль — а не слабо ли клеятся между собой слова Марго?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 20
Вода вторгалась в глотку, нос, будто была живой и будто хотела меня убить. Я изо всех сил старалась не дышать, не пускать ее внутрь, отчаянно барахталась, но она жгла носоглотку, водные массивы казались плотными, тяжелыми, я не разобью их руками, они словно зыбучие пески, и дьявольская сила тянула меня только вниз.
Панический страх колотил тело до изнеможения. Сердце билось на разрыв — оно разлетится на кусочки раньше, чем легкие наполнятся водой.
Помогите, пожалуйста! Кто-нибудь. Демид, почему я одна? Почему ты меня бросил?
Мощные клещи выдернули меня на поверхность — я резко села в кровати. Крупная дрожь сотрясала меня всю до кончиков пальцев, зубы до сих пор стучали. За окном, словно оркестр барабанов, молотил ливень по подоконнику. На губах почувствовался стальной привкус.
Сейчас бы прижаться к мужской теплой груди, забраться под тяжелую руку, согреться, и отголоски ночного кошмара быстро утекут, сладкий сон заберет к себе до утра. Но соседняя подушка пуста. Демид не пришел спать. И вряд ли придет. Уже полчетвертого ночи.
Что с ним случилось? Почему он снова отдалился от меня? Или он просто издевается надо мной, играет в какие-то понятные только ему игры? Мне казалось, что за последние дни мы стали ощутимо ближе друг к другу. Почти не ругались, много разговаривали, много утоляли бесконечную жажду прикосновений. Я думала, что, может, в нем ко мне появилась хоть капелька чувств...
Я смахнула подступившие слезы, закуталась в халат и направилась в ванную. Теплый душ должен создать иллюзию безопасности.
Яркий свет и слепящий кафель ударил по глазам. Едва я проморгалась, увидела в зеркале свое отражение — нижняя губа искусана до крови. С какой стати вода мне поможет? Видеть ее не хочу.
Под раскаты грома и монотонный стук дождя я спустилась на кухню, нашла в холодильнике белый виноград, персики, на пирожные старалась не смотреть. Хотелось хоть как-то заполнить пустоту внутри.
Может, у Демида правда проблемы на работе, а я себя зря накручиваю? Скоро выходные, он обещал, что мы полетим куда -то вместе отдохнуть, а я, черт побери, так замоталась с этой учебой, что совершенно забыла выбрать страну, в которую хочу отправиться.
Я устроилась на кухне в обнимку со смартфоном и с тарелкой фруктов и принялась искать. Честно говоря, я особо никогда не задумывалась куда хочу. Не до этого было. Красочные фотографии разных стран мелькали на экране, и почему -то не тянуло никуда. Вообще, мне неважно куда — важно, чтобы Демид был рядом.
Мне не мир хотелось увидеть — мне хотелось увидеть тепло в его глазах.
Тогда, может, как -то выяснить, какая страна нравится ему? Кроме Нидерландов, Франции. Он мне ничего конкретного не говорил, путешествия обсуждали мало.
Нет лучшего занятия среди ночи, но я решила пересмотреть все его фотографии с прошлых путешествий и отобрать те, где Демид выглядит счастливым. Будет здорово, если я угадаю его любимое место отдыха!
Незаметно рассвело. Дом тихо наполнила прислуга, которую Демид вчера отпускал, женщина-повар принялась готовить завтрак, а я решила дождаться, когда Демид спустится, чтобы предложить ему полететь в Дубай. Днем высплюсь.
Но он даже не заскочил на кухню. Я увидела его лишь мельком, как он спустился по лестнице, одет в костюм с иголочки, и быстрым шагом покинул виллу.
У меня все внутри рухнуло. Он намеренно меня избегал?! Все началось после того, как он вчера вернулся раньше с работы и полчаса провел у Марго. Без нее здесь точно не обошлось! Дела у них какие-то. Какие у них могут быть дела?!
Расстроенная, я поплелась в спальню и забылась тревожным сном.
Ни на инвестиции, этикеты, английские не было настроения и желания, когда я проснулась. Перенесла все на другие дни. Я бы так и осталась лежать под одеялом, вспоминая проведенные вместе дни, рыдала, если бы не вспомнила про цветок. Хотела поискать что-то подходящее для виллы после выходных, но что мне мешает сделать это сейчас?
