они настолько редкие?]
[Конрад: Ну как сказать… Есть они только у меня.]
[Сергей: В Империи или…]
[Конрад: Во всём мире. У династии Йегень абсолютная монополия на магические камни.]
[Сергей: Тогда почему ты живёшь во Втором Кольце, и выглядишь… Иначе?]
[Конрад: Ээээх… А вот здесь-то и кроется это «типо». Смотри, ещё мой далёкий предок нашёл в горах сотню магических камней, это вроде было лет 200 назад, если мне память не изменяет. Тогда ещё не было Империи, только раздробленные княжества, возглавляемые псилактиками… И чтоб ты понимал, за эти 200 лет мы продали только 51 камень…]
[Сергей: Но это же… Типо… Магия… Разве она не должна быть востребована?]
[Конрад: К сожалению, в наших реалиях гораздо надёжнее полагаться на обычное оружие или воинов, нежели на силу камней. У них слишком много недостатков… Во-первых, у них есть условие, и их способность нельзя предугадать. Вот ты, может, задумался почему у меня нет оружия в лавке, так ведь?]
[Сергей: Ну… Да.]
[Конрад: Так вот… Вставил я как-то камешек в кинжал, так чтобы обороняться хоть как-то, а эта тварь… На, погляди.]
Засунув руку под кафтан, мужчина вытащил небольшой клинок, спрятанный в миниатюрный дешёвых ножнах. С явным недовольством он вынул его из старой кожи и повертел в воздухе. Блестящая сталь красиво переливалась светом в оживлённом зале, а на рукояти слегка помигивал камешек жёлтого цвета.
Конрад направил острие в сторону Сергея и, держась за него чуть ли кончиками пальцев, сделал несколько линий в воздухе.
…Тем не менее, это было вовсе не игрой слов, и перед лицом юноши правда вырисовывались белые левитирующие линии, остающиеся от движения стали.
[Конрад: И это всё… Он ничего больше не умеет, разве что у меня немного трещит голова во время использования.]
Он недовольно свернул своё чудо-оружие в кожу и засунул обратно.
[Сергей: Просто интересно… Сколько бы стоил этот камень?]
[Конрад: По нынешней расценке… Тысяч 500, наверно.]
[Сергей: Полмиллиона за это?]
[Конрад: Про что я и говорю… А представляешь что было бы, если бы твой большой камень вообще не сработал? Их, к сожалению, нельзя достать из оружия, так что, если не понял условия, — деньги на ветер, а оружие в помойку.]
[Сергей: Так… Это первая причина. Что насчёт других?]
[Конрад: Там только вторая и осталась. Видишь ли, оружие, оборудованное камнем, принадлежит одному человеку, и никто иной не в праве его использовать… Эээх… А это значит, что после смерти владельца они становятся просто клинками… Потратить столько денег на то, что не передастся по наследству… Вот я и живу вроде знатно, а так-то бедно…]
[Сергей: Погоди, а сколько из тех 51 купленных оружий работает сейчас?]
Русый мужчина выставил перед собой слегка шершавую ладонь.
[Конрад: Пять. Твоё, моё, Максимилиана и двух авантюристов, которых я не видел уже толком года 4. Уверен я, в общем-то, только в трёх…]
[Сергей: Может… Если я найду и проведаю их, ты…]
[Конрад: Не-не-не, дружище! Даже не надейся на скидку! Я и так тебе чуть ли не половину скинул, да ещё и во время войны — понимаешь, на какие жертвы я ради тебя иду.]
[Сергей: Ээээх… Понимаю…]
[Конрад: Ну ничего… Раз ты теперь герой, да и сила у тебя есть — быстро деньги соберёшь. Можешь частями отдавать, если это тебе уж так в тяжесть. Да и мне не помешает социальное обеспечение со стороны «героя Йефенделла», хахаха!]
Громко хлопнув юношу по плечу, мужчина развернулся вокруг своей оси и, не сказав ни слова, ушёл куда-то вдаль. Поглядывая на уже начавших танцевать какое-то подобие вальса аристократов, Сергей печально водил взглядом по качающимся люстрам, думая о чём-то своём.
«Мдааа… Как я и с Филькой и с монастырём это выплачу… Даже не знаю…»
На голову юноши обрушилось неожиданное осознание, заставившее его покраснеть.
«Погоди… А что насчёт долга перед Марфой? В этой вселенной я вроде бы небритый…»
Будто в подтверждение собственных слов юноша провёл пальцами по своей колючей рыжей бородке, уже явно выпирающей из слегка бледноватой кожи.
«Так… И как мне это провернуть… Прийти к ней и сказать: «Извините, а я случаем вас не трахал?»… Ужас… Она всё-таки сестра Фильки, может у него спросить?.. Хотя что она ему скажет? Да и он вроде бы вообще с ней не видится… Ээээх… Тогда, пожалуй, приду к ней и принесу деньги просто так. Если действительно должен — значит отдам, а если нет… То это… Хм…Брат передал! Точно!»
Наконец, его лицо озарилось улыбкой, и он любопытным взглядом окинул зал в поисках того вина, которое совсем недавно хлебал довольный Конрад. Тем не менее, ему вовсе не надо было за ним ходить, так как, будто по повелению судьбы, ему сегодня крайне везло.
[Бернадет: Не хотите выпить?]
[Сергей: Да вы прям мысли мои читаете… Не откажусь.]
Вспомнив о правилах приличия, Сергей перешёл на более мягкий тон и спрятал одну из рук за спиной, считая, что в этом и проявлялся весь этикет.
Подцепив стеклянный бокал, он жадно поднёс его к губам и выхлебал всё залпом, после невольно икнув. Девушка напротив, увидев это, лишь тихо просмеялась, прикрыв свой рот ладонью в белой изящной перчатке.
[Бернадет: Как я погляжу, вы уже со многими успели здесь познакомиться.]
[Сергей: Да нет, почему же… Конрада я и так знал… А этого… Как его… Гефеста…]
[Бернадет: Хихи… Ге’фюста фон Амбьердетча.]
[Сергей: Да-да, он подошёл ко мне, назвал меня геем и ушёл. Не самый тактичный человек.]
[Бернадет: Хихи… По-моему, «Гей» неплохо звучит.]
[Сергей: От повторения шутка смешнее не становится. Я думаю, стоит забыть об этом навсегда. Можно было бы что-нибудь поумнее придумать с моим именем.]
[Бернадет: Хихи, будет вам… Лучше расскажите, где вы добыли такой замечательный костюм?]
[Сергей: Ты про рясу? Её Филька подшил. Может помнишь, такой парень высокий с рожей страшной, в монастыре тогда был.]
[Бернадет: Но почему же страшной… Довольно симпатичный мужчина был…]
[Сергей: Тц, видишь, сама-то говоришь, что «был».]
[Бернадет: К словам-то зачем придираться, сказала и сказала, мы ж не в книжке какой-то.]
[Сергей: Это ты так четвёртую стену ломаешь?]
[Бернадет: Не знаю, о чём вы говорите, но это, наверняка, что-то глупое… Так что «нет».]
[Сергей: Мда… Тогда ладно…]
[Бернадет: Пробурчал Сергей с напыщенной физиономией… Хихихахаха…]
Видимо, златовласая дама уже достаточно подвыпила, чтобы безостановочно выпускать из себя какие-то неумелые шуточки. Её щёки невольно покраснели, а действия были гораздо свободнее и развязнее, нежели обычно.
[Бернадет: Ой…
