Хантер склонился вперед, все еще не касаясь ее.
— Меня обвиняют во многих вещах, мисс Адер. И в некоторых я был виновен. Но соблазнение и изнасилование невинной девушки? Такого греха нет на моей совести.
Кэт вздрогнула, когда дверь кареты внезапно открылась. Хантер так отвлек ее, что она не заметила, как они остановились у дома лорда Эйври.
Вежливый Итан, как всегда, ждал, чтобы помочь ей спуститься.
— Мисс Адер?
Она приняла его руку и спустилась на землю. Хантер последовал за ней. Кэт судорожно сглотнула, понимая, что была не права и что только боль в сердце не позволяет ей признать это.
Она повернулась, готовая извиниться перед Хантером.
Но он прошел мимо. Дверь дома открылась, и на крыльцо выбежала Маргарет.
Приподнявшись на цыпочки, она поцеловала Хантера в щеку, затем повернулась к Кэт:
— А вот и вы! Хантер, вы нашли нашу пропавшую Кэт. Входите же! Вы должны видеть, что сделал ваш отец!
И она потащила ее в дом. Кэт оглянулась.
Хантер наблюдал за ней. И по какой-то странной причине разочарование, ясно читавшееся в его глазах, было подобно горсти соли, упавшей на рану.
«Я искренне сожалею!»
Но она больше не могла произнести эти слова. И очень боялась, что закрытая дверь никогда не откроется вновь.
Глава 8
Вечер оказался невыносимо долгим для Хантера. Маргарет, как всегда, была вежлива и радушна со всеми. В ожидании обеда она и лорд Эйври показали Кэт работу, которую Уильям Адер выполнил в течение дня, и, видя наброски к портрету леди Маргарет, Хантер мог лишь удивляться, что талант художника не был открыт ранее. Сама сущность молодой женщины была великолепно схвачена — красота, мягкость и доброта.
Было любопытно наблюдать, как Кэт изучает работу. В течение нескольких минут она явно испытывала сердечную боль, поскольку ей нравилась Маргарет, она восхищалась юной леди и была ей благодарна. Должно быть, нелегко так обожать мужчину, предназначенного для этой девушки. Сочувствуя ей, Хантер в то же время испытывал гнев. Как она может быть уверена, что ее отказ быть любовницей Дейвида положит конец этой истории? Это чистое безумие.
Действительно ли она верила этому? Или просто пыталась убедить его, Хантера?
В доме присутствовали друзья Дейвида, Роберт Стюарт и Аллан Бекенсдейл. Оба были крайне учтивы с леди Маргарет, но восторгались явно сестрами Адер. Когда работа была осмотрена и подано вино — Кэт вежливо отказалась от предложенного бокала, — лорд Эйври начал проявлять беспокойство.
— Маргарет, где твой молодой человек и его друг? Уже поздно, мой желудок урчит, и я не думаю, что мы должны ждать дольше! — нетерпеливо сказал он.
Разумеется, он посмотрел на Кэт, как и леди Маргарет.
— Э-э… думаю, они что-то делают в доме лорда Доза, — пробормотала Кэт.
— Я уверен, что они сейчас прибудут, — сказал Хантер.
Кэт не смотрела на него. Ее щеки покраснели при взгляде на огонь.
— Позвони туда, отец, — предложила Маргарет.
— Проклятие! Ненавижу эту штуковину! — пожаловался лорд Эйври.
— Я позвоню, — предложил Хантер, но, когда он направился к телефону, дворецкий лорда Эйври доложил, что достопочтенный Дейвид Тернберри и лорд Элфред Доз только что прибыли.
Двое молодых людей вошли в комнату. Дейвид выглядел прекрасно. У Элфреда был заметен синяк на подбородке.
— Дейвид! — с обычной вежливостью Маргарет приветствовала первого молодого человека, потом повернулась ко второму: — И Элфред. Добро пожаловать!
Оба поздоровались с хозяйкой. Дейвид с тревогой посмотрел на Хантера и протянул руку. Элфред тоже подошел к нему с глуповатым видом. Хантер ничего не сказал — только склонил голову, с любопытством ожидая, как оба будут приветствовать Кэт.
Они сделали это весьма галантно. Кэт тоже молчала.
— Ну, приступим к обеду, — сказал лорд Эйври.
Хантер оказался сидящим между Илайзой и Маргарет.
Кэт была рядом с Элфредом, а не с Дейвидом. Часто во время еды Хантер видел, как их головы почти соприкасались — их слова предназначались только друг для друга.
Однажды он поймал взгляд Илайзы Адер, и она покраснела.
— В чем дело? — спросил Хантер. В ней не было огня Кэт, но были свои доброта и достоинство.
— Вы беспокоитесь о моей сестре, — тихо сказала она.
— В самом деле?
— Да, и я тоже.
— Вот как?
— Мне кажется, мы все временами бываем слепы. Отец не видит зла в леди Доз, хотя для многих других она абсолютно прозрачна. Кэт не видит, что Дейвид Тернберри часто капризен и ставит себя выше других — правда, у его отца обширные владения… Возможно, мы действительно видим только то, что хотим видеть.
Он улыбнулся ей:
— Вы очень проницательная девушка.
— Знаете, по-своему Кэт слушается вас.
Хантер усмехнулся:
— Боюсь, что нет.
— Она просто никогда в этом не признается! — пояснила Илайза. — Но это так. Возможно, вы могли бы использовать ваше влияние, чтобы убедить ее сбросить розовые очки в том, что касается Дейвида. Я знаю — вы позаботитесь, чтобы ее талант поощрялся.
— Я не так уж много могу сделать.
— Сэр Хантер, — со смехом сказала Илайза, — вы едва ли кажетесь человеком, недооценивающим себя! В конце концов, она будет работать на вас.
Хантер посмотрел через стол. Он все еще не мог слышать разговор между Кэт и Элфредом, но был уверен, что Элфред изо всех сил старается оправдаться. Однажды он увидел, как Кэт улыбнулась.
— Где леди Доз этим вечером? — спросил Хантер Илайзу.
— Отправилась по делам. Это все, что мне сказали.
— Вы знаете, когда эти дела возникли?
Илайза усмехнулась:
— Когда она услышала, что здесь должен присутствовать приятель Дейвида по колледжу, лорд Элфред.
— Понятно, — пробормотал Хантер.
Наконец обед подошел к концу. Мужчины извинились, выйдя выпить бренди и выкурить сигару, и Хантер оказался в курительной с лордом Эйври, Уильямом Адером и двумя молодыми людьми. Он знал, что обоим неловко в его обществе, и был этому рад. Им все же пришлось обменяться несколькими словами, и случай представился, когда лорд Эйври, который очень подружился с Уильямом Адером, настоял на том, чтобы показать художнику полотно Рембрандта в верхнем салоне.
Когда они ушли, наступила минута молчания. Затем оба молодых человека заговорили одновременно.
— Сэр Хантер, я не знал, что делаю… — начал Элфред.
— Уверяю вас, у меня не было дурных намерений! — поклялся Дейвид.
— Это не так уж невероятно, сэр! — подхватил Элфред. — Один Бог знает, чем эта молодая леди занималась в прошлом, и Дейвид искренне верил, что… что…
