хорошей.
Выбирать среди лучших. Услышав, как он произносит эти слова, Кейко Катаока испытала жгучую ревность, чувство, которого до сих пор не знала. Им никогда не случалось, как обычным любовникам, сидя за столиком в кафе, рассказывать друг другу о годах, проведенных в лицее, ходить в кино на последний сеанс, уезжать на пару дней в онсен[12], забираться в номер отеля и сразу набрасываться друг на друга, даже не раздевшись до конца. Нет, они всегда встречались, чтобы исполнить некий ритуал, а это подразумевало определенное время на обстоятельный разговор, наркотики. Начинали они с того, что лизали друг другу стопы, затем она медленно раздевалась перед ним, он вставлял ей вибромассажер во влагалище и заставлял наматывать круги по комнате, на карачках. Так все и происходило. «Почему ты никогда просто не возьмешь меня?» – однажды спросила она его. «Среди мужчин и женщин, которые не в состоянии удовлетворить себя обычным способом, мы с тобой заняли бы первое место», – не побоялся ответить он.
– Может быть, эта девушка была даже слишком хорошей?
– Да, она никогда ничего не требовала для себя самой. Девушка, которая целый день серьезно работала и которая была занята даже вечером, однако, когда мы с ней начали встречаться, я имею в виду и сексуальные отношения, она являлась ко мне в отель по первому звонку, даже посреди ночи, даже когда я был в доску пьян. Это ни в коем случае не означает, что она совершенно не пользовалась успехом у мужчин: она целые дни проводила в магазине, и, естественно, вокруг нее постоянно кружили тучи мужиков, начиная с мелких работников производства готового платья и кончая служащими банков и журналистами. И, к счастью или к несчастью, – для меня, конечно, к счастью, – Норико оказалась девушкой, воспитанной примерным отцом и любящей матерью, у нее было два брата: один – пилот японских авиалиний, другой работал в Юнеско или в OMS[13], сейчас уже точно не помню, парни, которые всегда посылали ей цветы на день рождения. Ты понимаешь, о чем я? Норико всегда была любимицей. Девочкой без комплексов, которая никогда бы не стала бегать за мужчиной, которая никогда не удивлялась, настолько это было естественным для нее, что мужчины всегда с ней предупредительны. Словом, это была девушка, которая не умела лгать себе, девушка, которая просто не понимала таких слов, как «выносить» или «жертвовать собой», даже если она естественно была готова на все ради мужчины, которого любила, готова страдать ради него. Я говорю тебе сейчас все это не для того, чтобы дать тебе понять, насколько я нравлюсь женщинам, но лишь затем, чтобы объяснить, что я понимаю под словами «приличная девушка».
– Почему же вы расстались?
– Да мы на самом деле и не расставались. Мы просто перестали видеться, и это произошло как-то само собой. Никакого чувства вины. Может быть, это оттого, что она всегда точно исполняла все, что я от нее требовал, и так как в то время у меня были и другие женщины, гораздо менее послушные и покорные, то мало-по-малу я стал ее меньше… замечать.
Норико вот-вот должна была прийти. Кейко Катаока чувствовала, что у нее начинается гон, и впервые она почувствовала это до того, как к ней прикоснулись.
– Мне очень жаль, право, очень жаль.
Кейко Катаока начала с извинений, когда Норико вошла в номер.
– Мое имя Катаока. Я его ассистентка. Я занимаюсь всем, что имеет отношение к музыкальной части его деятельности. Я вынуждена буду вас оставить, но прошу, располагайтесь.
Кейко Катаока сразу поняла, что с этой девушкой не потребуется тратить много времени и сил. Норико в точности подходила под описание, только что сделанное бомжом. Ей было чуть больше двадцати лет, очень узкие глаза, кожа в самом деле казалась нежной. Обыкновенная хорошенькая девушка. «Да нет же, это я вам помешала», – ответила она, когда Кейко Катаока встретила ее этой фразой: «Мне, право, очень жаль, но, прошу вас, располагайтесь». На ней был отличный костюм, вероятно, хорошей марки.
– Ему еще надо просмотреть несколько дел, а пока, прошу вас, воспользуемся этим, чтобы переговорить, так, по-женски.
– Извините меня, Норико, у меня тут еще буквально на пару минут, – сказал мужчина, увидев, как обе они садятся на диван, две совершенно обычные хорошенькие женщины, рядом, на том же диване бежевой кожи. «Она на самом деле слишком приличная», – подумала Кейко Катаока.
– Я слышала, вы работаете в сфере моды, и могу заметить, вы умеете носить хорошие западные вещи, – сказала она, предложив девушке джин-тоник, который только что приготовила.
– Да нет, что вы! Я продавщица в модном салоне, – ответила, смутившись, обыкновенная хорошенькая девушка по имени Норико. – Спасибо, – прибавила она, беря стакан, предложенный Кейко Катаокой, которая, в свою очередь, подумала, что никогда обычная проститутка, девица, снятая за небольшую сумму, не смогла бы вызвать в ней подобного возбуждения.
Даже в игре на троих недостаточно было просто прибавить кусок мяса, чтобы продлить удовольствие и изменить характер связи. С Норико все было по-другому. Норико выполняла роль катализатора. Кейко Катаока стала подбираться к ней очень осторожно, допивая свой джин-тоник. Не следовало сразу набрасываться на дичь. Совсем как с пасущимся стадом баранов, не нужно спешки. Надо лишь запастись терпением.
– Извините, обычно я не употребляю алкогольных напитков, разве что за компанию. И только напитки очень высокого качества, алкоголь всегда вызывает у меня страшную мигрень.
– Ах так? А вот я могу пить столько, сколько захочу!
– Вы знаете такой бар, «Эль Грио», он находится в квартале Дайканияма? Бармен там итальянец, а повадки у него, как у настоящего мафиози!
– Нет, не знаю. Я не часто бываю в таких местах.
– Мне кажется, что лучше итальянца никто не сможет содержать бар. Я даже уверена… Вы так не думаете?
– Откровенно говоря,
