ребенка… это много.
— Не знаю, готова ли я, — признаюсь я. — Но у меня есть около девяти месяцев на подготовку. Я должна быть готова к тому времени, когда придет мой малыш.
Мои глаза наполняются слезами, но я смахиваю их. За двадцать четыре часа я плакала больше, чем за последние годы. И это раздражает, потому что я сделана из гораздо более прочного материала.
— Елена, твое сердце на правильном месте, и я понимаю твои мотивы, но мне просто нужно убедиться, что ты ясно мыслишь. Ты собираешься прятать ребенка этого человека целый год. Роман может не простить тебе этого.
Я сжимаю челюсти.
— Все равно он меня уже ненавидит.
— Не говори так. Он этого не делает. Я знаю, что он этого не делает. Он не может. Потому что вы двое станете родителями, и даже если он об этом не знает, с этого момента вы навсегда станете неотъемлемой частью его жизни.
Мое сердце болит, когда я слышу это заявление, но сейчас я не могу об этом думать. Я не могу думать ни о чем, кроме того, что сейчас находится на моем пути. Мои отношения с Романом и наши проблемы с воспитанием детей придется подождать.
— Мы разберемся, — говорю я.
— Хорошо, — выдыхает Киара. — Думаю, мы переезжаем в Лондон. Мне нужно задать только один важный вопрос.
— Какой?
Она усмехается.
— Как прошел секс?
— Ты серьезно спрашиваешь меня об этом? — спрашиваю я, хотя и пытаюсь сдержать улыбку.
Впервые с тех пор, как я узнала, что беременна, мне стало легче дышать. У меня есть лучший друг. У меня есть план. Я буду в порядке.
Глава 14
Роман.
Я смотрю, как Тони вонзает отвертку в ладонь мужчины. Краем глаза я вижу, как Майкл вздрагивает. Он никогда не любил пытки, предпочитая убить кого-нибудь и покончить с этим.
Я же наслаждаюсь звуками, которые наполняют воздух. Убедившись, что он уже достаточно пострадал, я прошу Тони остановиться. Он делает это немедленно, поворачиваясь ко мне лицом. Его руки в крови, и даже немного на лице. И несмотря на все это, ему удается улыбаться. Елена всегда называет меня психопатом, но, честно говоря, ее брат больше заслуживает этого звания.
Мысли о Елене заставляют меня сжимать зубы, и я поспешно их отгоняю, не желая даже думать о ней в такое время. Я иду к мужчине в кресле пыток. Его каштановые волосы слиплись от крови. Каждая видимая поверхность его тела является явным признаком того, сколько пыток ему пришлось пережить. Его голубые глаза полузакрыты. Он выглядит мертвым, но это не так.
Еще нет.
Он это заслужил. Если бы не что-нибудь, кроме количества жизней, которые были потеряны из-за того, что он проткнул осиное гнездо. Карман Галло сорок лет, он бывший босс семьи Галло. Бывшие, потому что их больше нет.
Я удивляюсь, когда ему удается поднять голову и посмотреть мне в глаза.
— Пожалуйста, — хрипит он. — Милосердие.
— Сколько раз мне, черт возьми, придется это повторять? — бормочу я. — Милосердие — это иностранная концепция. Для меня оно больше не существует. Я не могу предложить тебе никакой пощады, но радуйся тому, что твоя жена и дети будут в безопасности, — я могу сделать так много.
Он кивает один раз, прежде чем опустить голову. Не желая больше тянуть, я хватаю пистолет и стреляю. Он умирает мгновенно. А потом их было четверо. После уничтожения Галло в Нью-Йорке остались только четыре известные мафиозные семьи. Я уверен, что на их место подползет другая организация, еще одна семья мафиози, надеющаяся сделать себе имя. Но на данный момент я выиграл войну.
Я поворачиваюсь лицом к своим людям. Кристиан Д’Анджело тоже находится в комнате. На нем строгий темно-синий костюм, руки скрещены, и когда я смотрю на него, я вижу, что он впечатлен. Майкл выглядит с облегчением, а Тони, идиот, начинает медленно хлопать в ладоши.
Он издает звук взрыва.
— И бум, Галло!
Я вздыхаю, игнорируя его и приближаясь к Кристиану. Без него я бы никогда не смог осуществить это. В последние несколько недель он мне очень помог, помогая собирать информацию и помогая, чем мог, в войне. Теперь, когда все закончилось, я не знаю, как ему отплатить.
Он, должно быть, видит это на моем лице, потому что улыбается.
— Считай это одолжением другу.
— Бесплатных услуг не бывает, — грубо говорю я. — Не в нашем мире.
Хотя это правда, что мы с ним сблизились за последний месяц, вместе выпивая напитки и проводя несколько разговоров в перерывах между обсуждением стратегии.
Он пожимает плечами.
— Истинно. Возможно, у тебя появится шанс отплатить мне в будущем.
Я киваю один раз.
— Спасибо.
— Хотя я от тебя кое-что требую, — заявляет он.
— Слушаю.
— Моя жена попросила меня пригласить на ужин моего нового друга. Она очень рада познакомиться с тобой.
Я выгибаю бровь. Думаю, мы друзья. Тони был прав, мы с ним очень похожи. Кристиан иногда может быть сухим, как картон, но он хороший человек, и он мне действительно нравится. Что касается друзей, то он неплох. Нисколько.
— Я знаю, что это смешно, — говорит он, нахмурив брови. — Но Даниэлла упряма, и я упоминал тебя несколько раз. Это будет просто ужин с моей семьей. Можешь привести с собой друзей.
Его губы кривятся, когда он произносит последнее предложение.
Я уверен, что он думает о Тони и о том, смогу ли я заставить его вести себя достойно на публике.
— Спасибо чувак. Просто дай мне знать, когда и где. Я буду там. Это меньшее, что я могу сделать.
— Хорошо, — говорит он. — Кстати, молодец. Ты определенно проявил себя. Любой, кто думает о тебе хуже, может пойти на хуй.
Я улыбаюсь.
— Или мы можем просто убить их.
— Ага, — усмехается он. — Я должен идти. Но мы поговорим позже.
