— Поцелуй меня.
Дракон вздрогнул. Так ощутимо, что Ланни испугалась. Вдруг болтнула лишнего. Ленты дыхания переплелись в волосах и опустились ниже. Мягкие пальцы забрались на затылок и потянули к себе.
— Я не хочу тебя торопить, — сказал еле слышно Эд, немного касаясь губами губ.
— А я хочу вспомнить нас. Позволь попробовать. Я не боюсь тебя, и твои прикосновения меня лечат, успокаивают.
— А твои меня распаляют, — проворчал дракон и поцеловал ее в нос. — Я же мужчина, ласковая моя, и очень давно воздерживаюсь. Не будем рисковать.
Ланни подняла руки и, перебравшись по его плечам, погладила шею и обняла колючие щеки.
— А я хочу. Рискнуть хочу.
Она изучала его лицо пальцами. Высокий лоб, густая челка и рассыпчатые волосы. Так и хотелось их перебирать и вдыхать запах. Чтобы достать, подтянулась и провела носом от уха до виска. Пахло солью и жженной кожей. Эд глухо зарычал и стиснул пальцы на плечах. Они показались горячей, чем раньше.
— Еще… — прошептал.
— Не привыкай к ласке, — Ланни осмелела и, опустившись, легко прикусила его мочку.
— Я с тобой с ума сойду, Свет… Ланиэль. Ты свет мой, — он что-то бормотал и целовал ее плечи, ласково оглаживал плечи, а когда обнаглел, и рука поползла под ткань рубахи к груди, Ланни отстранилась от неожиданности. Эд шикнул в сторону, а потом тихо сказал: — Извини…
— Нет, все в порядке, — она смотрела в никуда, но старалась поймать колебания воздуха и говорить Эду в лицо. — Просто ты очень горячий, пальцы не удержать. Будто в жилах не кровь, а лава течет.
— Сила, — дракон тяжело выдохнул, — возвращается. Хотя довольно медленно.
— От моих прикосновений?
Эденгар молчал, держал руки на плечах и не шевелился.
— Ланиэль, я не могу тебя принуждать. Будет все, как ты захочешь. Только так. Я выдержу. Сколько нужно, сколько будет возможно. Раны постепенно заживут, не переживай.
— Но… — Ланни задумалась, опустив голову.
Волосы просыпались с плеча и ощутимо сползли Эду на ладони. Он тут же вплел пальцы и тихо застонал.
— Если это поможет нам выбраться… — рассуждала Ланиэль. — Да и мне приятно изучать тебя.
— Нет неприязни? — неуверенно спросил Эд.
— Совсем! — искренне порадовалась и прижалась к нему. — Наоборот. Ты волнуешь меня. Необычно. По-новому. Ярко. Хотя я не помню старое… Будто в моей жизни, кроме тебя больше никого не было.
— Все восстановится. Я найду нужные руны, и мы вернем тебе память.
— Только ты так и не сказал, почему нам опасно здесь оставаться? Они же помогли нам, выходили, не оставили койотам на съедение.
Эд понизил голос:
— У них своя выгода. Я пока не знаю зачем мы им, но все непросто. Я очень боюсь за тебя.
— Я буду рядом с тобой. С тобой мне ничего не грозит.
— Да я сейчас хуже балласта. Даже не угонюсь за тобой, если захочешь бежать.
— Я и не пытаюсь, — Ланни растянула губы в улыбке.
— Более того, — добавил Эд, — это я от тебя бегал.
— Правда?
Ласковое прикосновение согрело поясницу. Эд провел рукой вверх и снова вплел пальцы в волосы.
— Просто мы не совместимы.
Ланни насторожилась.
— О чем ты?
— Я — дракон, а ты человек. По законам природы наши расы не могут быть вместе. Но ты не просто человек, Ланиэль, ты — особенная.
— Ерунда! Слепая мокрая курица, — прыснула она и отодвинулась.
— Глупая, — Эд потянул ее к себе. — Моя любимая Ланиэль. Расскажи, как ты магию раскрыла. Может, мы сможем найти причину потери зрения.
И она рассказывала. А он слушал и задавал наводящие вопросы. Было так приятно просто беседовать и не задумываться о том, что завтра, возможно, им придется столкнуться с трудностями и врагами. Ланиэль не знала их в лицо, но чувствовала, что они рядом. Будто тенью нависают над головой и душат невидимыми руками. Конечно, об этом она Эду не сказала.
Глава 44. Эденгар
Ланиэль ожила. Ушла с лица грусть и печаль, в незрячих глазах стали появляться яркие всполохи, стоило им заговорить о чувствах. Это радовало. Это пугало. Эденгар знал, что для нее все будто впервые, но сам шел, как по тлеющим углям.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
До рассвета оставалось несколько часов, а они так и не сомкнули глаз. Все говорили, говорили, говорили. Ланни светилась от счастья и вела себя спокойно. Улыбалась много, шутила. А Эд горел, как мальчишка. Сейчас слепота девушки играла на руку, иначе она бы заметила его конфуз. Один раз девушка извернулась и, пока искала его во тьме, коснулась бедра. Эд чуть не треснул от желания ее скрутить. Но пугать боялся, потому, сцепив зубы, стукнулся затылком о стену.
— Голову разобьешь, — засмеялась Ланни. На секунду показалось, что она может видеть, но она договорила: — Ты уже не первый раз так делаешь. Как твоя нога, кстати?
— Пальцами шевелить могу, — ответил Эд.
— А если так? — ловкая ручка побежала по груди и пощекотала живот.
Собрал ее ладони в свои и поцеловал.
— Я боюсь испугать тебя. Ты и так много пережила.
— Какой серьезный и страшный дракон! А ну иди сюда. Будем тебя лечить!
Она выдернула руки и побрела мелкими шажками вверх, по груди, а потом юркнула вниз и смело коснулась бедер. И как же знакомы были ее движения и напористость. Ланиэль не представляла, что твориться в его сердце. И не только. Эд дернулся и попытался ее остановить, но девушка прошептала:
— Не отвергай меня. Мне это нужно сейчас так же, как и тебе.
— Ланни, просто я не хочу так. Я хочу любить тебя неистово, зацеловывать до протяжных стонов, ласкать и путать твои мысли прикосновениями. Но не здесь. Не тогда, когда скован болью в ноге…
Она замолчала. Передвинула руку чуть ниже и замерла.
— Не обижайся, милая.
Она мотнула головой.
— Ты так красиво говоришь. Я заслушалась. Мне кажется, что я вижу твой голос. Он дрожит вокруг яркими вспышками. Говори еще, Эдгар.
— Свет мой, я люблю тебя… — он хотел сказать что-то еще, но ловкие пальчики шевельнулись и забрались под одеяло. Тело отвечало яркими спазмами, горячие спирали катились по коже и щекотали лопатки. Где-то там просыпалась драконья сущность.
— Я вижу твои глаза, — прошептала неожиданно Ланиэль. — Они горят, как два солнца. Я вижу тебя, Эд. Ты пламенный! — она восторженно шептала и прокладывала дорожку пальцами ниже. — Это невероятно…
Было немного больно. Кость сдвигалась на нужное место. Видно, лекарь Амелий не сильно старался сложить ее. От неприятных ощущений, Эд неосознанно зашипел.
— Погас, — разочарованно выдохнула девушка.
— Больно немного, — хрипнул Эд, придерживая ее за спину, чтобы не упала с кровати ненароком. — Кости неправильно сложены, рвут ткани. Ланни, я живу тобой, моя сила в твоих руках. Не бойся, слышишь, ничего не бойся. Смотри на меня пальчиками, трогай. Я не запрещаю. Если ты этого хочешь, конечно.
— Хочу, — она жарко выдохнула и поймала в темноте его руку. — Ты снова светишься. Я могу тебя видеть, Эд. Это невероятно красиво!
Совсем обезумев от наплыва эмоций, он приподнялся и скомкал поцелуем желанные губы. Больше не мог терпеть. Будто прорвало плотину разума, оставив только голод. Но Эд знал, что здесь и сейчас не место для их первой ночи. Сейчас нужно только вылечиться, и если ласки Ланиэль в этом ему помогают — придется ускорить их первое очередное знакомство.
Когда новая волна жара окатила с ног до головы, Эденгар тяжело разорвал поцелуй и застонал в тишину:
— Ты безрассудная девушка…
— Это плохо? — в ее интонациях ловились игривые отголоски.
Ответил не словом, а, осмелев, пробрался под рубашку и сжал ее налитую грудь. Девушка ахнула, а затем накрыла его ладони своими.
— Будто дежавю. Я помню эти прикосновения. Кожа, каждая клеточка помнит. Ты, наверное, глубоко пророс в мое сердце, если я чувствую тебя так остро.
— А представь, как мне тяжело было слушать, когда Зар с Валькой начали тебя делить. Да и Кейран хорош!
Ланиэль притихла.
