В странах, серьезно относящихся к обороне, начинает доминировать настроение мрачного реализма. В частности Польша, тяжеловес по вопросам обороны в этом регионе, готова примириться относительно главного дипломатического приоритета за последние годы: любезничание с Германией. Для справедливости, польско-немецкие отношения в настоящий момент являются лучшими за всю историю. В вопросах ЕС Варшава находится в центре принятия решений. Но относительно крайне важного вопроса безопасности Германия показала, что ей нельзя доверять. Сердце Ангелы Меркель находится в нужном месте, но немецкие избиратели ненавидят идею военной конфронтации с Россией. Это может измениться, если жизненно важные интересы Германии будут поставлены на карту. Но они не поставлены (господин Путин может быть отвратительным, но он не глупый). Безопасная, стабильная, процветающая единая Украина значит для Варшавы больше, чем для Берлина. Страны Балтии могут быть только на втором плане для Польши, — но они на третьем плане для Германии.
Польша также настаивает на более тесном сотрудничестве Вышеградской группы. Но ее союзники не вселяют доверия. Они не тратят серьезные средства на оборону. Они не видят угрозы. И у них есть другие интересы. Венгрия идет своим собственным путем, демонстрируя понимание России и неприятие постоянной критики Запада. Правительство Словакии делает минимум, который необходим, чтобы показать готовность по таким вопросам, как «реверсивный поток» — экспорт газа обратно в Украину по существующим экспортным трубопроводам. Но влияние России там является глубоким, как и в Чехии, которая в очередной раз находится под руководством сомнительной честности и способности.
Непосредственная опасность — в том, что Польша теряет энтузиазм относительно коллективной обороны. Она была разочарована Америкой, Германией и ее центральноевропейскими союзниками (двое из трех ее балтийских соседей, Эстония является ярким исключением), а также Швецией, которая остается уголовно безответственной относительно своей роли в региональной безопасности.
Однако это не было бы странным, если Польша следует примерам других стран на словах, выступая за НАТО, ставя на первое место собственную безопасность. В условиях кризиса какая польза от разворачивания самых современных и мобильных подразделений польской армии в странах Балтии — незащищенной полосе территории, где они могут быть изолированы и не способны защищать Родину? Теоретическим аргументом является то, что оборона Польши в свою очередь будет обеспечена большим количеством войск союзных стран, включая Соединенные Штаты. Красиво на бумаге — но что произойдет, если они не придут?
На этом мрачном фоне политикам необходимо срочно остановить расползание НАТО. В идеальном мире самым мощным мероприятием были бы жесткие санкции по отношению к России с разумной осторожностью против отплаты. Однако пространство для маневра на этом фронте ограничено.
Если Россию нельзя сдержать экономически, то ее нужно сдержать через политику безопасности. Военное развертывание является частью этого процесса. Независимо от любого последующего движения Швеции и Финляндии в направлении членства в НАТО, планировщики обороны должны много работать над взаимодействием, совместным обучением, предварительным размещением топлива и боеприпасов, воздушным и морским наблюдением, сотрудничеством разведки и контрразведки и т. д.
Четкая военная цель России в регионе — сделать невозможным для НАТО укрепление стран Балтии в условиях кризиса. Во-первых, этому можно противостоять, гарантируя, что страны Балтии будут укреплены сейчас — не символическими ротами временно развернутых американских солдат, а всеми видами сухопутных, морских и воздушных сил, необходимых для замедления российское вторжения. Во-вторых, НАТО должно обеспечить противовес применению Россией оружия, которая перекрывает доступ к попаданию пехоты в определенные зоны. Альянс должен быть уверен в том, что в условиях кризиса он полностью контролирует воздушное и морское пространство. Учитывая силу российской ПВО, это не простая задача. Но альтернативой этому является поражение. Стоит также отметить, что, в случае агрессии против НАТО, Россия становится открытой для атаки в другом месте. Было бы очень хорошо проводить обучение в Ледовитом, Тихом океанах и в Черном море, чтобы доказать данную точку зрения.
Но большая опасность в том, что это не полномасштабная военная атака на страны Балтии или Польши, а в том, что Россия создает условия, которые делают это ненужным. Урок Украины заключается в том, что Россия ведет войну нового типа, где цель — не военная сила врага, а его сила воли. В прекрасной новой статье латвийского военного аналитика Яниса Берзиньша подчеркивается, каким образом Россия увеличивает шансы в свою пользу путем пропаганды, запугивания, экономического давления, подкупа, подрывной деятельности и дипломатии, пока противник не почувствует себя таким смущенным и безнадежным, что будет не в состоянии оказывать сопротивление.
Именно на этом фронте необходимы наибольшие усилия. Битва за будущее Европы, которая базируется на многосторонности, верховенстве права и атлантизме, не будет выиграна либо проиграна в Брюсселе или Вашингтоне. Оно (будущее) погибнет в депрессивных малых городах, исчезающих селах и мрачных проектах жилищного строительства в больших городах стран Балтии. Они будут среди тех, кто станет жертвой бешеного паникерства российской информационной войны. Оно — будущее — утонет, потому что деморализованные чиновники потеряли веру конечную конвергенцию своих стран с европейскими стандартами процветания и государственного управления. Оно будет принесено в жертву заключением грязных соглашений в таких отраслях, как энергетика и транзит магнатами-политиками, которые переживают о деловых связях с Россией больше, чем о национальных интересах своей страны.
Избежание этого выходит далеко за сферу компетенции НАТО, но это может помочь частично демонстрацией надежного физического присутствия, чтобы противостоять любым идеям относительно того, что поражение неминуемо, а также путем возрождения стратегических коммуникаций и информационной войны для укрепления морального духа (и даже, возможно, запустить некоторые контратаки). ЕС может сделать намного больше, чтобы укрепить государственные услуги, инфраструктуру и уровень жизни в местах, наиболее уязвимых к российским сумасбродным решениям. Только представьте себе, насколько полезно было бы в последние годы потратить несколько миллиардов долларов, чтобы сделать это на Востоке Украины. Но национальное самосознание является в первую очередь обязанностью национальных правительств.
Как мы видели в Украине, они могут также легко упасть, или же быть устраненными в смертной спирали некомпетентности и непопулярности.
(Daily Mail, 21 февраля 2014 г.)
Часть Украины мы уже потеряли
(из интервью Э. Лукаса для литовского телеканала Info TV, 2 марта 2014 г.)
Вера Украины в международное сообщество может стать самым большим разочарованием всех времен, поскольку реакция Запада на действия России не адекватны.
Ситуация в Украине напоминает события в странах Балтии в 1991 году. Россия тот же сценарий конфликта использует во всех странах. Я бы не назвал это инвазией, это оккупация и аннексия, поскольку пока не сделан ни один выстрел. Но очевидно, что россияне могут не остановиться на Крыме. Уже есть провокации и в других частях Украины. Украинцам сейчас очень тяжело, если они выйдут на бой, будут побеждены. Если ничего не будут делать — россияне оккупируют их страну.
В 2004 году ситуация в Украине была иной. Тогда украинцы просто стояли на улицах и ждали, чем все закончится. Россияне могли оказывать влияние и получить, что им нужно, иным способом. На этот раз все произошло иначе, россияне ведут себя по-другому. Беспокоит и слабая реакция Запада.
Я не знаю, что посоветовать Украине, какой ей путь выбрать. Украина все еще верит в международное сообщество, и это может быть самым большим разочарованием. Это может быть самым большим разочарованием всех времен. Крым практически отделен. Российские войска дислоцированы. Это очень напоминает Южную Осетию…
Реакция Запада неадекватна уже много лет, и это всего лишь последний пример. Запад не понимает, что происходит на Востоке. Мы много сделали, расширяя НАТО и ЕС, однако остановились слишком рано. Надо было уже после Оранжевой революции сделать Украине серьезное предложение. <…> Мы недооценили желание России вернуть Украину в 1990 год. Россияне считают, что Запад настроен несерьезно, и боюсь, что они не ошибаются.
Создается напряжение среди русскоязычных и местных жителей, это мы видели в Эстонии и Латвии. Накаляются конфликты, что становится трамплином для вмешательства России. Из дипломатических источников я слышал, что в планах укрепление видимости военных сил в буферных странах, поэтому не удивляйтесь, если увидите больше военных самолетов. И все же я думаю, что часть Украины мы уже потеряли, положение в Молдове и Грузии вызывает беспокойство. Но появилось больше понимания того, что такое Россия…
