– …проходя рядом с Солнцем, раскалилась, но не испарилась, как надеялись ученые. После перигелия траектория кометы сильно отклонилась от предполагаемой… хр-р-р-р… фьююю… пройдет очень близко, так что есть большая вероятность, что через несколько дней… фьюююю… Но это не самая главная опасность. Дело в том, что ядро кометы состоит из урана, и она радиоактивна. В случае столкновения ее с Землей возможен мощный ядерный взрыв… Хр-р-р! Тр-р-р-р! и тогда… фьююю!
И радио замолчало. Кайсын согнал Бруно с приборной доски, покрутил туда-сюда рукоятку, на которой тот сидел, но радио больше не заговорило.
– Я ничего не поняла! – сердито сказала Пчелка. – Какая комета? Какая пелагелия-трактория? Какой еще взрыв?
Я напряженно думал, пытаясь осмыслить то, что услышал. Даже голова разболелась. Я вспоминал все свои знания по астрономии и ядерной физике. Знаний по ядерной физике у меня в голове не нашлось. И по астрономии я был скорее практик. А в своей практике я с кометами еще не встречался.
– Да что тут понимать! – сказал Кайсын. – К Земле летит радиоактивная комета. Как столкнется, будет взрыв, и тогда – фьюююю! И всё.
– Что значит «фьююю – и всё»? – не унималась Пчелка. – Не понимаю!
Я понял. Думаю, и Пчелка поняла, только не хотела себе в этом признаться. Мы все всё поняли, и нам стало страшно.
– Всё – значит ничего, – рубанул Кайсын. – Ничего от Земли не останется. А если останется, все заразит радиация.
Ну вот зачем он так? Меня даже затошнило от страха и захотелось заскулить тоненько, протяжно и безысходно.
– Не скулить! – сказал Кайсын, хоть я не издал еще ни звука. – Мы что-нибудь…
– Мы что-нибудь придумаем! – закричали хором Пчелка и Мушка.
21. Как спасти Землю?
И мы стали придумывать. Только кажется, что это просто: раз – и придумал! Сначала нам с Мушкой и Пчелкой почти одновременно пришла в три головы одна и та же идея: найти комету и облаять ее изо всех сил, чтобы она испугалась и улетела. Когда мы наперебой высказались, старый мудрый алабай хмыкнул и заявил:
– Первый пункт плана поддерживаю.
Ну, мы сразу поняли, что это было инстинктивное решение. Комета не воришка, собачьего лая не испугается. Но найти ее, конечно, можно. И я приступил к выполнению первого пункта нашего плана.
Я знал, что кометы – это такие космические штуки, чем-то похожие на собак, потому что у них есть хвосты. Знал, что наша уже должна быть где-то недалеко от Земли, потому что по радио сказали: «через несколько дней». Чтобы лучше было видно, я уселся прямо на край иллюминатора, где мы в первый раз обнаружили Бруно, и стал смотреть, нет ли где рядом с Землей какой-нибудь светящейся космической штуки.
И почти сразу ее заметил. Вот она, хвостатая гадина! Пока мы летели к Земле, я столько раз видел этот голубоватый туманный шарик с хвостом, изогнутым как петушиное перышко. Думал про себя: «Как красиво!» и не знал, какую опасность он в себе затаил.
Я направил корабль к комете. Постарался разогнаться посильнее, потому что она была гораздо ближе к Земле, чем наша лунная кабина. Мы летели и думали, что делать дальше. И ничего не могли придумать. Радио так больше и не заработало, и мы не знали, как там, на Земле, – может, люди сами уже что-то придумали?
И тут мне пришла в голову гениальная мысль.
– Кайсын, вот ответь мне, – сказал я. – Помнишь, как мы летали за Мушкой и Пчелкой к Юпитеру?
– Ну, – буркнул алабай. Он лежал на полу, опустив лобастую голову на лапы, и страдальчески морщил брови.
– А помнишь, как мы с тобой отталкивали от нашего «Бурана» астероиды?
– Помню, – кивнул Кайсын. – Так корабль большой и тяжелый, а астероиды были маленькие. Если бы попался астероид больше и тяжелее «Бурана», мы бы его толкнули – и сами с кораблем улетели в противоположную сторону. В космосе так бывает. Закон такой: на каждое действие найдется свое противодействие.
– Но я же смог, такой маленький, заставить лететь куда мне хочется тяжелый космический корабль?
– Ну, смог. Это совсем другое дело. Ты очень способный.
– Вот, – сказал я и довольно потер лапки. – Я полечу к комете и оттолкну ее подальше от Земли. Ну и что, что она большая? Может, я и Луну могу толкнуть?
– Ты тоже умеешь летать? – удивился Бруно.
– А кто же, по-твоему, тащит нашу лунную кабину? Я тоже умею летать. И даже с большим грузом. Кабина, и вы в ней, и все, что есть тут, – мой груз.
– Так это ты? – Бруно всплеснул шестью передними лапками. – А я думал, оно само. Ну, ты бррр-росто талант!
Мне стало так приятно, что даже уши стали горячие.
Кайсын почесался задней лапой и отрезал:
– Нет, не выйдет! Даже если мы все вместе в капсуле полетим толкать комету, ничего не получится.
– Почему? – хором спросили Мушка и Пчелка.
– Помните, что сказал профессор Хр-тр-фью, или как его там? Комета пролетела рядом с Солнцем и раскалилась. Она сейчас страшно горячая. Мы не сможем до нее дотронуться, сразу сгорим.
Ну вот! Все полетело коту под хвост. Это было невыносимо: знать, что твоей планете грозит смертельная опасность, смотреть на эту хвостатую опасность и понимать, что ничего не можешь сделать.
А что же будет с моими Девочками, с Мамой и Папой? С Бабушкой в Шляпке, Васей и Петей? Сергеем Ивановичем, Продавщицей Таней? И со всеми остальными людьми на Земле? Они могут погибнуть! Я пожалел даже Злого Дядьку, который продавал меня на базаре. Он, конечно, не очень хороший человек, но все равно не заслуживает всемирной катастрофы.
От горя и безысходности у меня заурчало в животе. Я подошел к мешку с кормом и стал нарочно громко хрустеть шариками, чтобы никто не слышал, как сильно я отчаялся. Я грыз шарики, и никогда еще в жизни не казались они мне такими невкусными.
Мушка и Пчелка тихонько заскулили.
22. Бруно – герой
– Бррр-рузья! – вдруг воскликнул Бруно. – Не брр-рустите, бррр-рузья! Мне не страшен холод, не страшна жара. Я не боюсь радиации, я вообще ничего не боюсь, я очень храбррр-рый! Я полечу и толкну эту бррр-ротивную комету так далеко, что она даже дорогу к Солнцу забудет!
Бруно так воодушевился, что взлетел под потолок и сделал несколько головокружительных виражей.
– А ты не лопнешь там, в вакууме? Ну, в безвоздушном пространстве? – спросила осторожная Пчелка.
– Не знаю, – сказал Бруно. Задора у него в голосе поубавилось. Инопланетный пес спланировал на пол, поджав все лапки, и задумался. – Но надо побррр-робовать. А вбррр-руг не лопну? Это ваш единственный шанс. То есть наш. Вы спасли меня от одиночества, а я побррр-робую спасти вашу планету. Хоть я там никогда не был, но думаю, мне на Земле понравится больше, чем на Марсе.
– Нет, – сказал я. – Такой ценой и мы можем попытаться. А вдруг не сгорим?
Бруно покачал головой и строго сверкнул маленькими глазками:
– Нет. Радиация убьет вас еще раньше, чем вы успеете подлететь к комете. Это только мое дело.
Я и не ожидал, что наш шалопай Бруно может быть таким серьезным и решительным!
Мы стремительно приближались к комете, потому что я нервничал и очень спешил. Она была похожа на громадное светящееся облако. Вот мы подлетели ближе и оказались в прозрачном сияющем тумане.
Я вспомнил картинку из журнала «Наука и жизнь»: это называется «кома» – такое облако из пыли и газа, которое окружает ядро кометы на много тысяч километров. Но до самого ядра еще было далековато.
Мы все летели и летели, вдруг Бруно ни с того ни с сего засмеялся, а потом закричал:
– Стоп!
Я от неожиданности дернул корабль и остановился.
– Что случилось? – спросил алабай.
– Радиация, – ответил Бруно. – Я ее не боюсь, но чувствую, как щекотку. Раз мне щекотно, то вам уже дальше нельзя.
Мы переглянулись. Настал решающий момент.
– Ну, я пошел. Ждите тут. Никуда не улетайте, – сказал Бруно и поплыл к люку.
– Стой, погоди! – закричал Кайсын. Но поздно, Бруно уже вылетел в переходной шлюз.
Я рванулся к иллюминатору. Оттуда видно было, как из люка выдувался гигантский зеленый мыльный пузырь. Пузырь оторвался от корабля, сбоку торчала маленькая острая мордочка Бруно с острыми ушками. Мордочка нам весело подмигнула.
Бруно оттолкнулся всеми своими сорока или пятьюдесятью лапками от корпуса нашей лунной капсулы. Он раздувался, становился все больше и больше и скоро заслонил полнеба. Круглые бока колыхались, зеленая шерсть ходила волнами. Я испугался, что наш друг все-таки лопнет в безвоздушном пространстве. И даже зажмурился на секунду.
Но огромный, как Луна, Бруно в космосе чувствовал себя прекрасно. Он развернулся и полетел к ядру кометы, набирая скорость. Сквозь гигантский полупрозрачный шар Бруниного туловища просвечивали звезды.
Вот Бруно превратился в маленький шарик, это значит, он улетел от нас на тысячи километров. Хм, оказывается, не только я один умею летать с космическими скоростями…
