Читаем без скачивания Штильскин - Эндрю Бакли

да ладно тебе, дружище, давай не будем забывать, кто много лет назад спас тебе жизнь. Кстати, ты совсем не постарел.

— С-с-с-с…

— Не надо больше меня благодарить. Просто повезло, что я как раз находился возле хижины твоих родителей, когда тебе на голову бросили… эм, упала ядовитая семиглавая змея. Это всё, что я мог сделать.

— Я в-в-выплатил тот д-д-долг.

— Да, это так. Но в этот раз я прошу тебя, помимо быстрого лечения, чтобы ты создал ту же самую штуку, которую делал, когда меня упекли в Башню.

Румпельштильскин откинулся на спинку стула и поморщился от боли в плече.

Волшебник Пустяк обильно потел, а его подёргивания случались уже каждые двадцать секунд.

— Б-б-б-б…

Здоровой рукой Румпельштильскин снял с пояса топор и беспечно проверил остроту лезвия.

— К-к-конечно.

— Рад, что ты со мной согласен.

Пустяк дёрнулся, резким движением стёр пот со лба и закатал рукава мантии. Румпельштильскин наблюдал, как волшебник призвал в комнату магическую сущность небытия и смешал её с сущностью бытия чего-нибудь. Он совершал круговые движения руками и комната начала светиться синим. Пустяк с закрытыми глазами подошёл ближе к дворфу, вытянул палец и прижал его ко лбу Румпельштильскина.

По мере того, как действовала магия, тело Румпельштильскина становилось твёрдым, волшебство пронизывало его тело, текло по венам, проходило сквозь мышцы и кости. Он ощутил, как плечо встало на место, кожа, в местах, где её разрезали растения, стянулась, даже мышцы, уставшие от недавнего бега, восстановились и стали, как новенькие.

Синее сияние угасло и волшебник Пустяк снова начал дёргаться и потеть. Он осел на стул и потёр виски.

— Н-н-ну, вот. С-с-совсем как н-н-новенький.

«Так просто».

— Теперь, девчонка. Нужно, чтобы ты сказал, где она.

— Я д-д-давно не п-п-применял заклинание п-п-поиска.

— Сейчас самое время, — сказал дворф и злобно ухмыльнулся.

Глава двенадцатая

Историк

Вся четвёрка шла через долину по Северной Дороге из Жёлтого Кирпича, генерал Гнарли и Гник двигались впереди. После стычки с разбойниками они ушли вперёд, разведать чист ли путь. Не считая пары фермеров и странного вида создания, похожего на корову, они не контактировали ни с кем, помимо друг друга.

Роберт и Лили шли в тишине. Мысли Лили, похоже, находилась где-то в другом месте, и Роберт заметил, что с каждым дневным часом она становилась всё тревожнее.

Роберт старался не обращать внимания на взгляды, которые то и дело бросал в его сторону генерал Гнарли. Теперь ему казалось, что гном видел в нём угрозу, что, по всем параметрам, было забавно. Для всех, кто его знал, Роберт выглядел человеком, который меньше всех на Земле представлял какую-либо угрозу. Некоторые даже додумывались до мысли, что кусок ваты или качественно приготовленный бутерброд с ветчиной несли в себе больше угрозы, чем Роберт. Роберт принадлежал к той породе людей, с которыми другие люди вполне не прочь встретиться в тёмном переулке, поскольку он создавал вокруг себя ощущение комфорта, в том смысле, что если в этом переулке и шастает что-нибудь зловещее, в первую очередь, оно нападёт на Роберта, так как тот представляет собой более лёгкую цель.

Роберт воспользовался тишиной, чтобы поразмыслить и составить план.

— Нет у тебя никакого плана, — произнёс голос в голове Роберта.

Роберт проигнорировал его.

Впрочем, так и есть. Он обдумал мысль воспользоваться пузырьком с кровью Белого Кролика. Кролик сказал, что пузырёк отправит Роберта, куда ему угодно, стоит ему пройти через дверь.

Проблема в том, что он никогда не ходил через дверь и эта перспектива его пугала. Другой причиной являлось то, что он ощущал необходимость находиться здесь. Чувствовал необходимость держаться Лили, потому что… ну… причину этому он пока не нашёл.

— Потому что она прекрасна и, несмотря на внешние проявления, её похоже, действительно заботит твоё благополучие, — сказал голос.

Роберт не ответил. Ему не хотелось создавать впечатление перед остальными, будто он сошёл с ума. Несмотря на то, что это очевидный факт, ему не хотелось демонстрировать его сверх необходимого. Так или иначе, он считал, что пока что должен находиться здесь. Единственное, что до сих пор его тревожило…

— Единственное? — переспросил голос.

…это кот. Голос в голове — это, конечно, странно. Пожар, что начался в гостинице — очень подозрительно. Но, кот, точно был настоящим. Он держал его в ладонях.

— А, вдруг, не держал? — поинтересовался голос.

— Заткнись! — рявкнул Роберт.

Лили дёрнулась.

— Твою мать, Роберт!

— Простите, — застенчиво произнёс тот. — Не могу это контролировать.

— Понимаю, ты не виноват.

Роберт слегка удивился. Это первый раз, когда Лили признала, что знает, что с ним происходит.

— Что ж, — заговорил Роберт, надеясь вернуться к разговору. — Расскажите об Историке?

— Ну, во-первых, он живёт вот здесь, — сказала Лили, когда они поднялись на небольшую возвышенность и оказались у подножия одной из окружающих гор. У этого самого подножия расположился средних размеров замок, построенный из тёмно-серого камня, с тремя высокими башнями, обнесёнными высокой стеной. Роберт заметил, что вокруг башен и стен летали стаи птиц.

— Я думал, он больше, — задумчиво произнёс Роберт.

— Замок — это входная дверь в Архив. Гора за ним, по большей части, пуста. Она была изрыта отрядом древних дворфов. Там без счёта комнат и проходов; некоторые ещё даже не разведали. Изначально там планировалось создать нечто вроде королевства дворфов, но великаны их выгнали.

— Как великаны туда забрались?

— Дворфы так впечатлились своей способностью опустошить целую гору и превратить её в своё королевство, что, когда в эти земли пришли великаны, дворфы решили её оборонять.

— Разве внутри горы они не были в большей безопасности?

— Они не принадлежали к числу самых смышлёных древних рас. Они вышли навстречу великанам и, разумеется, были разбиты. Великанам не было никакого дела ни до дворфов, ни до кого бы то ни было. Они просто хотели покинуть Южные земли, где жили изначально, и переселиться на север. Дворфы просто оказались у них на пути.

— А теперь в горе библиотека?

— В основном. Её захватил первый Совет волшебников и она стала хранилищем нашей истории. Волшебники много лет активно ею пользовались, пока около ста лет назад туда не назначили Историка следить за всем и каталогизировать архивы.

— Около ста лет? Сколько же ему?

— Он приближается к девятисотому дню рождения.

— Значит, он не человек?

— Нет.

— Дворф?

— Нет.

— Волшебник?

—