Уж не знаю почему, но вертлявая кокетка, перезнакомившись со всеми, выбрала своим другом маленького Михаэля. Постоянно крутилась рядом, а когда уставала, заползала под его ладонь, сворачивалась клубочком и засыпала.
Элла утверждала, что пару раз видела, как у сына дрожали пальцы. Убитой горем матери казалось, будто у малыша, благодаря песику, восстанавливается тактильная чувствительность.
Как бы там ни было, а появление у мальчика реакций внушало надежду на положительный исход. Никто не прогнозировал возвращение дара, но все истово молились о выздоровлении. Потому что невероятно больно изо дня в день наблюдать за бессознательным обездвиженным ребенком.
На фоне эмоционально насыщенных событий не забывали об обучении. Виконт педантично проводил занятия по истории и законодательству. Голова гудела от множества важных дат и юридических аспектов. Но я упорно бродила в дремучих дебрях местной казуистики, надеясь впитать необходимые знания и использовать в недалеком будущем.
Доротея всерьез взялась за дело и задалась целью вылепить из меня приличную чародейку. И заодно подготовить Виолетту к поступлению в Академию.
Сегодняшний день мы выбрали для поездки в ближайший населенный пункт на практикум. И Амалию прихватили за компанию. За Маркусом вызвалась присмотреть Шарлотта.
В километре от особняка начинались земли герцогства де Гранд. Посему решили совместить приятное с полезным и с пристрастием изучить унаследованные угодья.
— Обратите внимание на поля, — леди де Вальтар велела кучеру остановиться и вывела нас на дорогу, как наседка неразумных цыплят. — Все мы в большей или меньшей степени являемся носителями дара земли. Поэтому спокойно запускаем диагностику и изучаем почву. Потом вспоминаем вчерашнюю лекцию и озвучиваем выводы. Приступайте.
— Слишком истощенная, — огляделась задумчиво. — Такое ощущение, что из года в год на каждом клочке сажают одни и те же культуры.
— Вы правы, — кивнула юная подопечная. — Надо срочно найти старосту и объяснить, что их подход в корне неверен и приводит к стремительному снижению урожайности.
— Можно парой-тройкой сильных заклинаний подправить плодородный верхний слой, — нахмурилась молодая вдова. — Всего-то двадцать сантиметров в глубину.
— И несколько километров в длину. Мы вчетвером выдохнемся, а людей уму разуму не научим. Выдвигаемся в деревню, — скомандовала наставница.
Минут через десять въехали на центральную улицу и резко затормозили.
— Помогите! — из-за угла выскочила юркая рыжеволосая девочка лет шести и кинулась наперерез. — Спасите!
— Ах ты, паршивка неблагодарная, — взвыла дородная тетка и, размахивая грязным полотенцем, понеслась следом. — Приютили на свою голову.
— И ограбили, — заверещала огненная бестия и запрыгнула к кучеру на козлы. — Всю одежду отобрали и деньги отняли. Заставляете ходить в обносках.
— А ну слезай! Нечего всяким ублюдкам по барским каретам скакать.
— Неправда! У меня папа есть, — надрывно всхлипнула малютка.
— Заделал тебя и бросил. На кой ты ему сдалась, — разбушевалась обидчица.
— Врете! Он меня любит.
— Ха! Аристократишка твоей дурной матерью попользовался и выкинул помирать. Да таких принцесс, как ты, в каждом поселке по десятку.
— Разве можно говорить подобное ни в чем не повинному ребенку? — рявкнула возмущенно и выбралась из кареты.
— Вы езжайте, госпожа, — нехотя поклонилась товарка. — Извиняйте, что задержали. Мы уж тут сами разберемся. По-свойски.
— Не рекомендую разговаривать со мной в подобном тоне. Полномочий маловато, — высоко вскинула подбородок и одарила нахалку ледяным взглядом. — Где живет глава?
— Я его жена. Вы как раз у нашего дома остановились. Пожалуйте в гости, — тон тут же поменялся с дерзкого на подхалимский.
— Дамы, прошу воспользоваться предложенным гостеприимством и побеседовать с хозяином. Мне необходимо переговорить с малышкой. Чуть позже присоединюсь.
Подруги согласно кивнули и выбрались из экипажа.
— Как тебя зовут, егоза? — спросила с улыбкой.
— Диана де Фиррель.
Подала ей руку и прошептала на ушко:
— А я герцогиня Энни де Гранд. Перебирайся внутрь. Там тепло. Думаю, нам нужно многое обсудить.
Через пятнадцать минут пришла к выводу, что либо я обзаведусь второй воспитанницей, либо магически одаренную девочку превратят в рабыню и загубят.
Она жила с матерью. Отец навещал время от времени. Но полгода назад визиты прекратились. Родительница скончалась в начале зимы и ребенка сплавили родной тетке, которая данному обстоятельству совершенно не рада.
Когда мы вошли в дом, Виолетта заканчивала писать рекомендации по смене сельскохозяйственных культур на полях.
Не стала терять время и обратилась к родственнице:
— Покажите документы ребенка. Кто родители и на каком основании вы стали опекунами?
Вскоре на стол легло свидетельство о рождении. Мать — служанка Ирма. Отец — Арман де Фиррель. Признанная дочь.
— Доротея, тебе это имя ни о чем не говорит? — спросила резко побледневшую наставницу.
— Бывший ректор Академии стихий, — прошептала она. — Второй сын графа Генри де Фирреля. Отправился на войну во главе отряда выпускников пять месяцев назад. Все числятся погибшими после сражения в графстве де Бре.
Выругалась про себя. Как тесен мир. Открыла письмо и стала внимательно читать. Поверенный аристократического семейства сообщал о смерти Ирмы и отказе клиентов растить неугодное дитя. Ввиду чего бедняжку сплавили в деревню с тремя сотнями золотых монет и двумя сундуками, набитыми памятными вещами и одеждой.
— Баронесса де Шаврез и леди де Вальтар выступят свидетелями, — сложила письмо и аккуратно убрала в конверт. По факту оно является официальным документом. — Присаживайтесь и пишите согласие о передаче Дианы под мою опеку, а также отказ от прав и притязаний. Выделенные деньги требую вернуть. Имущество тоже.
Обрадовавшаяся было семейка резко встрепенулась и встала в позу. Использовала заклинание замиралку, чтобы не маячили перед глазами, и строго сказала:
— Я получаю все приданое подопечной, сведения о котором содержатся в письме юриста. В благодарность применяю магию и исцеляю земли. Мы расстаемся с хорошими воспоминаниями друг о друге. Это первый вариант. Второй не так приятен. Через час возвращаюсь в сопровождении многочисленной охраны. Назначаю нового главу и перетряхиваю дом от чердака до подвала, попутно проверяя записи об уплате налогов.
Сняла действие чар и вопросительно приподняла бровь.
— Кто Вы? — побелевшими губами прошептал староста.
— Герцогиня де Гранд, — припечатала жестко.
Ух, как забегали. Значит, рыльце в пушку. Обязательно пришлю инспекцию, когда обживусь.
На сборы и оформление бумаг ушло чуть больше часа. Потом вся округа наблюдала за практикумом по приведению почвы в надлежащее состояние. По резерву затратно, но очень интересно. Сил четырех магичек как раз хватило для оздоровления пашен. Нашего исполинского труда, к сожалению, не видно под слоем снега. Но ничего, по осени оценят повышение урожайности.
Возвращались в удрученном настроении. Я пыталась представить, сколько еще никому не нужных одаренных ребятишек бегает по моим владениям. Доротея со слезами на глазах смотрела на дочку ректора и вздыхала по мужу, который так и не увидел сына. Виолетта вспоминала собственное детство, а Амалия братьев и сестренку.
Когда подъехали к особняку, во дворе никого не было. Непосредственная и озорная Диана с веселым визгом помчалась ко входу, распахнула дверь и вбежала в холл. Но тут же вылетела обратно с полными неприкрытого ужаса глазами.
— Ааа… Бегите! — заорала истошно. — Спасайтесь!
Глава 21
— Там м-мелвил! — заикаясь пищала воспитанница, подлетая ко мне.
— Кто? — окинула подруг напряженным взглядом.
— Мелвильский волк, — всхлипнула малышка. — Папа читал про них сказку.
— Ни разу о таких не слышала. Расскажешь? — заинтересовалась Доротея и присела перед испуганной девочкой на корточки.
