— До того, как Калмык начал угрожать, что заберет меня.
— Но твоего отца прессовали значительно раньше. Так? Он просто нашел выход, чтобы тебя не трогали. До поры до времени. Добился отсрочки, что планировал делать позднее, не знаю, но думаю, ты здорово подпортила ему планы побегом.
— Это что, ложь во спасение?
— Типа того. Умный был мужик, кажется, — добавляет Дан.
— Очень… — соглашаюсь и на несколько минут замираю, но потом все равно подскакиваю. — Где я? Куда ты меня везешь? Как ты это провернул? Я хочу знать!
— Не провернул. Еще в процессе.
— А что будет со мной?
— Теперь ты моя. Может быть, должница. Может быть, девчонка, чтобы развлечься. Еще не решил. Помолчи, пожалуйста. Я оцениваю ситуацию, — сказал и уткнулся взглядом в телефон.
А кто это у нас такой грозный объявился?))) Не решил еще... Верим? )))
Глава 37
Глава 37
Ника
— Развлечься? — переспрашиваю.
— Да. Помолчи.
— Отлично. И чем тогда ты лучше Калмыка?! — возмущаюсь. — Тебе на мои желания плевать. Ему тоже плевать. Только свои интересы лелеете.
Дан поднимает на меня взгляд и несколько секунд смотрит, не мигая. Потом показывает моток липкой ленты, лежащей рядом с ним.
Намекает, что заклеит мне рот?! Отлично, я просто не скажу ему ни слова. Отворачиваюсь и закрываю глаза, подложив ладошки под щеку.
Это временно, говорю себе. Все временно.
Рано или поздно бугаю наскучит, и он оставит меня в покое.
Нужно только набраться терпения.
Долго ли ехать? Далеко?
Вопросы свербят на языке. Не позволяю себе задавать их вслух.
Буду молчать.
За городом останавливаемся, Дан меняет машину. Не хочу смотреть на него, но любуюсь украдкой. Его движения, скупые, отточенные жесты завораживают. Суровое лицо притягивает взгляд.
Он ловит меня на подглядывании и ухмыляется лениво.
Доволен собой.
Я — зла.
Потому что не могу остаться равнодушной к такому наглому и непробиваемому мужчине!
Плюс он умный, и мои рецепторы, отвечающие за мурашки, щедро осыпают меня ими с головы до ног.
Умный дьявол. Догадался о браслете и о часах, обнаружил вместо меня тринадцатый подарок папы. Ко дню совершеннолетия. Подарок или проклятье? Я носила у себя на руке очень опасную информацию. Калмык же действует не один, у него явно есть люди, занимающие места повыше. Те, кто благоволят ему и помогают, направляя.
Как Дан собирается со всем этим справиться?
Или… он и не собирается? Выкрал меня, как вор, везет черт знает, куда. В берлогу свою, наверное, развлечется и… выбросит.
От приятных мурашек и эйфории не остается ни следа. Слишком много неизвестных переменных. От меня ничего не зависит, это удручает и заставляет чувствовать себя слабой.
— Пошли, поешь, — предлагает Дан во время очередной остановки.
Забегаловка вдоль трассы, кемпинг.
— Что будешь?
Молча занимаю столик, пусть сам выбирает. Не хочу говорить с ним.
— Что ты будешь? — нависает над столом. — Слева висит меню, выбери, я закажу тебе.
Может быть, глупо, но я отворачиваюсь, задрав нос.
— Ясно, — выдыхает. — Выберу сам. Да?
Ожидает реакции, но ее не будет!
— Хотя бы кивни.
И кивать не буду.
Ноздри от возмущения раздуваются.
— На тебя, официально заявляю, за час потрачено нервных клеток больше, чем за неделю.
Никто тебя не просил тратить на меня свои нервные клетки и ресурсы.
Вкус еды откровенно паршивый. Котлета настолько жирная, что меня подташнивает от ее вида и запаха. Пюре едва ли не синее и деревянное, компот слишком сладкий. Булочка сухая и невкусная.
Дан молча ест все. Мне кажется, он вообще в еде не очень разборчив, просто готов съесть все, что наложат ему на тарелку.
— Поехали. В туалет хочешь? Справа.
И без тебя догадаюсь.
Туалет, на удивление, просторный, разделен на мужской и женский. В женском сильно пахнет хлоркой и распахнуто окно. Если встать на унитаз, можно дотянуться.
Именно это я и делаю.
Окно узкое, но и я не толстая, должна пролезть.
Раскрываю его пошире, подтягиваюсь.
Успеваю просунуть только голову.
— Далеко собралась?
Блять.
От неожиданности стукнулась затылком об раму и прикусила себе язык.
— Не дури, Белка. Тащи свою тощую задницу к машине и прекращай ебать мне мозги наитупейшими попытками вывести меня из себя!
***
Дорога с Даном превращается в откровенную пытку. Он усердно пытается заговорить со мной, я так же усердно отмалчиваюсь, не сказав ему даже спасибо за то, что вытащил из лап Калмыка. Впрочем, сам он явно не намного лучше.
Останавливаемся в пригородном отеле.
— Это временно. Тебе нужно поспать. Завтра оставлю тебя в надежном местечке, пока я решаю. Сбежать не получится. За тобой будут тщательно присматривать. И, в целом, заведение не из тех, откуда можно свалить.
Интересно, что же это за тепленькое местечко, откуда не сбежать? Тюрьма, что ли?
— Ужин? — предлагает Дан.
Я молча направляюсь в душ, хлопнув дверью.
Ее выносит за мной пинком почти сразу же.
Меня швыряет с силой в стену, и, когда я зажмуриваюсь от ожидания удара с холодной твердой поверхностью, резко притягивает обратно. К горячему телу мужчины.
— Сотри с лица это высокомерное выражение, девочка. И поговори уже, блять. Нормально поговори! — злится Дан.
Я лишь сердито дышу, зыркнув на него с кипятком во взгляде.
Вот так сильно ненавижу! Ненавижу, чтобы тебя растопило…
— Значит, общения не выйдет, — дергает верхней губой. — Ясно. Тогда займемся тем, для чего я тебя забрал. Встань раком, как в прошлый раз. У меня мало времени.
Не подвинусь! Ни на сантиметр не сдвинусь! Сам… Все сам, если тебе так нравится… действовать, как вонючий ублюдок.
— Моника. Не стой, как деревянная. Больше гибкости. Хитрости. Ласки, блять. Где?
Складываю руки под грудью, демонстративно пялясь в район его кадыка.
— Если ты считаешь, что я свое не возьму, то ошибаешься.
Еще несколько секунд напряженной тишины.
— Ясно.
Дан действует механически и все-таки прогибает меня над раковиной, сдернув вниз штаны с трусами. Крепко цепляюсь за край раковины изо всех сил, чувствуя позади жар сильного тела.
Покалывает предвкушением. Нет, кончать я не собираюсь. Не буду! Нафиг пошел!
— Красивая попа, — шлепает ладонью. — Будешь бесить, в зад возьму.
Вздрагиваю.
Снова шлепок и поглаживания.
— Не беси.
Пальцы Дана раздвигают складочки. Слышу, как он сплевывает на ладонь и разносит влагу слюны по члену, толкается вперед, нажимая.
Горячая головка давит на складочки, я такая напряженная, будто в кулек свернулась, сжалась до невозможности туго.
— Расслабься, глупая. Ты все равно кончишь… — дышит тяжело.
Внезапно жгучее давление прекращается. Я настораживаюсь, в ожидании дальнейшей экзекуции и изумленно выдыхаю, когда чувствую сзади…
Сзади... Ой…
Отчего-то становится стыдно. Стыдно в хорошем понимании этого слова.
Стыдно хорошо и крышесносно жарко от касаний губ и языка к сокровенному местечку.
Я ужасно раскрытая и доступная перед ним.
Дан, обхватив мои бедра пальцами, не позволяет вильнуть в сторону и… вылизывает меня.
Глава 38
Глава 38
Ника
Мне сразу же захотелось завопить, чтобы Дан прекратил. Прекратил делать это немедленно!
Бросаю взгляд в зеркало над раковиной и краснею еще больше. Такой пунцовой я не была ни разу.
Ужасно. Ужасно… Я вижу в отражении лишь светловолосую макушку Дана, который присел позади меня и буквально впивается ртом в мою промежность. Его пальцы держат меня раскрытой, натягивая задницу.
Черт…
Язык напористо двигается по щели, смазывая слюной. Хочу верить, что это его слюны так катастрофически много. Но когда он трогает кончиком языка клитор, порхая вокруг него, я чувствую, что влага на его языке — моя, и что я теку, теку, как продырявленный пакет, из которого подтекают сливки.
