Читаем без скачивания Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ) - Штефан

с территории Лысой Горы обратно в школу. Мирослава подбежала к Яромиру, который стоял в сторонке вместе с Никитой и дожидался ее.

— Как тебе? — поинтересовался Вершинин, вставая от девочки по левую руку и уступая место справа Яромиру.

— Волшебно, как в сказке про Алладина, — улыбнулась Мирослава, а парни усмехнулись.

— Ведь то была-а-а совсем не сказка-а-а, — певуче заголосили парни, а девочка нахмурилась.

— В каждой сказке есть доля правды, славянская мифология тебе в пример, — ответил на ее недоуменный взгляд Никита.

Она задумалась и кивнула.

— Будете пробоваться в команду? Васнецов прав, Яромир, ты с ковром будто единое целое, — повернулась к другу Мирослава и заметила, как с его лица пропала улыбка.

— Наверное, нет, не мое это.

Вершинин остановился, в упор глядя на вихрастую макушку медленно шагающего одногруппника.

— Не твое?! Тогда чье еще?! Да без тебя у команды вообще нет шансов!

Яромир не остановился, продолжая идти вперед.

— Я слишком часто болею, не могу подвести команду.

Мирослава, глянув на обескураженного Никиту и обменявшись с ним непонимающими взглядами, побежала за другом.

— Трус тот, кто боится и не бежит. А кто боится и бежит, тот еще не трус! — сказал Вершинин, процитировав Достоевского. Однако он тут же понял свою оплошность, когда друг кинул на него неодобрительный взгляд своих черных глаз.

Веснушчатый яриловец даже внутренне сжался, но Полоцкий ничего не ответил. Мирослава нахмурилась, вдруг осознав, что друга и правда что-то держит и не дает согласиться пойти на отбор в команду. Но допрашивать его она не стала, посчитав, что не имеет на это права. У каждого человека могут быть свои тайны.

— Тогда, может, меня кто-нибудь просветит, что вообще такое «шабаш»?

Яромир улыбнулся подруге и обнял ее за плечи одной рукой.

— У меня иногда ощущение, что ты свалилась с Луны, когда задаешь такие банальные вопросы

— Эй! — не согласилась Мирослава, спихивая с себя его руку и чуть отталкивая от себя. Парень коротко засмеялся, глядя на яриловку. — Я узнала о том, что на этой планете вообще существует реальное волшебство, всего пару месяцев назад, а бабушка и вовсе хотела, чтобы я узнала о Ведограде все уже на месте.

— Знания — сокровищница, но ключ к ней — практика, — заключил Никита, глядя на удивленную одногруппницу, а потом и на хмурого Яромира, выгнувшего в вопросе бровь. — Томас Фуллер. Темнота-а, с кем я вообще учусь?!

ᛣᛉ

После урока полетов ребята сразу отправились на ужин, так толком и не рассказав подруге детали незнакомого вида спорта. А затем, когда вездесущий и всезнающий Вершинин убежал в библиотеку, друзья, не теряя времени и взяв с собой все учебники и домашние задания на завтра, уселись на кухне за большим деревянным столом. София пришла только через час, удивившись бурной учебной деятельности, развернувшейся среди горы грязной посуды.

— Совесть — вот основной инструмент наших поступков!

Яромир закатил глаза. Спор продолжался уже давно, и парень, размахивая перьевой ручкой, пытался доказать свою точку зрения:

— Согласен, но я не верю, что Пугачев, этот бунтарь и властитель, мечтающий свергнуть императрицу, мог так просто оставить в живых человека, который открыто выступал против него самого! Это же подрывает его авторитет!

— Ему известно понятие о чести, разве можно в этом случае делить только на хороших и плохих? — спорила Мирослава, откидывая в сторону ненужный исписанный листок. — Нравственные устои, воспитание, которое в нас закладывают родители в самом раннем детстве, — вот есть основа всего.

Так Гринев на протяжении всей истории в “Капитанской дочке” вырастает из маменькиного сынка в достойного и благородного офицера, который всегда держит свое слово! Да, пока он жил с родителями и бестолково проводил свое время, гоняя по крышам голубей, эти устои еще дремали.

Но когда пришла пора принимать взрослые решения — тут-то в нем и просыпается понятие нравственности, он вспоминает слова, сказанные еще давно его отцом: “Береги честь смолоду”, чему в дальнейшем будет неуклонно следовать.

Также можно говорить и о поступках. Не прояви благодарность и не подари бродяге тулуп, остался бы он жив, когда Пугачев, оказавшийся тем самым бродягой, захватил Белогорскую крепость, где и служил Петр? Скорее всего, нет.

— А Швабрин? — спросил Яромир, с интересом наблюдая за тем, как подруга, эмоционируя, подбирает нужные слова. Он все прекрасно понимал, но ему было интересно ее мнение.

— Трус.

— Очень громкие слова. Вряд ли можно судить так однобоко…

Мирослава поджала губы, прищуриваясь.

— А как еще можно назвать человека, что словно уж на сковородке извивается и ради спасения собственной шкуры предает свою императрицу, переходит на чужую сторону? И это уже не говоря про его отношение к Маше, разве это по-мужски?

— Разумеется, нет!

— Вот именно. Так никогда и любовь нельзя заполучить насильно, используя грязные методы, какими не брезговал Швабрин! Только искренние мотивы, героизм и вера своим принципам смогли помочь Гриневу, когда несмотря на его клеймо “предателя”, Маша смогла разглядеть в нем честного человека.

Оттого сама проявила свое мужество, обратившись к императрице, точно так же на свой страх и риск, чтобы вызволить Петра и добиться справедливости. Ей удалось поговорить с Екатериной Великой и рассказать их с Петром историю. Искренний рассказ девушки и ее честность не оставили государыню равнодушной. Вскоре Петр был оправдан и освобожден, как ты помнишь по сюжету.

— Ты превращаешься в Вершинина, ей-богу… — улыбнулся парень. Мирослава лишь усмехнулась: уж догнать в познаниях литературы Никиту ей было не под силу.

София, молча слушавшая этот спор, захлопала в ладоши. А друзья резко повернули головы в ее сторону, так как только сейчас заметили ее присутствие.

— Пять баллов, — сказала она и подошла ближе. — Только времени уже десятый час, а у нас тут не кружок юных литераторов.

— И тебе привет, — хмуро отозвался Яромир и продолжил что-то записывать на пергаменте, игнорируя ее замечания.

— Слышала, сегодня у вас был первый урок полетов, уже решили, кто вступит в команду? — вдруг участливо спросила Мирская, опершись руками о столешницу.

— Нет, — ответил парень, не отрывая взгляда от учебника. — Отборочные завтра.

— Странно, а слухи о том, что ты уже в команде, ходят по всему первому курсу.

Мирослава оторвалась от своего сочинения и посмотрела на друга. Тот не реагировал и выглядел безучастным.

— Врут, собаки сутулые, — пожал плечами юноша и поставил точку в конце предложения. — Играть я не буду, не мое.

София чуть склонила голову и улыбнулась.

— Ах, я и забыла, играют-то ведь…

Яромир громко захлопнул книгу, не дав той ни малейшей возможности закончить. Он снова вызвал свою фею-крестную, и та по щелчку пальцев в очередной