пламени.
Брать тут было нечего, да и не смог бы я тогда. Меня накрыл отходняк. Меня тащило и плющило… Вдобавок ко всему заорал коммуникатор — наверное та аппаратура и глушила сигнал… А вот кто звонил, даже желания не было смотреть. Очень хотелось выйти на свежий воздух. Ибо тут пахло дерьмом и кровью. Отвратительный запах.
Глава 13
Я убедился, что все, кто находился в этом строении и желал мне зла, упокоены навсегда. Ведь контроль я таки сделать не поленился — для душевного спокойствия.
Вышел из этого долбаного сарая, внутри которого, кстати, огонь уже вполне себе разгорелся, и было слышно, как начинают детонировать унитары кинетических установок. Резкие хлопки стали раздаваться всё чаще и чаще.
Я от греха отошёл ещё дальше, не забывая, впрочем, оглядывать окрестности. Ведь далеко не факт, что мы прижучили всех бандитов. Может кто ещё по щелям шхерится. И готовит снайперский комплекс…
Подумав об этом, я резво поменял энергоячейки в генераторе защитного щита, который сегодня сослужил мне хорошую службу. Если бы не он, то сейчас я, несмотря на всю свою ловкость и способность к регенерации, выглядел бы, как одна большая гематома на ножках…
Теперь пару выстрелов даже из достаточно серьёзного оружия я переживу, если что.Поскольку щит снова снабжён энергией.
Но, будем надеяться, что не осталось никого, кто мог бы целиться сейчас в мой затылок, злобно при этом ухмыляясь.
И, наконец до меня дошло, что именно не даёт мне до конца успокоиться и расслабиться. Коммуникатор продолжал конвульсивно содрогаться и орать, как резанный. Это названивал Гвидо.
— Слушаю, — прохрипел я, сразу после того, как тронул сенсор приёма.
— Живой… — это Гвидо выдохнул в микрофон. Причём в голосе его явно слышалась и радость, и явное облегчение. Переживал, видать.
— Рад тебя слышать, — хмыкнул я. Тоже за него волновался. А ну как попрёт грудью на амбразуру? С него станется, он такой…
— Ну, как ты, нападение было? — продолжал допытываться любопытный здоровяк.
— Было, конечно, — ответил я, двигаясь по направлению к чадящим чёрным жирным дымом обломкам, которые совсем недавно были довольно дорогим глайдером. — но мы отбились. У тебя там как всё прошло? Я так понял, что тебе тоже кто-то внимание повышенное уделил?
— Есть такое дело, — ответил Гвидо.
— Потери? — тут же спросил я. Наша группа ещё легко отделалась. Один раненый. Я так понимаю, что средней тяжести. Может, правда кто ещё чего поймал, пока я тут виброклинком врагов на ленточки распускал. Но сейчас подойду к ребятам, там всё и узнаю.
— Два двухсотых и пять трёхсотых, — доложил Гвидо. Голос звучал нерадостно. — Ну и два броневика придётся списывать, и три в капремонт…
— Да, — я от расстройства аж зубами скрипнул, — погуляли… Потери в людях в каких подразделениях?
— Все наёмники. Гварды были около меня, а потому отделались царапинами. И, это… Мы же ещё два бронетранспортёра на антигравах захватили, так что по технике всё не так плохо, как могло тебе с начала показаться…
— Ну, бронетранспортёры, это конечно хорошо, это в хозяйстве пригодится, — ответил я, — плохо, что людей не уберегли.
— Тут нас подловили грамотно. Дорога шла вдоль отвесной стены. Вроде рыхлый песчаник, травка, цветочки… А как передние машины напротив этой стены появились, так они свои фугасы и взорвали. Хорошо так спрятали, сволочи… Я то в середине колонны был. Но по нам почти сразу ПТУРами врезали…
— Ну, ладно, потом расскажешь подробности. Сейчас отправь за мной к заброшенной ферме людей и транспорт. Мой глайдер всё, отлетался. — я вдруг услышал, как вибрирует воздух и нарастает густой такой гул, словно несколько атмосферных транспортов надо мной устроили соревнование по высшему пилотажу. — высылай людей и глайдеры, будь на связи. Летит сюда ко мне кто-то… Не иначе, как силы местного пиратского правопорядка раздуплились и решили таки посмотреть, что тут так весело пылает и дымит… — и я дал отбой. Итоги примерно понятны. Как вернусь, тогда разбор полётов и проведём. Сейчас нет смысла по коммутатору стараться что-то выяснить сверх того, что уже сказано…
Нок нам летел не патруль — всё-таки слишком хорошо я подумал о местных блюстителях понятий.
Силуэты летательных аппаратов, что пару раз уже пронеслись над моей головой, были мне смутно знакомы… Где-то я недавно видел нечто подобное.
Окончательно все мои сомнения развеялись, когда неподалёку от горящего глайдера начал спускаться с небес КШК с эмблемой «Дэффы». Это, получается, сам Аргуссос к нам на огонёк заглянул… Не ожидал, не ожидал…
Но, раз уж он нас опять почтил своим вниманием, негоже мне стоять в сторонке… Додумывая эту мысль, я направил стопы свои к месту, куда вертикально снижался катер Аргуссоса.
Пока катер примеривался, как бы ему половчее приземлиться, я принимал доклад Клауса. Если коротко, то водила жить будет. Другое дело, что если мы его в течение пары часов в капсулу не уложим, стоимость лечения может подскочить раза в три — досталось ему, всё-таки, капитально.
Ну и лёгкие ранения у всех остальных. Хоть тактические комбезы и хороши, а вот индивидуальных генераторов защитных полей у ребят Клауса не было. Дороговастенько для них. Не та у наших гвардов пока степень крутизны, чтобы они могли себе такие кучерявые девайсы позволить. Хотя, штука, конечно, в некоторых ситуациях просто жизненно необходимая…
Но ладно, все живы, и то хорошо, а медкапсулы подлатают, кому не повезло. Тем более что по договору всё лечение от травм, полученных при исполнении, оплачиваю я.
Обернувшись, я увидел, что катер таки коснулся поверхности земли, и сейчас устанавливает посадочные опоры.
А через пару минут пыль, поднятая маневровыми движками катера улеглась, и начала опускаться посадочная аппарель…
Я решил подойти поближе. Меня же тоже мучили вопросы. Например, что сподвигло такого важного и занятого человека пренебречь остальными, наверняка, уже давно вписанными в график делами и ломануться на помощь мне?
Нет, если вы скажете, что это он исключительно из глубокой симпатии ко мне, то вы наверняка ошибётесь. У него нормальная ориентация, насколько я понял из общения с ним.
А вот то, что ему позарез надо что-то из того, что мы попятили у арварцев… Эта версия мне кажется более реальной. Сейчас, правда, разговор об этом вряд ли зайдёт.
Но я не должен дать себя этим обмануть. Я напротив, должен сделать себе отметку
