Роуз улыбнулась и кивнула.
— Это идея пси четвертьвековой давности — покрывать череп тонким псионитовым напылением, чтобы защитить хомо. Вроде клетки Фарадея, только не от электричества, а от псионики. Прямо под кожу, прямо на кости.
— Впервые слышу. — почесал затылок мистер.
— Еще бы, это на уровне идеи и осталось. — эльф поволок ящик к двери. — Никто не способен был выдержать такую операцию, за редчайшим исключением. Основным требованием была полная функциональность мозга в период напыления сплава, чтобы кристаллическая решетка перенимала частоту биоритмов конкретного мозга. А это значит — никакой анестезии. Удачный исход операции определялся лишь способностью конкретного индивида переносить боль от вдуваемого под кожу черепа через тонкие иглы расплава псионита…
Мистер явственно дернулся.
Ховер плавно остановился.
— Твою мать, что, уже?! — занервничал эльф.
В окне, кроме фиолетового тумана, так ничего и не было видно.
Алекс повернулся к дамочке:
— Как ты узнала, где тормозить?
— Мы почти что носом уткнулись в первую установку. — невозмутимо ответила та. — Просто ее не видно.
— Тогда откуда ты знаешь, что она там?
Ради молча отвернулась.
— Ладно… — прошептал эльф. — Поехали!
Он хлопнул по кнопке открытия и выскочил наружу.
В ушах ощутимо зазвенело.
А мистер и Роуз скривились так, словно все зубы разом заболели.
Скрежетнула по полу коробка и канула в туман вслед за эльфом. На полу остался только свернутый бухтой кабель…
— Ал, стой!..
Но Алекс уже схватил бухту и вывалился в фиолетовую бурю.
Молния… Молния… Солнце… Разряд… Взрыв…
Мать… Отец…
Юна… Диго… Фэлпс…
Роуз!..
— А-а-а-а!..
Алекс рухнул на колени, зажмурился, сжал голову ладонями, больно придавив висок кабелем…
На голову давило сто метров водной толщи, со всех второн слышались голоса… Кричали, шептали, просили, молили, плакали, смеялись!.. Тысячи голосов!.. Миллионы фраз!.. Миллиарды людей!..
— Эльф!..
— Ельф!.. Ель!.. Качель!.. Канитель!.. Карусель!.. — подхватили голоса.
— Корд?!
Мелкие частые шаги…
— Ты что тут забыл?!
— Ка… бель… — выплюнул Алекс, уронил кабель, рухнул на землю…
— Абель!.. Абель!.. Абель!..
— Точно. вот почему не работает!
Легкие и быстрые шаги прочь… Прочь… Прочь… Не помочь… Обесточь… В ночь… В нос… Не вопрос… Не вопль… Некрополь… Не крепче… Не легче… Легче…
Черт, легче!..
Алекс поднял голову. Наверху радужным зонтом переливался защитный купол, стоящий на тонком луче света, бьющего из антенны ящика. Или, вернее, теперь это передатчик ящика, эмиттер. Фиолетовый туман не проникал сквозь тонкую пленку, а тот, что остался внутри, стремительно таял.
— Получилось! — выл эльф, танцуя возле свой коробчонки. — Вашу мамашу, сработало!
— Я счастлив. — выдохнул Алекс, пытаясь сесть. — Самое время передохнуть.
Роуз выглянула из ховера и огляделась:
— Некогда отдыхать. Купол сейчас стремительно опустошает аккумуляторы, и, когда они иссякнут, он пропадет. Надо поторопиться.
Она выпрыгнула, давая мистеру дорогу. У того в руках покоился какой-то сегментированный шар — не иначе, тот самый двигатель из того самого закрытого багажного отсека.
— Ставь куда угодно. — распорядилась Роуз. — А остальные, подойдите сюда.
Ради и мистер переглянулись, эльф хмыкнул.
— Ну, на минуту… — Роуз обвела всех просящим взглядом. — Хочу сделать снимок.
Алекс нехотя поднялся:
— Это нужно для отключения ботов?
— Нет, это… — Роуз закусила губу и опустила взгляд. — Это для меня. И вам, если захотите у себя дома иметь снимок, подобного которому нет ни у кого в мире.
— О, я в деле! — хлопнул в ладошки эльф. — Корд, пошевелись! Быстрее снимемся, быстрее закончим!
Алекс махнул рукой и встал рядом с остальными.
Роуз достала ай-ди:
— Чуть вправо… Еще… Еще… Стойте, я лучше сама ракурс сменю.
Она перебежала прямо к излучателю купола и наконец сделала снимок.
— Готово! — улыбнулась она, опуская ай-ди. — Человеческая память несовершенна, вряд ли я смогу в мелочах запомнить вас… такими…
— Такими? — сощурился Алекс.
— Такими. — кивнула Роуз. — Это… не объяснить. Сами все поймете. Удачи.
Она присела, выдернула из-за голенища нож и перерубила кабель питания.
Часть 3
Дороги, что выбираем мы
26
Часы показывали шестнадцать часов двенадцать минут. Двенадцатого августа две тысячи четыреста четвертого года.
Разбитые и залитые кровью часы показывали минус десять лет.
Перед лицом — чьи-то ноги, осколки щитов, желтые элементы брони…
Клифф уперся ладонями в солфальт и легко поднялся в рост.
— А ну, малец, в сторону!
Сам ты… малец…
Мимо, перекрикиваясь, полдесятка мужиков толкали обгоревший автолет без окон. Новую барикаду строить.
Да это же все уже было!
Очередной сон?!
Рука рефлекторно полезла за жвачкой и — вот это поворот! — нашла ее! Нашла в кармане черных бриджей, а не рваных синих штанов, что были на Клиффе во время бунта!
То есть, все же не сон…
Наверное, так люди и сходят с ума в пробоях… Тонут в прошлом, вспоминают его, не желают отпускать…
— Клифф!
Ну, точно. Прощай, разум. Здравствуй, брат.
Саймон вынырнул из дыма, как стригл из канализации. Бровь рассечена, волосы растрепаны, одежда — набор ленточек. Только красный платок узлом на правом запястье как новый.
— Живой, братишка?
— Пока еще живой, но, судя по всему, это ненадолго.
Саймон нахмурился:
— Чего? А, ладно, потом расскажешь, за нами еще две улицы, лимоны отступают! Слышишь?! Мы побеждаем!
— Да, знаю. — вздохнул Клифф. — Идем, я хоть напоследок повеселюсь.
Барикады, автолеты, лужи электролита, люди, эльфы…
Сейчас взорвется слева.
Бум!..
Клифф присел, удержался, а вот Саймон упал на бок.
— Ого! Похоже, автолет! — Саймон поднялся. — Не иначе, взрывают и переносят барикады!
— Не переносят. — себе под нос пробормотал Клифф. — Просто взрывают, расчищают путь легионерам. Но об этом расскажут только в четыреста седьмом.
— Чего?
— Идем, говорю.
— Секунду!
Две бутылки, знакомый тост…
— Но я не пью… — Клифф нахмурился и махнул рукой. — Хотя ладно, о чем я… Десять минут осталось.
Алкоголь мгновенно вскружил голову и перетряс мысли. Клифф встряхнулся:
— Идем!
— Как думаешь, много лимонов полегло?
А ведь в оригинале этот вопрос задавал Клифф…
— Больше перешло на сторону бунтовщиков. — ответил Клифф, осматриваясь в поисках стопки щитов. — Остались только самые поехавшие, кто уже давно и плотно сидит на тетриназине. Почти легионеры.
— На чем сидит?
Клифф отмахнулся:
— Забудь. Возьми лучше щит.
— О, классная идея! А ну, погоди!
Интересно, а что если… Специально все сделать наоборот?
Клифф сел прямо на солфальт:
— Да ты не торопись особо.
— Ты даже на разведку не сходишь? Как же твое вечное любопытство?
— Я и так все знаю. — Клифф допил и поставил бутылку.
— Откуда?
— Давай без лишних вопросов.
В голове слегка шумело, по телу разливалась приятная слабость — вот, что значит семь лет не пить. Или все это результат взаимодействия алкоголя и жвачки?
Часы показывали шестнадцать двадцать три.
— Сейчас начнется.
— Начнется что? — поднял голову Саймон.
Ну да, примерно в этот момент он и нашел устраивающий его щит, только разве что на руку не успел надеть.
Из-за угла показались первые беглецы — двое мужчин тащили под руки эльфа без сознания. Из носа пси капала кровь — похоже, пытался пробить легионеров, да надорвался…
Саймон выпучил глаза:
— Что за хрень?!
— Ты, главное, не дергайся, когда увидишь легионеров. — спокойно объяснил Клифф. — И не пытайся с ними драться.
