Юбка Аманды сделана из пышных хвостовых перьев птицеанов, а поверх них на сетке прикреплены всё те же пластины боевого металла, чтобы всегда были под рукой. Такие же пластины защищают её грудь и спину. И только голова не прикрыта ничем, кроме узкого обруча, придерживающего её растрёпанные рыжие волосы.
Внизу её встретили и пошли рядом две орнитки, с которыми она сдружилась — две молодые самки, уже заслужившие звание боевых вождей, Арииси и Ннарта. Внешне орниты походили на чёрных орлов, только глаза у них похожи на человеческие и лбы высокие, а вместо носа и рта — большой тяжёлый клюв. При ходьбе они слегка подпрыгивали, а при беге выбрасывали в стороны недоразвитые крылья, что позволяло им удерживать равновесие и создавало иллюзию полёта. По настоящему летать орниты не могли — для таких мощных тел у них слишком слабы крылья. Бег же их был так стремителен, и выносливость настолько велика, что всего лишь за день они могли покрыть одним броском расстояние от побережья до Мзивара. Пешему человеку на такое путешествие понадобилась бы неделя, даже если идти целый день. Поход к Мзивару с пешей Амандой занял бы очень много времени, но выход был очень прост: лёгкая девушка ехала верхом на одной из самок, сидя на её крепкой спине и держась поджатыми ногами за раскинутые рукокрылья. Обе самки летели над землёй, легко маневрируя на неровностях почвы, отталкиваясь мощными ногами и помогая себе хвостом. Таким манером они преодолевали сотни километров. Вот почему синкреты так боялись орнитов — появлению их предшествовала туча боевого металла, с гудением пронизывающего врага и возвращающегося обратно, а затем налетала орда свирепых чёрных фурий, когтями, крыльями и оружием превращая недобитого врага в фарш.
— Как победить Рушера? В чём его больное место? — горячо рассуждали орниты на совете, собранном в столице Марено, полуострове Фланнир.
— Больное место Рушера это он сам. — ответила им Аманда. — Можно мелко крошить его синкретов, можно даже найти способ уничтожить Старших Синкретов. Если они однажды были созданы, значит, есть и обратный способ. Можно найти способ забраться на Рорсеваан и устроить там погром. Но это всё пустяки. Раньше Рушер был просто человечком, дрянным таким, вредным тихоней. Но каким-то способом он получил Силы. А раз получил, значит, может и лишиться. А без Сил он не Владыка. Я во сне была амазонкой и мечтала найти город — и нашла его. Он тоже получил свои Силы во сне. Где-то есть источник Сил, не принадлежащий ему. Он только временно воспользовался ими, как воришка. Орнарта говорила, что ответ в легендах. Но их слишком много, все они очень неясны. А я не тот, кто в этом может разобраться. Надо искать других пророков, идти к другим расам за помощью.
— Орниты не связываются с прочими расами. — возразили ей.
— Не связываются, значит, свяжутся. — отрезала она. — Иначе забирайте себе обратно все перья и повтыкайте их себе, откуда взяли.
— Перья не возвращаются на место! — со смехом отвечали ей.
— Вот и прекрасно. — удовлетворилась этим Аманда. — А теперь обсудим, как преодолеть разделяющие континенты океаны. Мне нужно попасть на материк Урсамма, потому что Орнарта говорила, что Белый Монк говорил ей, будто знает, где спрятаны Силы Рушера.
Как переплыть Аурус, золотой океан, который лежит меж трёх континентов? Построить плот? С маленьким плотом она бы управилась, но с большим, чтобы хватило запасов воды и пищи, чтобы он был устойчив при качке, Аманде точно не совладать. Она не умеет обращаться с парусами. И на Марено точно никто не сможет построить корабль — орниты никогда не знали мореплавания, потому что панически боялись воды. Пожалуй, это единственное, что может привести бесстрашных птиц в ужас. Их стихия — мелкие воды залива Крабарри Ло. К тому же, по их рассказам, даже вечные морские скитальцы, сибианы, боятся встречи со стаей эйчварсов — серебряных молний океанских глубин, хозяев водных просторов. Любой эйчварс шутя потопит её плот. Аманда видела их, когда они стаей проплывали вдалеке, и свет солнца отражался от их спинных плавников, как от зеркал. Взрослый самец огромен, как трансатлантический лайнер, и бывает этих рыб в стае до сотни.
Аманда сидела на восточном берегу длинного полуострова Фланнир, города танцующих пальм, одного из чудес Марено. Пальмы танцевали не всегда, хотя и любили музыку. Кажется, они были даже по-своему разумны.
У обитателей Марено была красивая музыка, и они умели прекрасно играть на крупных раковинах морских моллюсков, которых золотым прибоем выбрасывало на берег Фланнира.
Когда орниты затевали пение и танцы, пальмы тоже постепенно включались в процесс и начинали сначала тихо раскачивать кронами в такт музыке. Потом начинали медленно вращаться, закидывая кроны, как головы. И под конец принимались петь. Тогда музыка умолкала, потому что поющим пальмам уже не до неё. Они входили в экстаз и роняли на песок крупные плоды, похожие на кокосовые орехи. Орниты подбирали их, сносили на берег и пускали в воду, чтобы волны подхватывали их и уносили.
Погода стояла довольно жаркая, и Аманда решила искупаться. На длинное плоское восточное побережье Фланнира легко накатывали золотые волны Ауруса, в их пенных гривах мерцали пурпурные и изумрудные искры. Но вода только сверху кажется золотой — такой странный коэффициент отражения, а под поверхностью уже обыкновенная океанская вода, в меру солёная, голубоватая.
Зайдя в воду по грудь, она нырнула. Дальше заходить не следовало, потому что на берегу сидят и переживают за неё две орнитки, Арииси и Нарта — боятся, что она утонет. Вид плавающей в океане Орниссы их уже не приводит в ужас — привыкли — но инстинкты тоже никуда не спрячешь, верно?
На прекрасном белом песке под водой лежал плод танцующей пальмы. Орех был с трещиной — испорчен, значит, вот и затонул. Аманда никогда не видела, чтобы орниты ели эти плоды или вскрывали их, и ей стало интересно, что там внутри. Здесь, под водой, куда ни один орнит не сунется, она предоставлена сама себе. Аманда вынырнула, захватила новый воздух и вернулась к своей находке.
Из трещины в боку плода что-то торчало — какой-то хвостик. Повинуясь нажатию на края трещины, плод разошёлся и выпустил из своего нутра маленькую, полупрозрачную, мёртвую рыбку наверно, залезла полакомиться и застряла.
С рыбкой в руке Аманда вышла на горячий песок, где развалились две неразлучные подружки. Они издалека помахали крыльями — ближе подойти боялись. Бесстрашные птицы, со свирепым смехом идущие в бой против орды синкретов, панически боялись утонуть.
— Что это? — спросила Аманда, вынеся к ним рыбку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
