Пока Кириэль предавался любимому занятию — охоте, принцесса собрала в кулак все свое обаяние и попыталась втереться Лорину в доверие. Изобразив мину искреннего сочувствия, она попыталась остаться наедине с юношей, но уловка провалилась. Неприступный Лорин отказался общаться с назойливой поклонницей и вскоре покинул Эльфанор вслед за своей пострадавшей подругой.
Неудача разозлила Нарбелию. Вкупе со скукой и непроходящей душевной тоской, она становилась все раздраженнее и беспокойнее. Попытка очередной интрижки взбодрила ее на время, но все снова закончилось ничем.
Кириэль, заметив, наконец, что его благородная гостья томится от печали, оставил охоту с друзьями, и начал проводить время с принцессой. Он завалил наследницу подарками, а потом поделился с ней тайной новостью — приближалось время, когда Владыка снимет с головы свой венец и передаст его преемнику. Кто будет этим приемником, гадать не приходилось.
Эта новость предала Нарбелии сил. Извечная жажда величия и власти заставила ее позабыть о любовных терзаниях и направить все свое внимание на того, кто по всему должен был стать ее ступенью на трон эльфийской Владычицы. Выжимая из себя всю нежность и заботливость, принцесса превратилась в ласковую и покорную голубку, целыми днями сладко воркующую вокруг причины своих надежд.
Нельзя сказать, что подобное притворство давалось ей просто. Нарбелия ненавидела играть по навязанным правилам, даже если правила эти писались самой судьбой. Свое недовольство и дурное настроение она изливала на прислужниц, которые, будучи не в силах ответить ей тем же, посылали в спину наследницы полные ненависти взгляды. Принцессу это волновало мало, ведь добыча, на которую красавица нацелила свой острый взгляд, сверкала золотом и переливалась драгоценными камнями, маня и предвещая великую силу и власть…
* * *
Карета остановилась так резко, что задремавшая Таша больно ударилась затылком о край окна. Мгновенно проснувшись, она тревожно посмотрела на Эллавию и поскорее выглянула наружу. Окружающий лес залило серым светом — было раннее утро.
— Что там происходит, милая? Что за непредвиденная остановка? — тут же разразилась возмущенными репликами купчиха и, нервно выхватив веер, принялась им истошно обмахиваться. — Безобразие! Выйди и узнай, что случилось, будь так добра.
Вздохнув, Таша нехотя приоткрыла дверь и, перепрыгнув треснувшую подножку, оказалась на земле. Происходящее встревожило ее: путь лошадям перекрыли два всадника, которых она сперва приняла за разбойников, но потом, разглядев форму егерей, немного успокоилась.
— Вот сопроводительные письма со всеми печатями и разрешениями. Я просто вез пассажиров в Сибр, — суетливо объяснялся кучер Жан, вынимая из сумы мятые желтые бумаги.
— Эта дорога закрыта, волей наместника Бенедикта. Никаких пассажиров и никаких карет здесь быть не должно, — скрипучим бесстрастным голосом произнес один из егерей, даже не глядя на бумаги.
— Но бумаги подписаны Королем, у меня не частный извоз, а королевская служба доставки, — не терял надежды кучер.
— Королевская дорога идет в обход этого леса. Здесь ваши писульки годятся лишь на розжиг для костра, — усмехнулся второй егерь и красноречиво передвинул притороченную к седлу алебарду, — так что советую не пререкаться более и следовать за нами. Шериф Ага решит, что с вами делать.
— Позвольте, позвольте, милейший! — раздался тонкий голос Эллавии.
Отстранив Ташу, она выбралась из кареты и, подобрав длинные юбки, решительно направилась в сторону всадников.
— Сядьте обратно, госпожа! Немедленно, — поспешил остановить ее один из них.
— Не смейте приказывать мне! Вы…
Договорить она не успела. Егерь приблизился к женщине и, оттесняя ее лошадью обратно к дверям кареты, настоятельно предупредил:
— Не советую спорить, госпожа. У нас приказ доставлять всех путников к шерифу. Эти земли таят в себе много опасностей. Только заботами нашего благословенного шерифа Аги нам удается сохранить свою землю от зла. Но успешная борьба требует безупречной дисциплины, поэтому, если вы не прекратите препираться в ближайшую минуту, мы применим силу.
Брови егеря, подобно грозовым тучам, угрожающе сошлись на переносице. Эллавия внимательно оглядела внушительную фигуру, усиленные стальными пластинами кожаные доспехи всадника, и благоразумно отступила.
Вздохнув и тихо выругавшись, Жан стегнул лошадей, направляясь следом за одним из егерей. Второй всадник отстал, оставшись позади кареты. Таша тревожно смотрела в окно, за которым тянулся густой ельник. Они свернули с дороги и двинулись прямо через лес. Взволнованно переглядываясь с Эллавией, принцесса напряженно раздумывала о том, что ждет их впереди. Все в груди неприятно сжималось. Воспоминания о плене снова всплыли в памяти, рождая неприятные ассоциации и чувства. Эллавия тоже помрачнела и сидела, молча, напряженно прислушиваясь и присматриваясь к пейзажу за окном. А там темные лапы елей опускались к самой земле.
— Почему вы согласились следовать за ними? — спросила Таша, пораженная неожиданной сговорчивостью купчихи.
— Чутье подсказывает мне, что сейчас нам разумнее остаться в компании этих вооруженных мужчин, чем продолжать путешествие втроем. Недобрый лес вокруг, очень недобрый. А то, что мы видели ночью… — тихо ответила Эллавия, прикрывая веером губы, — помнишь?
Таша отстранилась от окна, продолжая коситься в темную чащу. Лес становился все гуще. Под елями клубился черно-зеленый влажный мох, заползая на стволы серой растрепанной чешуей. По засохшим ветвям тянулись густые бороды черного лишайника.
— Черный мох — дурной знак, — покачала головой Эллавия, задергивая шторки на окнах, — это признак ведьмы. Думаю, та перевернутая карета, что попалась нам на пути, тоже дело ее рук.
— Ведьмы? — испуганно переспросила Таша, ежась от волнения, — вы имеете в виду какую-нибудь злобную колдунью?
— Нет, милая. Колдуны, колдуньи, маги и чародеи — это просто талантливые люди, способные овладеть волшебством путем долгой и кропотливой науки. Они обращают его в добро или во зло по собственной воле. Ведьма — суть иное. Она — создание тьмы, ее порождение и воплощение. Ведьма — не чудовище, не человек и не зверь. Она суть и смысл зла.
От этих слов принцессе стало жутко. Спокойная тихая дорога в приятной, как оказалось, компании неожиданно обернулась очередной пугающей интригой. Таша скрестила руки на груди, вцепляясь в полы плаща. Как ей хотелось в тот момент, чтобы слова Эллавии оказались домыслами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
