Сам же Елисей защитился за день до меня и практически сразу рванул в аэропорт. Как выяснилось, ко мне. Ну да, конечно, зачем звонить, если трубку не возьмут? Куда проще приехать, чтобы тебя послали лично. Или не послали.
Вчера мне чудом удалось от него отговориться тем, что мы с ребятами собирались праздновать защиту диплома. Керн, кажется, не особо мне поверил, но на свидании настаивать не стал. А я все не могла отделаться от ощущения подвоха. Почему он не пожелал поднимать тему жениха? В конце концов, по логике вещей охмурять меня в присутствии Олега — стремно и чересчур даже для Елисея. Но адекватного ответа на этот вопрос я не находила.
Зато сегодня получила приглашение на свидание. Ну да, вечер, Петербург, что может быть романтичнее? Главное, вовремя вернуться на свою сторону, иначе будет совсем не прикольно застрять в центре в компании Елиса. И пусть даже Дворцовый мост опускают на какое-то время специально для тех, кто не успел вернуться, пусть можно проехать по другому мосту, но… Какие-то смутные подозрения, предчувствия продолжали меня терзать. Сложно отделаться от ощущения подвоха, когда оно касается Керна. Мне даже кажется, что он и подвох — слова-синонимы.
Особо на свидание с Елисеем я наряжаться не стала — легкие светлые брючки, блузка, балетки. Волосы привычно распущены по плечам, макияжа минимум, в руках — маленькая сумочка. Классика жанра. И глупая надежда, что пойдет дождь и свидание сорвется. Да, конечно, я понимаю, что Елиса это не остановит, но надежда — баба упорная.
Встретиться мы с ним договорились, как ни странно, на Дворцовой площади. Так что я на мгновение пожалела — а как же квест пройти по Невскому через толпы туристов? Неужели он ни капли не привлекает Керна? А жаль, жаль. Но спорить я не стала, здесь я вообще старалась не проявлять никакой инициативы. В конце концов, его шанс не предполагает мое активное участие в наших свиданиях и их подготовки. Ему надо — пусть изгаляется.
И только какой-то предательский червячок внутри меня намекал, что если бы мне было все равно, я бы так не нервничала. И уж тем более не пялилась на себя в зеркало в пятый раз за пять минут. Поймав себя на этой предательской мысли и выругавшись, я вызвала такси и бросилась вниз. Конечно, можно было бы и на метро доехать, но я же никуда не спешу, правда? Можно и в пробке постоять.
Сглазила. Как назло, по дороге не было ни одной пробке. К месту встречи я прибыла вовремя. Елисея тоже заметила издалека. Он торжественно торчал прямо у Александрийского столпа, держа что-то в руках. Еще издалека я машинально отметила, что Керн тоже нервничал — волосы были взъерошены и явно не ветром. Видимо, одна мажорная зараза неоднократно запускала в них свою пятерню. От этого открытия стало чуточку легче на душе. Быть единственной ненормальной как-то не очень приятно.
Помедлив мгновение, я направилась в его сторону. Словно почувствовав мой взгляд, Елисей посмотрел прямо на меня и шагнул вперед.
— Привет, — с какой-то слегка смущенной и оттого очень милой улыбкой произнес он. — Восхитительно выглядишь, лисенок.
Керн, ты серьезно, что ли? Между нами несколько лет отношений, миллионы недопониманий, годы разлуки, а ты сейчас смотришь на меня и смущаешься? Ты? Тот самый, который, наверное, за эти годы затащил в постель сотни девчонок? У меня просто разрыв шаблонов.
— Здравствуй, Елис. Спасибо, — выдавила из себя я. Как-то сухо и безлико. Вот только никак не могла понять, как же мне себя вести с ним. Да что там, у меня в голове-то не укладывалось, что это все происходило со мной. С нами. Как мы до этого только докатились?
— А это тебе, — все с той же улыбкой произнес Елисей и протянул мне цветок на длинном стебле. Ярко-оранжевая роза. Нежный бутон, похожий на каплю огня. — Я подумал, что вряд ли тебе захочется таскаться с букетом. А тут не слишком заморочно… Если что, я сам могу понести.
Он выжидательно на меня посмотрел, а я невольно почувствовала себя последней тварью. То есть он вчера заметил, что я так и не взяла его цветы. И теперь ждет, приму я розу сейчас. И для него это почему-то очень важно. И все бы ничего, вот только я в упор не знаю, как мне реагировать!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})* * *
Вот тут-то и подала голос та, о существовании которой я старалась обычно всегда забывать. Да что там, я вообще предполагала, что она давным-давно атрофировалась за ненадобностью. Да-да, я именно о совести и говорю. Она вяло дрогнула лапкой и намекнула, что, если я не начну вести себя как адекватный человек, а не обиженная курица, она проснется окончательно. И мне это точно не понравится.
Поэтому я улыбнулась и сказала:
— Спасибо, Елисей.
Рука все равно дрогнула, когда я принимала цветок. Красивый, зараза. И цветок, и королевич. Однако от этого открытия настроение не поднималось. В нашей ситуации это скорее минус, чем плюс. Искушения нам не нужны, особенно сейчас, когда вкус его так явен. Во всяком случае, куда явнее, чем четыре года назад. И зачем я тогда только поддалась ему? Но, странное дело, настоящего сожаления об этом я не чувствовала. Наверное, потому что в ту ночь мне действительно было нужно. Как и нужен этот человек. Я поддалась слабости. Однако это не повод давать слабости возможности входить в мою жизнь навсегда.
А этот гад обаятельный улыбнулся так, что, будь сегодня мрачный день, весь Питер озарился бы этой улыбкой. Внутри меня что-то дрогнуло, а душа забилась в истерическом припадке, напоминая, что поддаваться нельзя. Неизвестно, какие у него там планы, но вряд ли они мне понравятся.
— Цветок очень красивый, — сделав над собой усилие продолжила я и даже прислушалась к аромату. И он был! В отличие от большинства холеных роз, выращенных в теплицах, эта действительно пахла. Удивительное дело!
И я невольно пожалела о вчерашних цветах, которые так и не приняла. Все-таки мы, девочки, весьма и весьма любим цветочки. Даже если их дарят те, кто нас когда-то обидел. И это факт, с которым спорить сложно. Так, Алиска, заканчивай эту философию. Ни к чему хорошему это не приведет.
— Такой же красивый, как ты, — мгновенно отреагировал Елисей, перестраиваясь на куда более привычному мне и миру мажора. И где тот самый парень, который смущался и сомневался, что я возьму розу? И существовал ли он на самом деле?
— Керн, ты неисправим, — покачала головой я, внимательно изучая статуи на крыше Зимнего дворца. — Итак, какие у тебя планы? Или ты хочешь просто погулять по Петербургу?
Вот зачем я спросила? А то у этого кота уже взгляд замаслился. Даже думать не хочу, что он там понял под «планами». Я должна ему несколько свиданий, черт с ним, я их пройду. Буду воспринимать их как обязанность. Да-да, именно так, и никак иначе. В конце концов, у меня же жених есть. И кого я обманываю только?
— Планы? — переспросил меня Елисей с легкой улыбкой. — Да, у меня есть планы. Прошу! — и, шутливо поклонившись, он провел меня в сторону Мраморного дворца. Не сразу я поняла, что он вел меня каким-то уже намеченным маршрутом. Но особо анализировать происходящее мне не дали. Елис таки умудрился меня разговорить, продолжая сыпать шутками. И как бы мне ни хотелось вести себя как бука и не участвовать в этом свидании хотя морально (раз физически отвязаться не удалось), я постепенно оттаяла и втянулась в разговор.
Вот только вопрос, зачем же мы встретились на набережной, все-таки возник. Потому что Керн провел меня по мосту на Петроградку. Вопросов возникало все больше и больше и, когда я, не выдержав, задала его, Елис пояснил:
— Мы с тобой гуляем! И любуемся красотой Питера. Там и туристов чуточку меньше, чем на Невском.
— Разве что чуточку, — не сдержавшись, фыркнула я. Но недовольство больше было показным. Разговаривать с Керном всегда было приятно, причем даже без какой-то конкретной темы. Просто обо всем на свете. Невольно вспоминались школьные вечера, когда мы могли спорить из-за какой-то ерунды часами. Теперь это, конечно, осталось в далеком прошлом, но я невольно словно окунулась в то самое, чего уже не может быть.
