Старуха напевала себе что-то под нос, кромсая ножом помидоры. Она готовила легкий завтрак. Род посмотрел на нее, скривился и взглянул на часы. Куда это Энн запропастилась? И чему Лаверна так рада?
— Ладно, Лав, что ты с ней натворила? — спросил он.
Та прекратила петь, но и ответа от нее он не дождался.
Род подошел к разделочному столу и отправил в рот кусочек помидора. Старуха улыбалась своим мыслям. Он подмигнул ей.
Когда он в последний раз привел домой женщину — это была Викки, — Лаверна так и норовила наступить ей на ногу, изо всех сил демонстрируя, как та ей не нравится. А сейчас напевает себе под нос свадебную песенку и готовит им поесть. Удивительная реакция!
— Она помолвлена с Шоном… — сказал Род.
Старуха лишь пожала плечами.
Род нахмурился и с шумом выдохнул воздух.
— Для тебя это, может, и ерунда, а я себе места не нахожу. Не знаю, что и думать. Ведь Шон мой лучший друг. — Он вцепился в крышку стола. — Я не могу себя не винить. Он пропал, а я тут обнимаюсь с его невестой.
— Ну и что? — невозмутимо ответила Лаверна, вытирая руки о полотенце. — Душа ее тянется к тебе.
Этого еще не хватает! Лаверна собралась читать чужие мысли! Он уже и так наслушался пророчеств от покойных бабушки и матери.
— А к кому тянется твоя душа, Лаверна?
Глаза старухи подернулись мрачной пеленой. Это был удар ниже пояса, но как иначе ее остановить? Так и будет твердить о всяких там душах. И не все ли равно, кто к кому тянется, ведь достанется-то Энн все равно Шону, а не ему.
Обернувшись, Род обнаружил, что в дверном проеме стоит та, чья душа тянется к нему. Энн успела переодеться: вместо легкого шелкового халатика, который он дал для нее Лаверне, она натянула его старые тренировочные штаны и футболку. Брюки пришлось закатать, футболка доходит ей до колен, но все равно она выглядит такой изящной и такой недоступной. Вот вам, пожалуйста, еще одно доказательство того, что она не будет принадлежать ему.
Лаверна не поворачивалась, но, видно, у нее глаза были на затылке. Она наклонилась к Роду и произнесла вполголоса:
— Слушай ушами, но прислушивайся к сердцу.
Он отошел в сторонку. Еще не хватало, чтобы она при всех давала ему советы! Подошел к столу, отодвинул стул для Энн.
— Присаживайся!
Она продолжала стоять.
— Где моя одежда?
Род бросил взгляд на Лаверну. Та снова напевала свадебную песенку.
— Скоро высохнет. Тем временем предлагаю тебе поесть. Лаверна готовит превосходно, пальчики оближешь!
Энн подошла к столу и села. Род расположился напротив. Лаверна поставила тарелки, принесла салат и мясо и, не говоря ни слова, исчезла.
Роду стало немного не по себе. За одним с ним столом сидит Энн и поглощает салат. А он смотрит на нее и не знает, что и подумать. В последнее время творится что-то странное. Лаверна от Энн прямо-таки без ума, а Викки почему-то не вызвала у нее восторга. Хотя мать Викки ирландка, а отец — индеец. У Энн-то в жилах не течет ни капли индейской крови! Однако Лаверна ее привечает, да еще как! Почему? Род взирал на Энн и не мог понять. Ведь он и она друг другу полная противоположность. Происхождение, интересы, привычки — все у них разное.
— Думаешь, он соврал?
Род перестал жевать. Энн, несомненно, говорит о Санчесе. Он сделал глоток чаю и покачал головой.
— Не знаю. А ты что скажешь?
— Я уж не знаю, что и думать. Сначала оказывается, что он ходил смотреть стриптиз. Потом в клубе творится что-то неладное. Теперь это… — Энн не столько ела, сколько размазывала еду по тарелке. — Бывает так. Кажется, что знаешь человека, а на самом деле…
На что она намекает? Или никакого намека тут нет, ее слова надо понимать буквально? Черт, это все Лаверна виновата со своими пророчествами.
— Энн… Ты по-прежнему собираешься за него замуж? — Этот вопрос с недавнего времени мучил его постоянно, но он никак не решался спросить.
Энн покраснела, поправила трясущейся рукой прическу.
— Ладно, забудь, — резко сказал Род. — Теперь уже все равно.
Она моргнула.
— Все равно?
Род занялся едой, хотя аппетит пропал.
— Естественно. — Он ткнул вилкой в остатки мяса. — От фактов не спрячешься. Даже если ты раздумаешь выходить за Шона, мы с тобой… неподходящая пара.
— Почему? — тихо спросила она.
Род посмотрел ей в глаза. Глаза, полные неуверенности, чувства вины и еще чего-то. Чего именно, он не понял.
— Шон мой лучший друг. Даже больше — он мне как брат. — Он встал из-за стола. — Отбивать у него девушек я не буду. Так брат с братом не поступает. — Он направился к двери.
Энн вскочила и бросилась за ним.
— Пойми, мне тоже нелегко!
— Ты вообще ничего не знаешь, — прорычал Род, оборачиваясь. — Шон спас мне жизнь. — Он вздохнул, пробежался рукой по волосам и проговорил: — Мне тогда было десять. Родственники по отцовской линии думали, что как-то должны компенсировать нам то, что отец нас бросил? Как-то раз моя двоюродная сестра пригласила меня в гости. Они устроили настоящий пир, а потом мы пошли поплавать в бассейн. Нас было человек семь, семеро ребятишек примерно одного возраста. Мы подошли к бассейну, и мальчишки тут же сиганули в воду. А я стоял и не знал, что делать. Ведь плавать-то я не умел. — Голос его стал хриплым. — Девчонки, разумеется, принялись смеяться. Что ж ты не плаваешь? Боишься утонуть? Один из парней сказал, что я размазня. Что оставалось делать? Я прыгнул в воду и камнем пошел ко дну.
— Не может быть! — воскликнула Энн. В ее глазах появился испуг.
— Все было кончено, я это понял. Из-за дурацкой гордости я потону, а эти дети лишь посмеются надо мной. — Он отвел взгляд. — Лишь Шон вовремя сориентировался. Он понял: нельзя терять ни минуты. Нырнул и спас мою задницу. Все вдруг замолчали. Им было ужасно не по себе. Я же был на седьмом небе от счастья. Не знал, как и благодарить его. Но Шон лишь рассмеялся в ответ, а за ним засмеялись и остальные. — Род невольно улыбнулся. — На следующий же день он настоял, чтобы я пошел учиться плавать. Записал меня на курсы в своем клубе. Для него я не был вроде мартышки в зоопарке, он никогда не говорил: посмотрите, это индеец! Знакомя меня с остальными, он просто говорил: это Род, мой друг. Мой лучший друг…
Воцарилось молчание. Род закрыл глаза, пытаясь справиться с чувством вины. Он в долгу перед Шоном. И даже не из-за этой истории с бассейном. Шон его лучший друг. Он никогда не предавал его, никогда ему не завидовал.
— Не знаю, что ты там себе вообразил, — сказала она, — но в ту пятницу я пришла в бар не для того, чтобы переспать с первым встречным.
От этих слов ему стало еще хуже. Но и у нее на лице было написано отчаяние.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
