Читаем без скачивания Добро пожаловать в город ! (сборник рассказов) - Ирвин Шоу

В заднем кабинете сидел белокурый человек маленького роста. Первые несколько минут мне казалось, что передо мной мальчишка -- такой чистенький, розовощекий, с белоснежными зубками и сияющими глазками.

-- Меня зовут Сандстрем,-- сказал он, пожимая мне руку.-- А это миссис Сандстрем.

Эта высокая, полная женщина когда-то служила ему верной ассистенткой при сеансах фокусника: передавала индийские дубинки, тарелочки, хлопала трижды в ладоши, бросала носовой платок после каждого трюка. Она улыбалась -- приятная на вид, излишне полноватая пожилая женщина, с хорошими вставными зубами. Миссис Сандстрем постоянно легонько дергала мужа за рукав. Присмотревшись к Сандстрему, я понял, что ошибся с первого взгляда,-- он совсем не мальчишка, а муж вот этой дородной дамы, правда по-детски стройный, прямодушного вида, с обычной, особенно не запоминающейся внешностью, но сорок пять-то ему есть.

-- Садитесь, мистер Макклири,-- предложил Сандстрем.

Я сел и с большим неудовольствием снял шляпу.

-- Не слишком ли молод для режиссера? -- миссис Сандстрем внимательно оглядела меня всего, без шляпы на голове,-- конечно, мило улыбаясь, но не скрывая сомнений в глазах.

-- Мне двадцать семь,-- отважно соврал я, прибавив себе четыре года.-Просто так молодо выгляжу. Думаю, что и в гробу буду выглядеть очень моложавым.

Оба сдержанно засмеялись.

-- В театре, дорогой мой,-- молвил Сандстрем -- возраст не имеет значения. Главное в театре -- талант. Разве вы не согласны со мной, мистер Макклири?

-- Конечно, согласен.

-- И все же,-- присоединилась миссис Сандстрем,-- в такой пьесе, как "Это случилось в Рочестере", каскад эмоций, для нее необходимо современное представление о человеческой натуре, очень современное. При всем уважении к вам должна это заметить, мистер Макклири.

Конечно, я не мог похвастать таким уж современным представлением о человеческой натуре и посему решил промолчать.

-- Но мистера Макклири нам настоятельно рекомендуют, дорогая,-вступился за меня Сандстрем.-- Из всех, кто остался, он лучший.-- И, повернувшись ко мне, перешел на более деловой тон: -- Мы здесь пробовали многих режиссеров, мистер Макклири. Самых-самых, просто замечательных. Правда, все они удалились от нас. Одни отказались, потому что у них полно дел, другим не понравилась пьеса.

-- Просто они в ней ничего не поняли,-- выразила свою точку зрения миссис Сандстрем.-- Что им нужно,-- так это вопли, ор, перестрелки и кинозвезды. Такая простая, честная пьеса, как "Это случилось в Рочестере", выше их понимания.

-- Это правдивая история,-- сказал мистер Сандстрем.-- Все это произошло со мной на самом деле, и я решил об этом написать. Целых двадцать лет ждал, чтобы написать наконец эту пьесу. Девушка, главная героиня,-- это молодая женщина, с которой я познакомился в Рочестере. До того, как я встретил миссис Сандстрем.-- Он ей нежно улыбнулся и похлопал ее по руке, словно просил извинения за то, что до нее у него была другая женщина.

-- Абсолютно типичная история,-- подтвердила миссис Сандстрем.-Показывает, какими бывают некоторые женщины. Думаю, публика повалит валом -всем захочется посмотреть.

Глядя на голубую обложку пьесы "Это случилось в Рочестере", я теребил поля шляпы.

-- Откуда вы взяли деньги на постановку? -- поинтересовался я.

-- Я оказываю финансовую поддержку,-- объяснил Сандстрем.-- Деньги мои. Мы с миссис Сандстрем работали не покладая рук все двадцать лет -- колесили по всей стране. В те времена особой популярностью пользовались водевили. Иногда нам удавалось заработать по триста пятьдесят долларов за одну неделю. Мы ушли с надежными тылами; купили дом в Нью-Джерси.

-- Не хотите ли навестить нас? -- предложила миссис Сандстрем.-Приезжайте в воскресенье на весь день.

-- Да, непременно,-- пообещал я.-- Но скажите, почему бы не поручить постановку пьесы продюсеру-профессионалу? Зачем рисковать своим капиталом? -- Первую четверть часа я пытался спасти их от разорения.

-- Мы пробовали привлечь и продюсеров...-- начал Сандстрем.

-- Но они все точно такие же, как режиссеры,-- подхватила миссис Сандстрем.-- Не понимают настоящей жизненной драмы.

-- Может, они знают, что нужно публике? -- пытался возразить я.-- И вам все же стоит воспользоваться таким шансом? Вся постановка потянет тысяч на двенадцать.

-- Публика повалит валом,-- повторила свою присказку миссис Сандстрем.

-- Я готов пойти на риск.-- Сандстрем улыбался.-- Я верю в свою пьесу. Это абсолютно невыдуманная история.

-- Ну а каково ваше мнение о ней?

Впервые я почувствовал в голосе миссис Сандстрем нотки сомнения.

В эту минуту я вспоминал о всех театральных конторах, где мне приходилось выстаивать в очередях, чтобы получить работу, о всех резких отказах: "Нет, вы нам не подходите!", о летящих мимо годах, а у меня ни пьес для постановки, ни актеров. Думал о своем счете в банке, на котором черным по белому написано: "Двадцать семь долларов девяносто центов". Пристально глядя на Сандстрема, я понял: этот счастливый, уверенный в своих силах человек решительно настроен поставить свою пьесу с моей помощью или без меня.

-- У меня сложилось такое впечатление, что это в самом деле невыдуманная, правдивая история.-- И я одобрительно кивнул.

Чета Сандстремов просто растаяла от удовольствия, услыхав мои слова. Оба со счастливым видом поглядывали друг на друга, потом долго трясли мою руку, и все мы решили, что репетиции начнутся уже через две недели. Миссис Сандстрем спросила, как меня зовут.

-- Роберт,-- представился я.

-- Очень приятно,-- улыбнулась она.-- Глупо такого молодого человека, как вы, называть столь чопорно -- мистер Макклири.

Мы снова обменялись рукопожатиями, и я, надев шляпу, вышел на улицу и поставил себе на счастье стаканчик.

Отбор актеров я проводил в маленьком заднем кабинете. Весь офис принадлежал агентству Лазаруса по найму актеров и актрис, и его владелец Жюль Лазарус, то ли из жалости, то ли руководствуясь инстинктом азартного игрока, сдал это небольшое помещение чете Сандстрем -- с телефоном и секретаршей. Сидя за столом, я беседовал с актерами, а Сандстремы тихо присутствовали рядом и только улыбались. Миссис Сандстрем не снимала руки с рукава мужа и, по-видимому, испытывала ко мне полное доверие -- с восторгом одобряла любой сделанный мною окончательный выбор. Время от времени в кабинете появлялись члены их семьи: молча стояли у окна, прислушивались, наблюдали. Потом выходили в холл и долго, с заговорщицким видом перешептывались с четой Сандстрем; возвращались с серьезным видом после такого обсуждения и снова занимали свои места возле окна. Мне так и не удалось выяснить, о чем они там шушукались, потому что они никогда не оспаривали принятого мною решения.

"Молодой, но талант",-- однажды услыхал я, как миссис Сандстрем говорила обо мне своей матери. Мне, однако, казалось, что все родственники, постоянно торчавшие во время прослушивания актеров у окна в заднем кабинете, выглядели довольно странно -- так, словно никогда прежде в Нью-Йорке не бывали.

Эти две недели, пока я был занят отбором актеров, пьесу старался не перечитывать -- всячески этого избегал. "Что случилось в Рочестере" оставалась, таким образом, вне моего повышенного внимания.

Наконец, когда на сцене театра собралась вся труппа для первой репетиции, я все же заставил себя это сделать, не теряя своих светлых надежд.

Чета Сандстрем и все их родственники, числом приблизительно около пятнадцати, расселись в задних, темных рядах зрительного зала и внимательно глядели, как я раздавал напечатанные на машинке страницы роли каждому актеру.

-- Леди и джентльмены! -- обратился я к ним.-- Это простая, реальная пьеса, здесь ничего не выдумано, и я хочу, чтобы вы играли ее просто, с достаточной долей реализма. Итак, акт первый, сцена первая...

Когда первый акт подходил к концу, актеры на сцене все чаще пытались подавить смех и хихиканье. В первом акте очень хороший, но простоватый герой встречается с плохой, но красивой героиней и влюбляется в нее. Главная героиня в первом акте говорит разным мужчинам, что она их любит, и проводит большую часть времени на сцене за покупкой новых туалетов. Главный герой перед окончанием первого акта мечтает о коттедже в деревне и о детишках, а также о повышении жалованья.

После репетиции первого акта я объявил перерыв; все актеры с актрисами торопливо сбежали со сцены, даже не глядя в мою сторону. За режиссерским столом, спиной к Сандстремам и их родственникам, я пересчитывал ребра отопительных батарей на стене.

Актер, игравший главного героя,-- мой хороший приятель -- вернулся за своей трубкой. Проходя мимо моего стола, он шепнул мне:

-- Лимоны нужны, мистер? Как вы считаете, мистер Макклири, понадобятся нам сегодня лимоны?1

-- Заткнись! -- одернул я его.

Он спокойно кивнул, взял свою трубку и улыбнулся, как и полагается актеру, играющему роль молодого героя, чете Сандстрем. Они улыбнулись ему в ответ. Проходя мимо меня на обратном пути и набивая трубку табаком, он проговорил негромко: