Великий врач средневековья Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм Парацельс, или попросту Парацельс, называл магнит «монархом всяческих тайн» и считал, что он излечивает «истечения из глаз, ушей, носа, лечит раскрытые раны на бедрах, фистулы, рак, оттягивает грыжу, исцеляет переломы, прекращает желтуху и оттягивает водянку».
Зато другие врачи считали магниты ядом, от которого можно спастись только с помощью чеснока.
Но ощущает ли человек действие магнита? Осознает ли его присутствие?
Попроси приятеля завязать тебе крепко-накрепко глаза, и пусть он подносит магнит то к одной части твоего тела, то к другой, то к третьей, не касаясь при этом тебя.
Скорее всего, ты не обнаружишь, где сейчас находится магнит, если, конечно, его местопребывание не выдаст какой-нибудь другой сигнал — скажем, шелест одежды экспериментатора.
Может, наши великие путешественники способны ощутить магнитное поле лишь в тех случаях, когда оно меняется, когда они движутся в нем, пересекают его магнитные силовые линии?
Если вдоль проводника провести магнитом, то в проводнике возникнет электрический ток.
То же самое получится, если вдоль неподвижного магнита провести проводником. И в том, и в другом случае меняется напряженность магнитного поля, наводя, или индуцируя, ток в проводнике.
И птицы, и рыба, и звери, и вы, и я — все мы проводники электричества. Когда мы движемся, мы пересекаем магнитные силовые линии, и в нас, хотим мы этого или не хотим, возникает электрический ток.
Птица, летя, машет крыльями, и она сама и ее крылья пересекают магнитные силовые линии Земли. В них неминуемо должен возникнуть ток, хотя и очень незначительный.
Есть ток! Остается вопрос: а ощутит ли его птица?
И вообще способны ли живые существа ощущать столь незначительные колебания переменного электромагнитного поля?
Когда на обезьянку воздействовали электромагнитными волнами метрового диапазона, она настораживалась и скоро впадала в сон. Пробуждалась — и сейчас же приходила в возбужденное состояние.
Многие люди, очутившись недалеко от сильных электромагнитов, как бы «видят» непонятные, неотчетливые зрительные образы.
Работники телевизионных станций и радиостанций, когда они находятся вблизи от мощных передатчиков, часто жалуются на общую слабость, недомогание, ухудшение зрения и головные боли.
Сантиметровые электромагнитные волны вызывают у человека чувство, что где-то в области виска слышатся непонятные звуки.
Однако никто никогда не объяснял дорогу, скажем, так: «Идите все прямо и прямо, а когда ваша затылочная область мозга почувствует сантиметровые излучения, то поворачивайте и двигайтесь в их направлении к их источнику».
Да, моряки и летчики ориентируются по радиомаякам, но улавливают их сигналы не своими органами, а приборами.
Ни затылочные области, ни височные, ни какие другие органы не сообщат человеку, где находятся источники излучения. И это, пожалуй, к лучшему, ибо в противном случае жизнь была бы невыносимой: ведь мы окружены со всех сторон всевозможными излучателями электромагнитных волн.
Выходит, в организме происходят какие-то процессы, вызываемые колебаниями магнитных и электромагнитных полей, а организм этого не знает?
Возможно ли такое?
Очень даже возможно.
Многое мы не ощущаем из того, что делается внутри нас.
Желудок не говорит нам, что именно он переваривает сейчас — сладкие пирожки, кислые яблоки или перец. Мы не чувствуем, как по нашим сосудам течет кровь, как работает селезенка, желудок — при том, конечно, условии, что они работают нормально.
Известно: наши органы чувств во многом уступают органам чувств некоторых животных. То, что недоступно нам, очень легко воспринимается другими живыми существами.
Наблюдения показывают, что мухи, как правило, садятся независимо от положения Солнца вдоль магнитных силовых линий, либо поперек их, в направлении запад — восток. Они стараются сохранить это направление, а если и меняют, то меняют скачком, под углом в 90 градусов.
Если муху поместить в поле постоянного магнита, то она придет в возбужденное состояние, и потом расположится параллельно его силовым линиям.
Если верить этим наблюдениям (а некоторые ученые ставят под сомнение их чистоту), то муха способна ориентироваться по магнитным линиям Земли.
Очень чувствительны к электрическим и магнитным полям рыбы.
Кое-где электрическим током оберегают купальщиков от акул. Акулы, как и многие другие рыбы, проявляют болезненное пристрастие к положительному полюсу — аноду. Стоит акуле почувствовать, что по воде проходит ток, как она, хочет она этого или не хочет, тут же устремляется в сторону анода.
Люди воспользовались этой ее особенностью. Они выносят за пределы зоны купания положительный полюс и включают ток. И акулы, оказавшиеся поблизости, направляются не туда, куда зовет их здравый акулий смысл — к аппетитным купальщикам, а к какой-то несъедобной штуковине.
Видит вкусную снедь акулий глаз, да акулий зуб неймет.
Электрическим током загоняют рыб в сети.
Подводными электрическими изгородями отделяют места, где присутствие рыб нежелательно.
Водится в Ниле удивительная рыба мормирус, прозванная водяным слоном за длинный хоботок, которым она копается в донном иле, выискивая личинки насекомых и поднимая при этом облака мути, такой густой, что рыба сама себя не видит.
У основания хвоста мормируса находится своеобразный генератор электрического тока. Когда рыба разряжает генератор, вокруг нее возникает электрическое поле. Любой предмет, попав в это ноле, вызывает в нем изменения, которые отмечаются приемным органом мормируса.
Чувствительность его удивительна! Поймать мормируса в сеть просто невозможно. Мормирус улавливает своим локатором нити сети и удирает.
Он ощущает присутствие человека, подошедшего к аквариуму.
Электрические разряды, которые возникают, когда человек причесывается гребенкой, заставляют мормируса метаться в панике.
Подобные локаторы есть у многих рыб.
Ну, а способны ли рыбы ощутить направление магнитных силовых линий Земли?
Чтобы ответить на этот вопрос, давайте съездим в Борок.
Там, в Борке, на берегу Рыбинского водохранилища, расположен Институт биологии внутренних вод.
ЗДЕСЬ ИЗУЧАЮТ МАГНИТНЫЕ КОМПАСЫ РЫБ
Поехали в Борок
Борок… Когда-то здесь было родовое поместье Николая Александровича Морозова, замечательного человека, талантливого естествоиспытателя, революционера, просидевшего более тридцати лет в царских тюрьмах.
Первый вопрос, который задают здесь приезжему, всегда один и тот же:
— Ну, а в гостях у Морозова вы уже побывали?
Вот мы с вами прежде всего и пойдем в дом, где родился, жил и умер Николай Александрович, — там сейчас мемориальный музей его имени.
К тому же с этим замечательным человеком полезно познакомиться, а особенно нам, будущим испытателям природы. Ведь Морозов был одним из нас, естествоиспытателей.
Посетители неслышно ступают в войлочных туфлях по тихим комнатам старинного бревенчатого барского особнячка, рассматривают картины, фотографии, мебель, арестантский халат, в котором Николай Александрович вернулся из тюрьмы, перелистывают книги, которые тот написал, и незаметно для самих себя подпадают под обаяние этого человека.
Скоро посетителю становится ясно: ведь свою детскую улыбку, открытое доброе лицо и душевную чистоту Морозову удалось сохранить потому, что он всю жизнь руководствовался большим жизненным правилом: человек должен смотреть на себя как на орудие счастья для других.
Морозов прожил, подчиняясь этому правилу, и, вероятно, был гораздо счастливее других, кто не знал нужды, кто не провел тридцати лет в страшных казематах Петропавловской и Шлиссельбургской крепостей. Отсюда идет и его любовь к жизни, и жизнерадостность. «Иногда в Шлиссельбурге я просыпался с такой радостью и легкостью в душе, что начинал петь. Я чувствовал, что могу быть счастливым здесь, в этих стенах, и что ничто не сломят моей души», — писал Морозов.
Морозов любил природу и считал, что близость к ней, естественные науки и революция принесут счастье людям, человечеству. После Октябрьской революции он, видный ученый, создал биологическую станцию в своем поместье и отдал ее народу.
Ну, а сейчас вокруг морозовского домика раскинулись постройки института.
А отойдешь несколько шагов в сторону — и началось сказочное лукоморье: того гляди, возникнет дуб, а на дубе том кот ученый…
Чуть дальше — Рыбинское водохранилище, а там гудят волжские пароходы, качаются в институтском порту суда…
Зайдем к ихтиологам.
Много разных вопросов изучают здесь, — вопросов, связанных с жизнью рыб. Очень интересуются здесь и рыбьей навигацией. И это понятно: проблема навигации рыб имеет не только теоретическое, но и практическое значение.
