пускаться в сложные объяснения и самообман, а замечать в отношениях себя и говорить о собственных потребностях с тем, кому это действительно важно.
Причина любой зависимости — это отсутствие целостности и неприсвоенность источника ресурса. Вернее, присвоить-то ресурс очень хочется. Более того, это кажется жизненно важным. Это и держит в отношениях.
Находясь в финансовой зависимости, человек не имеет доступа к материальным ресурсам, потому что не может, не умеет или не хочет (учиться) их добывать.
С эмоциональной зависимостью — то же самое. Она возникает и существует за счет того, что человек в чем-то очень нуждается, но у него самого, как ему кажется, этого нет и неоткуда взять. А у партнера — есть, и жизненно важно отношения с ним сохранить: только так получается быть «целым», а не ущербной половинкой.
Причем объект зависимости как человек, как личность самого зависимого может вообще не интересовать. И будучи брошенным, он продолжает страдать по прошлому, не обращая внимания на то, что отношений с ним больше не хотят.
Но зависимость чудесным образом проходит, когда ресурс, ради которого человек пребывал в отношениях, успешно присваивается.
Женщине, наконец открывшей в себе стерву, не нужно коллекционировать абьюзеров.
Научившись зарабатывать, можно вообще все понять про свою любовь.
Разделение границ и ответственности возвращает к реальности и расставляет всё по местам.
Нормальная самооценка — это когда человек осознанно выбирает себя и способен учитывать свои интересы. Подстраиваясь под неадекватные требования партнера, мы тоже в определенном смысле выбираем себя (ситуативно — например, избегаем скандалов, которые выводят нас из равновесия и которых мы панически боимся), но стратегически свои интересы при этом сдаем, позволяя партнеру постепенно отвоевывать нашу территорию, чтобы в итоге вообще за себя не отвечать.
Здоровые границы — это когда слова совпадают с действиями. Если человек твердит, что с ним так нельзя, но остается и годами терпит, для других это всегда значит, что с ним так всё-таки можно.
Комплекс жертвы
Они жалуются на жизнь, людей и обстоятельства. Просят помощи или совета. Пользуются вашим временем, жалостью и вниманием. Но в итоге так ничего и не меняют. У одних жертвы вызывают сочувствие, других раздражают. Почему так происходит, что такое комплекс жертвы и так ли безобидна эта роль, как кажется на первый взгляд?
Комплекс жертвы — это разновидность невроза, коварный поведенческий паттерн, который отражается на мельчайших жизненных нюансах. Человек с сознанием жертвы пропускает всю информацию через ментальный фильтр, который искажает его восприятие реальности так, что ему кажется, будто всё складывается против него и жизнью управлять нельзя.
Если надолго задержаться в роли жертвы, личность неизбежно приобретает ряд характерных черт. Во всех её несчастьях всегда виноват кто-то или обстоятельства. Философию жертвы можно выразить тремя словами: «Всё против меня». Жертва цинична, пессимистична, а нередко еще и кровожадна. Поскольку она не в состоянии сама устроить себе счастливую жизнь (не от неё же это зависит), она скрыто или явно желает другим тех же бедствий, которые выпали на её долю: «Это вы только говорите, что всё можно изменить! Вот когда с вами случится то же самое, что и со мной, тогда поглядим, как запоете!»
Жертва — это всегда неиссякаемый источник пассивной агрессии. Поскольку здоровая агрессия у жертвы заблокирована, она всячески избегает неприятных переживаний и не умеет прямо говорить о том, что ей нужно. Но всегда находит возможность добывать желаемое обходным путём: например, не озвучивать свои потребности, а ждать, пока заметят и дадут. И если не дают или дают невовремя, обвинять в нелюбви, безразличии, провоцировать ответное раздражение, чтобы жаловаться на притеснения.
Жертва воспринимает конструктивную критику как личное оскорбление. Она постоянно выпрашивает или вымогает жалость и внимание, на что-то вынуждает и жалуется. Это может выражаться и в безобидных кривляниях («ой, да бросьте, я страшная, кому я интересна»), и в откровенном эмоциональном шантаже («ах, ты любишь её больше, чем меня?!»), и в постоянном переводе стрелок на других («я этого не хотела, это всё он!»).
Она отказывается анализировать или улучшать свою жизнь, поэтому тщательно фильтрует круг общения, который составляют люди с похожими взглядами. Мир для них — плохое и небезопасное место, и им нравится делиться своими трагическими историями. Жертва видит свои проблемы несоразмерно серьёзными и катастрофичными и убеждена в исключительности своих страданий: «Если бы вы знали, что мне довелось пережить, вы бы так не говорили». Она без конца прокручивает в голове болезненные воспоминания, и даже когда дела идут хорошо, находит, на что жаловаться. Никакие реальные перспективы и альтернативы в решении её проблем жертве не интересны.
Люди, состоящие в близких или дружеских отношениях с жертвами, часто отмечают, что чувствуют себя марионетками, идя у тех на поводу, при этом жертвы всегда оставляют за собой право жаловаться или быть недовольными. Жертва — это всегда эмоциональный вампир. Эту роль часто используют различного рода деструктивные личности и социопаты, чтобы держать близких на коротком эмоциональном поводке. Но токсичной жертвой-манипулятором может оказаться кто угодно: и милая бабушка, и подросток, и бизнесмен, и чиновник, и даже «духовно пробужденные» люди.
Если жертва настолько несчастна, а её жизнь так беспросветна, почему же она ничего не меняет? Да потому что у этого статуса есть целый ряд вторичных выгод, и не хочется лишаться привычных бонусов. Жертвы так усердствуют в закреплении своего токсичного поведения, потому что:
1. Можно ни за что не брать ответственность;
2. Можно пользоваться чужим вниманием и жалостью;
3. Тебя меньше критикуют или стараются лишний раз не расстраивать;
4. У тебя больше шансов получить то, что ты хочешь, так как ты несчастнее других;
5. Тебе некогда скучать, ведь твоя жизнь — это сплошная драма, и ты всегда в центре внимания, тебе каждый день есть на что пожаловаться;
Когда жертвы обращаются за «советом», на самом деле они хотят получить доказательство вашей заботы, только и всего. Они путают жалость с любовью. И если вы обычный человек, не пытайтесь брать на себя роль специалиста по психическому здоровью и что-то жертве разъяснять. Даже профессиональным психотерапевтам очень тяжело дается работа с такими людьми.
Как выйти из роли
Во-первых, нужно пересмотреть своё окружение, чтобы жертвы-единомышленники не тянули обратно в безрадостную неуправляемую жизнь, и выбирать для общения активных и ответственных людей.
И во-вторых, чтобы самому стать активным и ответственным, начать с двух простых упражнений: использовать «Я-сообщения» и практику благодарности.
Например, утверждения «ты меня злишь» заменять на «я злюсь, когда ты так говоришь/делаешь». И каждый день перед сном составлять список из десяти вещей, за которые
