Мужчина отшатнулся от коменданта, будто перед собой увидел что-то непотребно омерзительное.
- Вы еще и убиваете друг друга? - воскликнул он, но тут же замолчал и более спокойным тоном произнес: - Возвращайтесь! Я сообщу Верховной жрице.
Комендант развернулся и пошёл обратно. Ближе к вечеру проходной появились раттерианцы. Их было человек пятьдесят. На широких матерчатых поясах у них висели короткие мечи, а из-за плеча были видны луки. Три фигуры, двое молодых мужчин и одна женщина, на которой не было оружия, вышли вперед и прошли через пост. Остальные выстроились в шеренгу по двое и, молча, остались стоять за колючей проволокой, глядя куда-то вдаль.
Толпа зевак быстро собралась около вошедших раттерианцев, с жадностью и без стеснения разглядывая их как невиданных зверей в зоопарке.
- Ребята, это же эльфы, помните из фильма... забыл название
- Баба, хороша! Не идет, а плывёт!
- А лица-то! Надменные какие, ни на кого не смотрят!
- А что им на тебя смотреть, вон ты какой грязный!
- Так, если она останется, я помыться могу...
Раздался смех. Появился комендант, и почтительно приложил руку к груди. Ему не ответили.
- Мы хотим удостовериться в правдивости ваших слов. - приятным мелодичным голосом произнесла Верховная жрица, - покажите нам тело убитого, а потом нам нужен облик того, кто убил и сбежал.
Комендант в почтительности склонил голову и рукой предложил пройти вперед. В морге их уже ждали Вороир и доктор. Увидев вошедшую женщину, эскулап ахнул и застыл в изумлении. Верховная жрица скользнула по нему взглядом и обратилась к коменданту:
- Так мы можем увидеть тело?
Вороир в почтительном поклоне, выразил полную готовность услужить столь высокой особе. Поспешно направился к холодильнику и выдвинул носилки. Пригласил подойти ближе и приоткрыл лицо покойника. Раттерианцы приблизились и стали внимательно разглядывать убитого, и вдруг молодой человек, стоящий по правую руку Верховной жрицы резко сдернул простынку, перед ними лежал невероятно скрюченный человек, кожа которого приобрела неестественный малиновый оттенок. Молодые люди переглянулись между собой, но лица их оставались бесстрастными и спокойными.
- И кто это сделал? - задала вопрос женщина, обращаясь к коменданту.
Тот вытащил из-за пазухи фотографию и протянул ей. Она не взяла снимок в руки, а только взглянула на него, и тут ее брови взметнулись вверх, а губы крепко сжались. Она дернула плечом и ничего больше не говоря, направилась к выходу. Мужчины так же, не притрагиваясь к снимку, тем не менее, смотрели на лицо Романова более продолжительное время. И снова обменявшись взглядами, поспешили за ней.
Когда дверь за раттерианцами закрылась, доктор выдохнул: - Действительно потрясающая женщина! Богиня!
- А я тебе о чем, - подтвердил Вороир. - Взгляд! Осанка! А как презрительно холодна!
- Как ты думаешь, они поверили, что этого убил Романов, - прервал восхищенные излияния своего помощника доктор, - Зачем они стянули простынку? Кстати, я, что тебе говорил, не давать им притрагиваться к телу.
- Так они и не притрагивались, - обиженно произнес Вороир.
- Меня вот что интересует, почему они не спросили, почему он так странно выглядит? - не унимался эскулап, не обращая внимания на директора Лаборатории. - И у меня только один ответ, они знают, кто убил Вана!
- Откуда?
- Они знают, как выглядит человек, когда его оцарапает гырх! Вот откуда! Но нам ничего не сказали! Почему? Вана убила собака, которую они считают священным животным. Признаться в этом они не хотят. Значит Романов в их глазах - не убийца! Эх, сейчас самое время Романова, нашпиговать техникой и бросить где-нибудь около города.
Они бы его пригрели! Дернул чёрт этого дурня полезть за кристаллом. А сейчас он где-то в лесу без наших 'глаз и ушей'! Придет комендант, главная задача для него - найти Романова, и желательно раньше раттерианцев. Далеко уйти он не мог!
- А если его гырхи того? - вставил слово Вороир.
- Что того? - не понял доктор
- Ну, тоже оцарапали!
- Тогда, мой дорогой, надо будет все начинать сначала. А времени у нас нет. Не управимся в срок - хозяин тебя тоже оцарапает, но немного посильнее - с живого кожу снимет!
- А причем тут я?
- А кто у нас за операцию отвечает? Ты, мил человек! Я только у тебя на посылках....
И доктор весело засмеявшись, похлопал Вороира по плечу.
Глава VII
Надо мной было прекрасное небо, светило оранжевое солнце, которое отражаясь в белоснежных бассейнах, разбрасывало вокруг разноцветье маленьких радуг. Но мне было тошно! Куда идти? К своим - не хотел! Там меня ждет затравленное ожидание неизбежного унижения - превращения в нашпигованного шпионской техникой болвана. К раттерианцам? Я им не нужен! Сидеть и ждать смерти? Глупо!
- Если чего-то боишься, - учил меня дед, - бросайся на страх с яростью, если погибнешь - не заметишь, если выживешь, будешь счастлив! Такая у нас, внучок, жизнь!
И я решил. Я пойду навстречу смерти и встречу безглазую с лицом к лицу. Поэтому вытащил из воды свою одежду, надел мокрую, зашнуровал ботинки. И пошёл куда, глаза глядят. Солнце парило, как в пустыне, скоро на мне все высохло. Идти стало легче. И я шагал через лес, через буреломы, раздирая руками свисающие передо мной лианы, Скоро почувствовал, что иду в гору, мне было все равно куда. Я поднимался все выше, скоро лес сал редеть. Несколько раз останавливался, садился около ручья, жадно пил воду, сидел какое-то время, тупо глядя перед собой, потом поднимался и брёл дальше.
Так прошёл день. И как назло мне не встретился ни один хищник, ни одна тварь не укусила меня. Стало до чёртиков обидно! Я шёл в никуда.
- Если так пойдет и дальше, - думал я, - то дорога в неизвестное будет мучительной. Мои нервы просто не выдержат напряжения. И я начну тихо сходить с ума.
И тут, будто судьба услышала мои мысли, и я неожиданно вышел на вершину горного хребта, который тянулся до горизонта. Внизу расстилался широкий каньон, по которому текла темно-зеленая река. Горы с одной стороны были покрыты лесом, оттуда я и пришёл, а к долине поворачивались голыми скалами с многочисленными большими вытянутыми козырьками, нависающими над землей, где были раскинуты острые каменные глыбы.
- Ну, вот и конец пути, - понял я. - Осталось только подойти к краю вот такого козырька, расставить руки, закричать: - Я свободен, - и полететь. И пусть полет будет мгновенным, зато я умру свободным!
Я сел, и стал готовиться, вспомнил дом, родные леса, отца и мать, вспомнил деда и бабушку. Как-то само собой вспомнилось мое пребывание на Раттее, и Никке - моя богиня. И мне сделалось даже весело, что умру здесь, может быть, моя душа в последнем раттерианском путешествии заглянет в лес, где, может быть, сейчас ходит лесная нимфа, с прекрасным именем Никке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
