Реймонд стоически молчал, и Коннал закончил свою историю:
– Очевидно, я зазевался и спохватился слишком поздно. Мы уже были на краю обрыва.
– Вы оба едва не свернули шею.
– Знаю. Но конь оказался умнее, – честно признался Коннал. – Он остановился, а я перелетел через голову.
– Ты чудом остался жив.
– Да, милорд. – Коннал коротко поклонился и гордо поднял голову. – Я готов принять от вас любое наказание.
Фиона не спускала с мальчика взгляда, полного удивления и гордости. На ее глазах Коннал превращался в мужчину.
– Я еще подумаю об этом.
– Ты тоже кое в чем виноват! – заявила чародейка де Клеру.
– Надеюсь, ты просветишь меня насчет степени моей вины? – холодно процедил Реймонд.
– Ты обещал ему встречу со мной, но из-за своей личной ненависти не сдержал обещание!
– Это не так. – Он испытывал к Фионе что угодно, только не ненависть!
– Но тогда в чем же причина?
– Я не обязан отчитываться перед тобой, ведьма!
Фиона скрестила руки на груди и отвернулась, постукивая башмачком по камню.
Конналу достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что происходит.
– На вашем месте я бы не стал ее злить, милорд, – заметил он, осторожно отходя в сторону.
– С какой стати? Что она может сделать? – Де Клер смерил чародейку презрительным взглядом. – Превратит меня в птицу? Или в дерево?
– Лучше всего в безмозглый булыжник, – ответила Фиона. – Это больше всего тебе подходит.
Реймонд постарался изобразить надменную улыбку, но она почему-то получилась кривая.
Только теперь Коннал обратил внимание на то, какими взглядами обменивается эта пара взрослых. Он моментально уловил сходство с тем, как смотрят друг на друга его родители, когда ссорятся. Однако Реймонд разгневался не на шутку, и хотя его негодование вызвала не сама Фиона, а присущий ей дар, следовало вмешаться, пока не поздно. Коннал считал своей обязанностью защищать Фиону от кого бы то ни было – пусть даже от самого лорда Антрима, – поскольку они были родственниками.
Мальчик демонстративно принялся ощупывать ссадину на лбу, и Фиона не выдержала и кинулась осматривать рану.
– Боевой шрам! – ехидно пробормотала она. – Дай-ка я помогу тебе навести прежнюю красоту!
– Значит, я стану еще красивее! – довольно улыбнулся Коннал.
Чародейка прищелкнула языком и пообещала:
– Вот увидишь, скоро все женщины будут лезть из кожи вон, чтобы обратить на себя твое внимание!
И она за руку повела его к тому месту, где оставила сумку. Усадила мальчишку на землю и дала напиться, пока искала нужные вещи. Промывая его ссадину влажной тряпкой, она действовала с такой любовью и осторожностью, что Реймонду стало завидно. Он подошел поближе, и Фиона не оборачиваясь предложила ему воды.
Де Клер напился и осторожно, стараясь не привлекать к себе внимание, опустил мех на землю. Каждое движение Фионы порождало в нем новую вспышку страсти. В конце концов он не выдержал и спросил:
– Придется наложить швы?
– Нет. Но голова еще будет болеть несколько дней.
– Она уже болит. – Коннал поднес руку к ране, но Фиона сердито оттолкнула ее.
– Ты что, совсем не соображаешь? Кто же лезет в рану такими грязными руками?
– Виноват, миледи.
Она снисходительно улыбнулась, легонько чмокнула Коннала в макушку и обвязала его голову чистой тряпицей. Снова на свет показался памятный Реймонду пузырек. Чародейка развела несколько капель из пузырька в воде и протянула чашку Конналу. Почувствовав, как напрягся де Клер, она обернулась и твердо ответила на его взгляд. «Я люблю этого мальчика!» – говорили ее глаза. Реймонд понурился и предпочел промолчать. В конце концов Фиона все равно сделает по-своему. К тому же Элдон и Берг шли на поправку. Пожалуй, она действительно искусная целительница. В противном случае ей не миновать костра, и Фиона отлично это знает. Следя за ее действиями, де Клер совсем позабыл о времени. Солнце уже садилось, и с каждой минутой надвигались мрак и холод.
– Если мы поторопимся, то успеем вернуться в замок до темноты.
Фиона как ни в чем не бывало возилась с повязкой, и Коннал спросил, недовольно морщась:
– Разве это так обязательно?
– Рыцарям не положено жаловаться! – прошептала Фиона и уже громче добавила: – Нужно позаботиться о том, чтобы туда не попала грязь. Потерпи хотя бы до утра, когда рана подсохнет. – Она обратилась к де Клеру, с тревогой осматривавшему окрестности: – Все еще гадаешь, где твои люди?
– Да, – сурово ответил он.
– Они не посмеют вернуться в замок без Коннала. Значит, они до сих пор рыщут по округе.
– И заночуют в поле, – нехотя кивнул Реймонд. – Наверняка они заехали слишком далеко и уже не успеют вернуться.
– Так же, как и мы.
Де Клер посмотрел на нее, не скрывая досады. Неужели она не понимает, о чем говорит? Провести целую ночь с ней вдвоем, вдали от замка – пусть даже с этим мальчишкой… Что угодно, только не это!
Коннал зябко повел плечами, и Фиона закутала его в свою меховую накидку, не обращая внимания на возмущенные попытки высвободиться.
– Нам надо где-то укрыться, – заявила чародейка и выразительно посмотрела на де Клера. Все было ясно и без слов. Коннал может серьезно заболеть, если после всего пережитого останется ночевать под открытым небом.
Реймонд старательно оглядывался, не подавая виду, что его самого знобит от холодного ветра, но так и не обнаружил ничего мало-мальски похожего на убежище.
– Это твоя земля, Фиона, – обратился он к чародейке. – И учти: осталось не больше часа светлого времени.
– Кажется, с некоторых пор это и твоя земля, де Клер, – язвительно напомнила она, не без злорадства отметив, какой яростью полыхнул взгляд англичанина. – После захода солнца нам поможет свет луны. – Указав на ближайшую гору, Фиона добавила: – С восточной стороны там есть пещера. Нам вполне хватит часа, чтобы туда добраться.
Реймонд еще раз прикинул, скоро ли сядет солнце, и решительно кивнул. Невзирая на протесты Коннала, он усадил мальчишку на коня и подошел к Фионе, чтобы помочь ей усесться верхом. Но та шепнула что-то своей кобыле, Ассана опустилась на землю, и Фиона мигом оказалась у нее на спине.
– Ох, де Клер, – воскликнула она с добродушным смехом, увидев, что Реймонд следит за ней с открытым ртом. – Вот видишь, как мало ты меня знаешь!
Развернув Ассану, чародейка поехала по едва заметной тропинке.
Черт побери, ее смех действовал на него как приворотное зелье! Только этого ему не хватало! Торопливо вскочив в седло, рыцарь последовал за Фионой и Конналом, с тревогой осматривая окрестности. Мало ли что может случиться! Он даже натянул латные рукавицы и проверил, легко ли вынимается из своего гнезда боевой топор.
