Пока ждали заказ, я осматривался по сторонам, ненавязчиво, но осматривался. Смотрел на улицу, благо, мы сидели у самой витрины…
В кафе, кроме нас, еще трое посетителей, все трое мужчины, из них один явно призывного возраста. На улице тоже можно встретить мужчин призывного возраста, значит, мобилизация не проводилась, об этом говорит и отсутствие указателей направления к сборным пунктам. Из пяти заведений самого разного профиля, какие мне видны, четыре открыты, на окнах нет ни следа светомаскировки, ни следов готовности к бомбежкам – окна не заклеены крест-накрест. Машины, припаркованные у тротуаров, – их достаточно много. Значит, обходятся силами регулярных частей, так называемых «Сил содружества». Идут ва-банк и рассчитывают на какие-то переговоры, возможно, формирование вассального правительства. Или даже формально независимого правительства, но на деле подчиненного британской короне. Что за этим последует – к гадалке не ходи. Резкий перекос баланса сил в сторону Британской Империи и дальнейшее нападение – Британии, САСШ и Японии на Россию. На море у них получается перевес сил чуть ли не в три раза, в два с половиной – точно. Такой перевес просто не может не быть реализован, британцы не упустят такой возможности.
Что дальше? Даже если они уничтожат все десять наших авианосных групп, даже если предположить, что война будет происходить без массированного применения ядерного оружия – что будет дальше? Рванет на Востоке? Персия? Польша? Будут пытаться отрезать нас от нефти, от теплых морей, лишить выхода в Средиземное море, отрезать от Персидского залива?
Просто не представляю, как они, даже всеми объединенными силами трех стран, трех империй будут пытаться захватить Россию. Ну, ладно, Санкт-Петербург на самой кромке Балтики стоит, а дальше? А Екатеринбург? А запасные командные центры в Сибири? Как они до них пойдут? Центральная Россия мало пригодна для ведения боевых действий. Длительная и суровая зима, частые дожди и туманы, большие лесные массивы, в которых могут скрываться целые армии, вооруженное и готовое к сопротивлению население. Тяжелая бронетехника будет привязана к хорошим шоссе, там она будет подвергаться ударам с воздуха, нападениям партизан, партизаны и диверсионные группы обрежут пути снабжения, взорвут дороги. Нет, совершенно немыслимо, чтобы они попытались вторгнуться в центральную Россию.
Тогда чего же они хотят? На что рассчитывают? И почему так беспечны?
Принесли заказ. Было вкусно.
– Что дальше делать будем, сэр? – негромко спросил Майк.
– Сначала поедим. Потом прогуляемся и двинемся к Грязному Тому.
Грязный Том оказался… негром! Да, да, самым настоящим негром. Улыбчивым, как и все автомобильные торговцы, он был как автомобильным механиком, так и автомобильным торговцем. И еще – предоставлял машины в прокат.
Вот только я не знал, что делать. Купить две машины – тут и любой дурак поймет, что в окрестностях высадилась диверсионная группа и ей нужен транспорт. А если не купить, тогда что делать? Угнать? Тогда мы сразу на себя полицейский хвост повесим, тем более что в окрестностях не так много машин, это не Нью-Йорк, и любой полицейский может просто остановить и спросить – а что это вы делаете в машине такого-то, господа хорошие.
– Мой пра-пра какой-то там дедушка бежал с Юга, давным-давно, сэр. У него с детства была коммерческая жилка, и поэтому он не хотел быть рабом. А тут он встретил подходящую прапрабабушку, и вот – вуаля.
От такой самопрезентации я не мог не улыбнуться.
Вообще – просто удивительно. Городок небольшой, но у Тома на гравийной стоянке стояли два десятка машин на продажу, да еще и мастерская была. На что же он живет – я не поверю, что тут найдется так много покупателей на машины.
Как же поступить… Ага, вот!
– Мой друг не очень любит говорить попусту… – Я кивнул на Тома, который молча осматривал машины. – А вот я говорю за двоих, понимаете, сэр?
Негр осклабился.
– Сэр, да я и сам такой. Мы с вами родственные души.
– Именно, Том, именно. Скажите, а вы не можете выписать на купленное нами накладную установленного образца, а? Ну… знаете.
– Конечно, сэр. Все, что вам угодно. Некоторым лесорубам лесозаготовительные компании спонсируют покупку пикапов, чтобы они добирались до работы со всем своим снаряжением и ездили по лесу. Все, что угодно, да, сэр.
– Хорошо, Том. А как насчет цен?
– Обсуждаются в широких пределах, сэр.
Я улыбнулся так же, как Том.
– Вы меня не поняли, Том. Вот, скажем, такая ситуация. Нам на голову дополнительно повесили двух придурков-начальников, которые будут смотреть, что мы делаем, проверять, сами в этом ни хрена не понимая, и давать ценные указания. Неприятно, да?
– Еще бы, сэр. Я поэтому только сам на себя работаю.
– И возникает вопрос, на чем этим двоим придуркам ездить, а? Нужны две приличные, большие машины, потому что если у парня маленький… ну сам понимаешь, то ему в качестве компенсации хочется ездить на большой машине, верно?
Том расхохотался.
– Сэр, а вы не пробовали продавать машины? У вас бы это получилось.
И в самом деле. Какого хрена я не пошел что-нибудь продавать в молодости, а? Там врешь – так хоть себе в карман.
– Так я кое-что другое продаю. И покупаю. Но начальство мне не платит за мои таланты, у них все строго, чек каждые две недели, и точка. И прикинь – вот если, например, машина стоит пятнадцать тысяч фунтов. Или двадцать. Я скинул с цены пятерку. А мне-то с этого что? И этим придуркам – какая разница, ездить на машине за пятнадцать тысяч или за десять, главное, чтобы она была большая, верно…
Том заговорщически посмотрел на меня. Потом дружески расхохотался и хлопнул меня по плечу.
– Сэр, я вас понял. Вопросов нет.
– Ну, а если нет – пойдем смотреть машины.
Машины были именно те, которые нужно. Для местных дорог, для местного бензина, точнее соляры, которую сливали с лесовозов и пускали налево. Лучше и не придумаешь.
Никаких малогабаритных, популярных в Нью-Йорке каров, никаких «танк-седанов», которые покупали те, кто хотел косить под служащих федерального правительства. Пикапы, внедорожники и еще что-то типа вэнов, но не вэны. Удлиненные внедорожники, у которых вместо задних сидений – грузовой отсек с глухими боковинами, на таких любили ездить инженеры и мастера.
Следом за Майком я прошелся мимо стоящих в две линейки на гравии машин. Самые популярные здесь марки – «Акадиан» – та же «ДжиЭмСи», «Фарго», тот же «Рэм», и «Бритиш Форд», который даже в Германии работал как «Форд», а не под местной маркой. Пикапы, кабины либо квад-кэб, либо кинг-кэб, то есть либо полуторные, либо двойные. Есть один пикап с одинарной кабиной, и, судя по выпуклости на капоте, усиленным мотором. Такие здесь используются в качестве спортивного купе, этакий «шик лесоруба».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
