Едва я начала осознавать, каким человеком стала, я поняла, что издеваюсь над тобой. Ты приложил так много сил, чтобы спасти того, кто этого больше не хочет, и не получил ничего взамен.
Сейчас я напишу очень страшную вещь, за которую тоже прошу прощения, но постарайся понять, что я имею ввиду. Я очень ценю время, что мы были вместе. Возможно, это лучшее время в моей жизни, но я очень сожалею, что в день нашей встречи шел дождь. Если бы не он, то мы бы никогда не познакомились. Ты не влюбился бы в того, кто этого не заслуживает и не потратил впустую несколько лет своей жизни. Как знать, если бы не я, то сейчас ты мог быть счастлив с кем-то другим. И теперь я прошу прощения в четвертый раз.
Наверное, ты думаешь, что раз я осознала свою проблему, то и справиться с ней будет гораздо легче? Кому-то да, но не мне. Я больше не хочу бороться. Мне проще признать, что я потерянный человек, который навсегда останется таким уродом. И это еще одна моя слабость, что лишь подтверждает сказанное.
Прости меня, Август. За все, что я сделала и чего не сделала, но на этом все. Я ухожу не только от тебя, а отовсюду. Вечером на работе получат мое заявление на увольнение, за квартирой присмотрят родители, а тебя я прошу забрать самое дорогое, что осталось от Марты, которая умела мечтать и хотела любить. Это дедушкина скрипка – последний осколок, сохранивший остатки света. Если посчитаешь нужным, можешь ее выбросить, но я надеюсь, что ты все-таки ее сбережешь.
Не знаю, как далеко я отправлюсь и где окажусь. Даже не спрашивай.
Вот, пожалуй, и все.
Хоть мне и не хватило храбрости сказать тебе это в лицо, но хватило храбрости, чтобы перестать врать.
Спасибо за все. Прощай.
Чужая, но все-таки твоя Марта».
Знаешь, что я чувствовал в тот момент, когда дочитал письмо? Словно из меня вырвали огромный кусок и на его месте осталась всепоглощающая пустота. Но мне нужно было с этим справиться, и я знал, что справлюсь.
Пожалуй, на сегодня закончим. Я чувствую себя совершенно разбитым. Хотя, чего я ждал?
До свидания,
Твой Август
25
Каждый день вспоминая слова Августа, Марта пыталась решиться, наконец, собрать волосы в хвост и так пойти в школу, но вечный боязливый зуд внутри ее постоянно останавливал, и она снова распускала их. Тогда она решила делать небольшие шажки к своей цели: потихоньку перестала начесывать волосы так, чтоб они закрывали лицо, потом в течение дня то и дело откидывала их назад. Видя, что никто над ней не смеется, Марта вначале радовалась, а потом начинала себя корить за то, что вообще об этом думает. Но отказаться от былых привычек за один момент все же невозможно.
И вот так шаг за шагом Марта проснулась с полным осознанием того, что готова рискнуть. Она встала перед зеркалом, сделала глубокий вдох и собрала волосы в длинный хвост. Больше ничто не прикрывало ее щеки и скулы, если, конечно, не считать две тонкие пряди у висков. Да, скулы действительно казались острыми, но она больше не видела в них никакой угрозы, а даже наоборот они начали ей нравится. К тому же Марта старалась есть в положенных объемах и смогла немного прибавить в весе, а это был повод для того, чтобы не останавливаться на достигнутом.
Выйдя на улицу с новой прической, девушка чувствовала себя чуть ли не голой и шла по улице, оглядываясь на прохожих: не показывают ли она на нее пальцем.
– Марта, хватит, – сказала она себе, когда в очередной раз оглянулась. – Плевать, что они думают. Тебе нравится и хорошо.
В школе перемену в ней заметила только Снежана или вернее показала, что заметила только она.
– Привет. Ничего себе. Ты прекрасно выглядишь, – сказала Снежана.
– Спасибо, – засмущалась Марта и привычным движением попыталась закрыть лицо, но все волосы прятались в резинке на затылке.
– Я сегодня не смогу пойти гулять.
– Почему? – нахмурилась Марта.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Понимаешь, я договорилась со Светой и Ирой. Там им надо помочь кое с чем. Ты не обидишься? – Снежана говорила, а сама периодически отводила взгляд в сторону.
– Нет, не обижусь, – хотя на самом деле это было не так.
Дело в том, что за последнее время Снежана уже не в первый раз отменяла прогулки по подобным причинам. Марта знала, что не имеет права настаивать с собой общаться, но ей все равно было обидно. Расстояние между подругами продолжало увеличиваться, и ни одна не пыталась что-либо сделать.
После школы Марта побрела одна через парк и потом пошла в торговый центр. Без Снежаны это было совсем не то. Заходить самой в магазины не хотелось, да и мороженое, как будто, стало совсем другого вкуса. Когда Марта шла по коридору в сторону выхода, она издалека увидела Свету, Иру и Снежану. Они шли и весело смеялись. Чтобы никто не заметил Марту, она заскочила в первый попавшийся магазин и стала ждать, когда девочки пройдут.
– Добрый день, могу вам чем-нибудь помочь? – спросил улыбчивый продавец.
– А нет, наверное.
– У нас сейчас действует акция: при покупке двух вещей третью вы получаете в подарок.
– Спасибо, я учту, – ответила Марта, а сама подумала: «Отвяжись уже от меня».
– Еще у нас поступили шарфы на новый сезон. Их вы можете…, – пока он говорил, Марта не спускала глаз с коридора, где в этот самый момент прошли девочки.
– Спасибо, мне не нужно. Я в другой раз зайду. До свидания, – Марта поспешила прочь из магазина.
– До свидания, – уже вслед сказал продавец все с той же нестираемой улыбкой на лице.
Больше нигде не задерживаясь, Марта ушла из торгового центра и пошла прямиком домой чеканным шагом, как будто забивая гвозди.
– Вот, что значит «Кое с чем помочь», – обида разгорелась с новой силой и под совершенно другим углом.
Конечно, Марта итак понимала, что дело вовсе было не в помощи или каких-то неожиданных происшествиях, но ей все равно хотелось в это верить, а когда ты собственными глазами видишь то, о чем догадывался, то от веры не остается и следа. Снежане было гораздо интереснее с другими девчонками – такими же, как и она. За это Марта винила не только подругу, но и себя. Марта понимала, что она не такая, как Света и Ира, и никогда не сможет быть такой. Возможно, она могла бы попытаться, но для чего? Чтобы соответствовать чьим-то интересам? Тут же в памяти снова всплыл Август со своими нравоучениями, и Марта представила, что он мог бы сказать на это и был бы абсолютно прав. Марта такая, какая есть. У нее свои интересы и темп жизни, и если Снежане это не нравится, то тут уж ничего не поделаешь.
В своих рассуждениях Марта упорно упускала из виду ситуации, когда сама отталкивала подругу, когда та всячески старалась помочь. Не из злого умысла, нет. Просто в ней говорила обида и мешала трезво смотреть на вещи.
– Привет, как вчера прошло? – на следующий день написала Марта в тетради и подвинула ее к Снежане.
– Хорошо, у Светы были небольшие проблемы, но все уладилось.
Марте очень хотелось написать, что она видела их в торговом центре, но она смогла удержаться.
– Понятно. А завтра пойдем?
– Посмотрим, – написала Снежана, которая прежде всегда могла расписать свою неделю заранее. – Вдруг, что произойдет.
– Я тебя чем-то обидела? – поступившись гордостью решила узнать Марта.
– Нет. Почему ты так решила?
– Не знаю. Ты как будто не хочешь со мной общаться.
– Мааааааар, ты чего? Неправда.
Весь урок Снежана сидела молча, то и дело переписываясь с кем-то в телефоне. Когда она переглянулась со Светкой в другой части класса и захихикала, Марта, наконец, поняла.
После школы они шли домой вместе и болтали о всякой ерунде, пока Марта не решилась все-таки поговорить с подругой.
– Тебе больше нравится общаться с Ирой и Светой?
– Нет, почему ты так решила? – Снежана как-то странно улыбнулась.
– Ты с ними проводишь много времени. Мне нравилось, как мы общались, но ты стала другой.
