Винс помахал Рику рукой.
— Послушай, я знаю, ты не мог заняться этим по собственному желанию. Ты не такой крутой. — Она дернула его за волосы изо всех сил.
Рик схватил ее за руку и вывернул так, что от боли Робин опустилась на колени.
— Ох, он переломает мне кости! — закричала она.
Винс выступил вперед.
— Ничто не доставит мне большего удовольствия, чем отделать тебя дюйм за дюймом, — сказал он обманчиво тихим голосом. — Не дай мне для этого повода.
Рик отбросил руку Робин и с опаской посмотрел на Винса.
Джинджер услышала отдаленный звук приближающейся сирены и коснулась руки Винса.
— Мы должны уходить, немедленно!
— Нельзя, — сказал Винс, указывая глазами на Рика. — Если мы уедем, он удерет от полицейских. Я хочу видеть этого парня за решеткой, там, где ему самое место. Надо узнать, кто его босс. Полицейские добудут от него признание в любом случае…
Рик побелел.
— Дайте мне провести с ним еще пять минут, — кровожадно процедила Робин, потирая руку. Она подвинулась к Джинджер, в более безопасное место. — Я вытряхну из него все, что нам надо.
Вокруг собралась целая толпа.
— Хорошенько поговори с ним, дорогая, — крикнул кто-то.
— О-ох! Ты напугала меня, Робин, — поддразнил ее Рик. Они препирались до тех пор, пока Винс не вмешался и не растащил их.
Завывая сиренами и рассекая темноту фарами, две полицейские машины въехали на площадку.
Джинджер вздохнула облегченно и одновременно виновато, потом дернула Робин за руку. Им ведь совершенно недвусмысленно запретили ехать к Рику. Может быть, если бы они смешались с толпой, детектив Миллер не заметил бы их здесь.
Робин стряхнула ее руку и бросила на нее угрожающий взгляд:
— Прекрати. Я никуда не поеду.
Дико блеснув глазами, Рик кинулся в толпу, чтобы раствориться в ней. Джинджер импульсивно подставила ему ногу. Рик споткнулся и шлепнулся на землю, растянувшись во весь рост.
Винс заломил ему руку за спину, посмотрел на Джинджер и усмехнулся:
— Хорошая работа.
Она улыбнулась в ответ, ее сердце едва не разорвалось от его слов. От простой похвалы она почувствовала, как ослабли колени.
— Спасибо. Я просто сделала что могла.
Полицейские уже мчались по лестнице, Миллер впереди всех. Его неодобрительный взгляд скользнул по Джинджер, потом метнулся к лежащему мужчине.
Раздался зловещий щелчок наручников.
— Мы давно тебя ищем, — сказал Миллер, рывком поднимая Рика на ноги. Потом, толкнув его к стене, обыскал и скомандовал: — Забирайте в машину. И не забудьте зачитать права.
Рик длинно и цветисто выругался, когда другой офицер не слишком ласково схватил его и потащил вниз по лестнице.
— Ты подергайся! — крикнула ему в спину Робин. — Надеюсь, они оставят тебя в живых.
Рик оглянулся через плечо, и от его взгляда Джинджер вздрогнула. Им здорово повезло, чертовски повезло, что он ничего им не сделал. Этот парень был не просто опасен, он страшный тип.
— Никто ничего из меня не вытащит. Вы меня слышите? Никто. Ни единого слова. Ни единого. — Офицер дернул его за руку, а Рик засмеялся: — Через пару часов я выйду под залог. Вот тогда приду и найду тебя, детка. — Он сложил губы и послал Робин воздушный поцелуй.
— Попробуй, приятель. — Робин побледнела, но погрозила ему кулаком, не позволяя догадаться, как сильно она испугалась. — Буду ждать.
Детектив Миллер шел за ними.
— А вы что здесь делали? Я ведь совершенно ясно сказал, чтобы вы здесь не появлялись!
— Искали правосудия! — вскипела Робин.
Полицейский сердито взглянул на нее.
— Леди, ваш вариант правосудия обычно завершается убийством. — Он показал пистолет, который только что конфисковал у Рика. В свете фар полицейского автомобиля холодно блеснула сталь.
— О Боже! — Из груди Робин вырвалось рыдание, лицо стало смертельно бледным. — Простите. — Она поднесла дрожащую руку ко рту. — Простите… мне надо выйти. — Она помчалась вниз по лестнице.
Детектив в замешательстве посмотрел на Джинджер.
— Она была… влюблена в него, — ответила та на его немой вопрос. — Довольно тяжело узнать, что человек, который тебе нравится, совсем не тот, за кого ты его принимал.
Винс посмотрел на нее, в его глазах стоял вопрос. Джинджер молчала.
После нескольких секунд неловкой тишины Винс повернулся к детективу.
— Рик знает, кто виноват во всем этом, — сказал он.
Миллер утвердительно кивнул.
— Что вы намерены делать?
Офицер усмехнулся.
— Мы примем соответствующие меры, — заверил он Винса. — Допросим его. Как только что-то станет известно, вы будете первым, с кем мы свяжемся. — Он повернулся к лестнице, собираясь спуститься вниз. — Извините, я должен заняться заключенным.
Через две секунды Джинджер окажется наедине с Винсом. При мысли об этом она вздрогнула. Не сейчас. Нет, только не сейчас, когда ее чувства слишком свежи.
— Детектив, я осталась без колес. Не может ли кто-то из ваших офицеров меня подбросить?
— Мы должны отвезти заключенного в отделение. Вызвать вам такси, мисс Томпсон?
— Не беспокойтесь, — сказал Винс у нее за спиной. — Я отвезу ее домой.
Он стоял позади толпы, наблюдая за картиной ареста Рика, которая разворачивалась перед ним, как на сцене. Он был так близко! Так близко к тому, чтобы выкинуть Данелли из архитектурной индустрии. Так близко к тому, чтобы выбросить его из головы и из часто посещающих его воспоминаний!
Ренар Дюшан рассеянно тер щетину на подбородке. Он потратил слишком много времени и слишком много денег, чтобы остановиться на этом.
Он сощурился и уставился на Винса Данелли. Тот казался неукротимым. Но Ренару лучше знать. Наступит день, и он поставит его на колени. Бывшей женой Винса оказалось так легко управлять! Достаточно было помахать у нее перед носом деньгами, и она стала делать все, о чем просил Ренар. Он знал Лиз гораздо лучше, чем ее собственный муж.
Не важно, что эта сука когда-то была его. Не важно, что Винс украл ее у него. О, он притворился, что спрашивает разрешения у Ренара. Но Винс всегда брал то, что хотел. Всегда, начиная с начальной школы, Винс брал то, что, как он считал, должно принадлежать ему. Ренар пробовал отделаться от образа собственных родителей, но навалившиеся воспоминания выплеснули прошлое, словно лаву.
Почему ты не можешь походить на Винса? Он такой шикарный. Такой добрый. Он так хорош и так вежлив с нами. Почему ты не можешь быть таким же почтительным? Мы твои родители, в конце концов. По правде сказать, Ренар был чужим в собственной семье. Скорее Винс был их любимым сыном. Через некоторое время он вообще перестал пытаться что-либо изменить. Бесполезно. Ренар мог принести и положить к их ногам весь мир, но все равно в их глазах самый лучший сын — Винс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
