сволочь лишь разогревалась и искала предел. Мой предел. Затем я начал летать по всему залу.
Каждый раз он выжидал, пока я поднимусь и обозначу атаку (я их проводил, а не обозначал!!), а затем, поймав в начале движения, быстро тыкал пару раз туда, где цвет кожи еще был довольно белый, а потом вновь отправлял в полёт. И всё это проделывал, не прекращая ни на секунду объяснять, что я делаю не так. По его словам получалось, что легче Изотова убить лопатой, а затем зачать нового, чтобы обучить как положено. Это злило, я вновь кидался, вновь летал…
Но вообще — мне понравилось. Здорово встряхнула меня эта взбучка. Конечно, разденься я догола и работай Колдун во всю силу, то тут бы шансы были равными — кто по кому попал, тот того и угробил. А так прошло всё более-менее нормально, каждый получил что хотел. Большинство «когтей» — зрелища, Алексей — терапию, а я впервые в жизни увидел и понял, как двигается и действует боевой неосап в обстановке, приближенной ну… к схватке. Обычно-то как бывает? От меня не ожидают ничего особого, а я херак — и выдал. Так и живём. Жили.
Но так жить нельзя. Так что будут получать по морде, качать мышцу и расти над собой как личность, неосап, ну и матереющий убийца на сдачу. Пригодится.
В общаге было хорошо и тихо, я уж начал внутренне расслабляться, мечтая о том, как упаду на кровать варёной соплей, но чего было не судьба — того не судьба. Проходя мимо вахтёрской, я был ухвачен сухой старческой рукой. На другом её конце была Цао Сюин. Жутко уставшая Цао Сюин.
— Ты идёшь со мной…, — зловеще проскрипела она, потянув меня за собой.
По мозгам тут же ударила флешбяка о том, как её потомок в одной майке точно также утягивала меня во тьму своей комнаты для зверского и деловитого лишения девственности, но увы, все свои силы, включая моральные, я полностью потратил в институте. Философски подумав о том, что в молодости надо попробовать всё, а еще лучшие отношения с комендантом не повредят никоим образом, я поволокся вслед за китаянкой. Может, покормит… говорят, женщины в возрасте любят кормить молодых парней…
Однако, мой вялый ужас, переросший в не менее вялую надежду, был похерен суровой реальностью — пожилая женщина впихнула моё тело в вращающееся кресло перед десятком мониторов, демонстрирующих камеры, установленные по всему общежитию.
— Мне нужно поспать, — объяснила баба Цао, — Хотя бы два часа. Сиди, смотри. Если увидишь что-то нехорошее — буди меня.
— А…, — издал сиплый звук я.
— Янлинь… занята, — горько добавила статная старушка, — До сих пор. Не заглядывай к ним. Жизнь не будет прежней.
Ох ты ж ё…
— Пост принял! — посерьезнел я, умащивая жопу в кресле, — Буду засыпать, вас разбужу.
— Я на тебя надеюсь, шипоголовый…, — серьезно произнесла бабка, тут же падая подрубленной осиной на свою тахту.
Конечно, у меня тут же возникло острейшее желание переключить один из мониторов на комнату Янлинь, потому что то, что впечатлило едва ли не столетнюю китайскую старушку, которая ежедневно наблюдает студентов-неосапов, должно, просто обязано быть мной зафиксировано! С другой стороны, почтение к её жизненному опыту и понимание, что баба Цао одна из очень немногих, кто всегда желал мне добра просто по-человечески… всё-таки мою руку удержали. Суточный секс-марафон между двумя девчонками, пф, что я там не видел?!
Ыыы…
Слежу недреманным оком за копошением в «Жасминной тени». Это невероятно скучно. Студенты и новые «призраки». Первые… студентят. Готовят жрать, жрут, зубрят, смотрят телек, чешутся всюду некрасиво. Возможно, даже пукают, хорошо, что без звука. Его у меня заменяет равномерное сопение вымотавшейся наглухо китаянки. Не забыть её спросить, с чего это мне такое доверие упало… Призраки читают. Сидят за компьютерами. Висят и смотрят в пустоту. Скучно.
Оп, Викусик в ванную собирается. Переключить, срочно переключить! Я старый солдат и знаю много разных слов, но не хочу их произносить при спящей бабушке. Нет, поймите меня правильно — нет ничего ужасного в том, чтобы подсмотреть за раздевающейся девушкой. Это здоровое поведение, нормальный физиологический интерес, но… это должно быть спортивно! Без элемента риска, без труда, пользуясь государственными ресурсами — это просто низко.
А вот Янлинь вылетает в коридор из своей комнаты, одетая в полное нифига. Глаза почти не китайские, сама мокрая вся, волосы торчат, на лице выражение студента, который опоздал на все пять лет обучения. Несется сюда, оставляя за собой капли воды и сырые следы.
Влетает это чудо. Картина Репина «Я пришла из сеновала». Глаза дикие, конечно, и до этого были, а так становятся вообще квадратными при виде меня в кресле с прижатым к губам пальцем. Янлинь смотрит на бабушку, потом на меня. Итерации повторяются раз пять, после чего внимания девушки удостаиваются мониторы. Внезапно её смуглое лицо заливает мощный такой румянец!
Черт, баба Цао, да ЧТО они там делали?!!? Может, у тебя видеозапись есть, а? А?!
Видимо, сегодня мысли китайского семейства шли в одном направлении, так как Янлинь, вцепившись в меня и опасливо поглядывая на спящую бабулю, принялась очень тихо и энергично выпихивать мое несопротивляющееся тело из вахтерской. Достигнув своей цели, голая девушка изобразила из себя обезьянку типа «мартышка», натурально забравшись по мне так, чтобы добраться губами до уха. Прошептав просьбу, она замерла на секунду, а затем, чмокнув меня в шею, быстро умотала назад, к мониторам. Горько вздохнув, я отправился исполнять.
В комнате грешной китаянки дверь была открыта, так что внутрь я проник безо всяких проблем. Старательно не смотря на то, что было на кровати, я быстро прошёл до ванной комнаты, откуда слышалось веселое и чуть визгливое бурчание, в котором, при большом желании, можно было распознать песню. Туда-то я и сунулся, тут же обнаружив искомый субъект, с ног до головы погрязший в полотенце, которым он и вытирался, бубня себе под нос веселое и в рифму.
Повезло-повезло!
Аккуратно подхватив человекообразный кулёчек сначала под ноги, а затем за спину в районе шеи, я получил удивленный девчачий вопль в уши и более чем пригодную для переноски тушку, неплохо замотанную в плотную махровую ткань. Отлично. Теперь мы решительно выходим с территории Янлинь, захлопывая дверь, а затем, слегка согнувшись, согнутым пальцем трижды нажимаем на личинку замка. Тот щелкает и лязгает, закрывая комнату наглухо. Комок у меня в руках бурчит и пытается распутаться, но у него сил как у 14-летней девочки, то есть никаких.
