некоторые были не прочь в такой толпе стянуть кошелёк у какого-нибудь ротозея или умыкнуть дорогую нефритовую подвеску. А попадались и извращенцы, которые пользовались толкучкой, чтобы облапать какую-нибудь дамочку! Понятное дело, к заклинателям и заклинательницам никто с девиантным поведением не лез, но мои телохранительницы всё равно бдили.
С Лю Фэйлоном мы договорились встретиться на главной площади возле лавки мастера Мо, изготавливающего знаменитые на всю Империю бумажные фанарики. И сам мастер, и его лавка являлись местной достопримечательностью, так что горожане без проблем нас сориентировали. Мистер Совершенство привлекал к себе внимание отрешённым и возвышенным видом, праздничная суета его будто не касалась, огибала подобно тому, как вода огибает утёс. Вокруг стойкого Наследника Лю кружилась компания нарядных девиц заклинательской наружности. Одна из прелестниц была особенно настырной, то пыталась заглянуть в глаза, то обращалась с вопросом, демонстрируя себя во всей красе. Мой собрат бывший злодей отстранённо что-то отвечал и на явный флирт не реагировал. Я уже довольно хорошо его знала и потому ясно видела, как тяготит его подобное взаимодействие, а потому поспешила заявить о себе.
— Молодой Господин Лю, простите за ожидание!
— Госпожа Тэнтон, рад вас видеть, — тут же отозвался Лю Фэйлон и шагнул ко мне настолько близко, насколько это вообще было возможно на людях. Нифига себе, как сильно его тут достали, оказывается!
Девичья стайка моментально ощетинилась на меня злобными взглядами и зашуршала едкими шепотками, комментирующими мои физические и моральные несовершенства. Локации меняются, а бабы всё те же! Даже двойняшкам досталось! За вызывающий макияж и вульгарные крашеные волосы. Ладно девушка так себя уродует, наверное, настолько невзрачная, что хочет хоть так обратить на себя внимание, но парень-то, парень! Нравы в этой Имперской Столице, похоже, совсем не туда свернули!
— Ах, молодой Господин Лю, неужели эта та самая девушка, с которой вы собирались встретиться? — невинно хлопая ресничками, спросила та самая настырная, подразумевая при этом: “Парень, ты, что, слепой? Как можно променять меня на вот такое?”
Лю Фэйлон как всегда подтекста не заметил и лишь кивнул.
— Да, это Госпожа Тэнтон, Мастер Исцеляющей Боли и моя родственная душа.
Выражение “родственная душа” сказанное о человеке противоположного пола чаще всего предполагало романтический интерес, а не “близость по духу”, но такой уникум, как Лю Фэйлон, мог и не вкладывать этого смысла в свои слова. А с другой стороны, мог и вкладывать, чтобы отделаться от очередной беспардонной поклонницы, например. Что ж, однажды я обещала, что буду защищать его от приставучих девиц, и была намерена держать обещание.
— Быть родственной душой молодого Господина Лю — это честь для меня, — заверила я, а потом обнаглела и добавила: — и невероятное счастье. Я всем сердцем благодарна Судьбе за то, что однажды она свела нас вместе и позволила узнать друг друга.
И надо отметить, говоря всё это, я ни разу не покривила душой. Зато скривилась приставучая девица, в её понимании мы с Наследником Лю прилюдно признались друг другу в любви. Впрочем барышня быстро справилась с разочарование, должно быть решила, что сдаваться рано, ведь “родственная душа” это не жена, да и жену, если что, можно было подвинуть, потому что у такого знатного и богатого аристократа жён может быть несколько. Так что самоуверенная красотка мне сладко улыбнулась, представилась, рассказала, что Лю Фэйлон сейчас ведёт дела с её отцом, поэтому они встречаются каждый день и чудесно проводят время, вот и сейчас они “совершенно случайно” встретились во время праздника, это ли не судьба? И теперь она, как гостеприимная хозяйка, непременно должна показать нам свой прекрасный город! Возражения не принимаются! Ах, это будет просто чудесно!
Я тоже улыбнулась и промолчала, но отправила девице “лучи добра”, то есть маленькие иголочки в определённые точки на теле, которые вскоре устроят ей экстренную очистку организма. А теперь давай, показывай нам свой город, сучка!
19. Тьма невежества
— Госпожа, вы же целительница? — невероятно красивый мальчик лет шестнадцати вцепился в мой рукав, выловив в праздно шатающейся толпе.
— Да, я целительница, — ответила я.
Услышав подтверждение, мальчик расплылся в облегченной улыбке, а потом поднял на меня умоляющий взгляд.
— Пожалуйста, помогите моему брату, Госпожа Целительница! Пойдёмте, здесь недалеко.
Он потянул меня за собой, и я поняла, что обязательно должна
