Читаем без скачивания Десант в прошлое - Александр Абердин

Пожимая друзьям руки, я только и нашелся, что сказать:

— Ребята, это же упрощённая модель для нашей нынешней нищеты. Дайте нам построить в Аргентине плавучие заводы, вот тогда весь мир ахнет, увидев настоящую русскую технику.

— Так-то оно так, Серёга, — вздыхая сказал Юра, — только я боюсь что и на этой разработке Германия, Франция, Англия и Штаты такой военной техники наклепают, что мне уже сейчас страшно. Этот двигатель ведь будет помощнее, чем тот, который стоял на английском танке "Марк III" и его не составит особого труда повторить. Он простой, как скалка, но что самое паршивое, на базе этого трактора ничего не стоит построить средний так и он будет двигаться со скоростью тридцать, тридцать пять километров в час.

Князь Львов насмешливо спросил:

— А ты что, так ещё и не понял, зачем мы заказали вам такой тракторёнок Юрец? Этот трактор умному человеку, если тот у власти стоит, огромная подмога в экономике, а для дурака повод устроить гонку вооружений. Идея танка давно ведь витает в воздухе, да, только без мощного двигателя с достаточным тяговым моментом её не реализуешь. Не волнуйся, наши танки ведь всё равно будут на порядок современнее чем даже те, которые остались в нашем прошлом.

Остаток дня и весь вечер мы провели в разговорах на темы научно-технической революции двадцать первого века. Выпив вёдер пять чёрного кофе, мы славно провели время. На следующий день, одетые в гражданское платье, как нам и было велено, новое, с иголочки, но строгое, мы отправились в Зимний дворец. Нас представили царю, хотя в этом не было собой надобности, ведь мы уже встречались ранее, и мы провели за ленчем около часа все вместе, после чего я был приглашен в кабинет для беседы. Царь в это утро был довольно-таки весел, но когда мы проследовали в кабинет, нахмурился и, посмотрев на меня недовольным взглядом, спросил:

— Князь, почему вы сказали, что передадите золото казне только после разговора со мной. Разве вам от меня что-то надобно?

Хорошо, что он сам затронул этот вопрос. Дождавшись, когда царь сядет за письменный стол и предложит мне присесть, я слегка улыбнулся и беспечным тоном ответил:

— Ваше величество, я сделал это не случайно. Россия стоит на пороге гибели и вы вместе с нею. Поскольку мне ведомо, когда вас расстреляют вместе со всей семьёй, чего нельзя допустить ни в коем случае, вам нужно отринуть все прежние предубеждения и принять срочные меры как к своему собственному спасению, так и к спасению страны, которой вы правите. Так что тут уже не до щепетильности.

Николай Второй проглотил пилюлю и даже не поморщился, хотя та и была горькой. Кивнув, он попросил:

— Продолжайте, князь. Кто и когда расстреляет меня и мою семью? Это, право же, интересно знать любому человеку.

— Ваше величество, ваши палачи уже в аду, — ответил я, — но это вовсе не означает, что не найдутся новые. Поэтому вам надобно принять от нас не только золото, которое оздоровит экономику страны, но и куда более существенную помощь. Вот тогда всё изменится самым радикальным образом и через несколько десятилетий вы не узнаете Россию. Самодержавие будет при этом сохранено.

Царь посмотрел на меня задумчивым взглядом и спросил:

— Чтобы делать такие заявления в моём присутствии, князь, нужно быть либо пророком, либо сумасшедшим. Похоже, что вы всё-таки не сумасшедший. Так что же вы предлагаете?

Пристально посмотрев на царя, я негромко но строго и даже властно сказал:

— Велите принести в ваш кабинет мой портфель и папку, ваше величество. Я специально попросил, чтобы их осмотрели. В папке находятся эскизы, того, что вытащит на себе сельское хозяйство, а в портфеле проект предлагаемых нами реформ.

Его величество нажал кнопку звонка, дверь за моей спиной отворилась и он сделал распоряжение. Через пару минут я положил на стол проект толщиной в добрых двадцать сантиметров. Удивлённо посмотрев на него, царь спросил:

— Вы предлагаете мне изучить сей труд, князь? Но это же займёт несколько месяцев, если не год.

— Нет, вам будет достаточно подписаться под ним, ваше величество, а дальше реформами займутся чиновники и, что самое главное, ваш новый премьер-министр, трое его помощников, которых вы хорошо знаете, и новый министр финансов. А ещё я прошу вас принять троих врачей, ваше величество, и тогда вы можете даже и не вспоминать о том, что цесаревич Алексей тяжело болен. Поверьте, хотя эти люди очень молоды, лучших специалистов не найти больше нигде. Они придут не с пустыми руками, а со всеми необходимыми медикаментами. Увы, но полностью исцелить наследника они смогут только после его пятнадцатилетия.

Упоминание болезни цесаревича заставило царя занервничать. Он подался вперёд и тихо спросил:

— Вы говорите так только для того, чтобы утешить меня?

— Ни в коем случае, ваше величество, — повысил я голос, — эти врачи сделают именно то, о чём я сказал и готовы приступить к лечению уже сегодня. Они прогуливаются неподалёку и за ними можно немедленно послать кого-либо из моих друзей. Поверьте, им вы можете полностью доверять. Они посрамят своими знаниями любое светило медицины, — я чуть было не сказал, что из исцелённых ими людей можно сформировать несколько дивизий, но вовремя сдержался и лишь пояснил, — ваше величество, вспомните, что я сказал газетчикам — русский гений воссияет над всем миром. Это как раз и есть один из тех самых случаев, как этот проект реформ и те эскизы, которые находятся в этой папке. Вспомните, наконец, чем я подтвердил то, что моим пророчествам можно верить. Когда те молодые врачи, о которых я говорю, получили мои письма, то они и сами удивились тому, какие знания были им внезапно открыты, а ведь я разослал таких писем очень много и все те люди, которые их получили, внезапно открыли в себе столь глубокие познания в науках, что мне и самому в это не верится. Взгляните на эту машину, ваше величество, — я открыл папку, достал из неё большой эскиз, оформленный в паспарту и положил перед царём, — такие трактора на Путиловском заводе начнут выпускать уже через год. Поверьте, ничего подобного вы не увидите больше нигде. С их помощью те молодые люди, о которых я сказал вам в самом начале, сделают наше сельское хозяйство самым передовым в мире и мы навсегда забудем о голоде. Поверьте, это будет только начало. Вы не представляете себе, какого процветания Россия достигнет уже довольно скоро. Прежде, чем вы подпишете указ о реформах, я предлагаю вам поговорить с князьями Вяземский, Юсуповым и Долгоруковым, а также с князем Куракиным. Большую часть этого талмуда написали они, а лишь взял на себя труд положить его вам на стол. Ваше величество, поверьте, я именно тот, кем себя объявил. Представьте себе, я могу предъявить вам сколько угодно таких доказательств, что вы будете просто ошеломлены, ведь мне известно очень многое.

Царь снова нахмурился.

— Вы имеете ввиду мою личную жизнь? — Я лишь молча кивнул и его величество со вздохом сказал — С вашей стороны будет крайне неприлично, если вы поведаете об этом кому-либо, князь.

Николай II пристально посмотрел мне в глаза и протянул руку к кнопке звонка. Облегчённо вздохнув, я твёрдо заявил:

— Нигде, никому и никогда, ваше величество. Я желаю быть вашим другом, но никак не врагом, в отличие от некоторых господ, приближенных к вашему двору.

Государь император нажал на кнопку звонка и велел пригласить в кабинет молодых господ, ожидающих вызова снаружи и дожидающихся окончания нашей беседы в одной из гостиной. Сразу после этого он встал и негромко сказал извиняющимся тоном:

— Я хотел бы немедленно представить вас Александре Фёдоровне, князь. Эта ужасная болезнь Алёши обрушилась на неё тяжким бременем. Вы ведь, наверное, знаете, что мы едва не лишились сына прошлой осенью? Для нас обоих это было тяжким ударом.

Вскоре я представил их императорским величествам обоих медиков и уже они успокоили родителей, что их сын отныне в полной безопасности, равно как и они, так как один был хирургом, второй терапевтом, а третий всемирно известным специалистом по гемофилии. Он-то и сказал, что мальчику для того, чтобы купировать заболевание, нужно будет ежедневно делать инъекции и тогда он будет расти и развиваться, как самый обычный ребёнок. Ну, а мы прошли в другой кабинет, уже куда больше того, в котором разговаривали, и наша беседа продолжилась. Теперь царя принялись обрабатывать четверо князей, а мы всего лишь присутствовали при этом разговоре. Князь Куракин развернул перед Николаем Вторым просто сказочные перспективы и заверил его в том, что с такими поступлениями золота в казну Россия уже может ничего не бояться, даже куда более смелых экономических реформ. О них царю очень доходчиво рассказал Николай Юсупов.

Когда же зашла речь о внешней политике, к разговору тотчас подключились мы, причём даже позволили себе повысить голос, когда его величество сказал, что у России есть обязательства перед союзниками. Князь Львов постучал себя по правой стороне груди и заявил: