Читаем без скачивания Девятка мечей. Игра на опережение - Ольга Романовская

– Чтобы было быстрее. И потом, высший свет – это не дом ведьмы. Возможно, вы копнули очень глубоко, поэтому радуйтесь, что не пойдете туда одна. Или вас не устраивает сам Итон ишт Неврис?

Лотеску с легкой усмешкой взирал на меня, а я гадала, каким жестом или мимикой выдала неприязнь к новому начальнику отдела.

– Никто не услышит, если я скажу? – подозрительно обвела взглядом кабинет в поисках кристаллов и чуть подалась вперед, мало заботясь о приличиях. – Это серьезно.

Лотеску лениво кивнул и рассек воздух ладонью. От неожиданности я отпрянула, а потом догадалась: чары. Хорошо быть магом!

Не став тянуть кота за хвост, поделилась своими сомнениями. Слова подбирала осторожно, чтобы не нажить врагов. Лотеску при всей его лояльности не потерпит оговоров, воспримет их как попытку подсидеть непосредственного начальника.

– Перевод согласован Штайтом. Или вы обвиняете Ведомство в сговоре с некромантом?

– Ну, – смущенно пробормотала я, жалея, что не оставила свои сомнения при себе, – иногда друзей просят помочь подыскать место… Никакого сговора, банальная услуга хорошему человеку.

– Пошли на попятную? Нет уж, ишт Мазера, либо без ужимок и до конца, или никак, – резко ответил Лотеску и потянулся к диктино. Глаза скользили по описанию некроманта, видимо, выискивая сходство с Неврисом. – Но дурой я вас не назову, разумная подозрительность.

Я опешила. Мне не послышалось? После выговора – похвала?

Жестом приказав погулять вдоль полок, Лотеску набрал код. Разговор велся по приватной связи. Увы, выражение лица начальника оставалось бесстрастным.

– Сейчас подойдет Синглер, изложите ему свои соображения, – закончив беседу, обратился ко мне Лотеску. – Садитесь, уже можно. А «крыса», как вы выразились, наверняка есть. Я видел ваше заявление: проникновение в квартиру в день получения задания. Касательно Марка ишт Нару, он действительно прикреплен к вам по рекомендации Синглера.

– То есть вам все не кажется странным? – уточнила я, чтобы знать, стоит ли рассчитывать на помощь вышестоящих.

– Мало ли что мне кажется, – уклончиво ответил Лотеску. – Вы сказали, я выслушал, меры приму. Какие, вас не касается. Помнится, вы хотели задать третий вопрос… Пять минут, конечно, истекли, но…

Начальник задумался и углубился в очередной приватный разговор. Я терпеливо ждала, гадая, принимают ли мои подозрения всерьез.

– С подобными вещами в дальнейшем ко мне. – Лотеску потянулся за чистым листом бумаги, быстро набросал на нем служебную записку и убрал под пресс-папье, скрыв мороком невидимости.

В воздухе запахло опасностью. Если после моих слов пишут Барашту, пора обзаводиться отрядом телохранителей.

– Что носите в сумочке?

Заметив мое недоумение, Лотеску пояснил:

– Нож, шокер? Советую не выкладывать и поменьше гулять одной. Вроде ересь, а подозрения заразительны. Проверю. Третий вопрос, Магдалена.

– Можно мне пораньше уйти?

– Это к Неврису, не решайте подобные мелочи через голову. И так ходить повадились.

Мысленно хмыкнула: «Так и скажи, вырез сегодня скромный, нечем порадовать глаз». И тут же, будто в продолжение собственных мыслей, получила комплимент:

– И не стыдно в такой юбке работать? Вам, конечно, есть что показать, но отвлекает же. А у нас ведомственная проверка на носу, провалим, будет на вашей совести.

– Это почему? – возмутилась я.

До сих пор не верила, что меня не послали. Второй зам не такой, хотя он за другое отвечает – за ликвидаторов, оттуда, видимо, и характер. Ни разу не была в кабинете у Аларда и не желаю. Терпеть не могу, когда на меня кричат, а Леонар Алард так подчиненных распекает, что на другом этаже слышно. Второй зам из дворян, так себе дворян, раз невысоко взлетел. Ему бы в полицию…

– Потому что извертелись уже, не зная как изогнуться. Смотрите, Магдалена, доиграетесь!

– Меня уволят? – включилась во фривольную игру, мысленно уже выпорхнув за двери Инспекции. Хорошее настроение Лотеску – мой пропуск на волю.

– Отшлепаю и оставлю на ночь. Вы мне, помнится, задолжали, прогульщица.

Придумать достойный ответ не успела: в дверь постучались, а мгновением позже запел диктино Лотеску. Эх, у богатых даже звук вызова другой, ласкающий слух, с возможностью выбора и перенастройки. Начальник тут же стал серьезным, оставив пикантные шуточки, буркнул в диктино: «Да, вызывал, жду» и заученным движением снял с двери чары. Она тут же распахнулась, впустив Синглера.

Начальник службы безопасности решительным, быстрым шагом подошел к столу и замер, вытянувшись по струнке. Стало как-то неуютно, да и не мое это дело, на совещаниях присутствовать…

– Сидеть! – остановил мои поползновения к двери Лотеску. – А кто рассказывать будет? Синглер, берите второй стул, присаживайтесь, слушать придется долго. Заранее предупреждаю, меры необходимо принять в кратчайшие сроки. Голову несчастной девушки, – начальник мельком взглянул на меня, будто проверяя, не грохнусь ли в обморок, – вы помните, повторения не нужны.

Синглер кивнул. Глаза-буравчики вперились в лицо. Невольно почувствовала себя подозреваемой.

– А мне тут докладывали, госпожа проверяла ишт Нару.

– Вам бы тоже проверить, – намекнул Лотеску. – А госпожу натаскайте по простейшим мерам безопасности, а то она беспомощнее кролика.

Обидно, но я проглотила. Нечего выкобениваться, когда желают помочь. Но парцилен в руки не возьму! Вдруг нажму не то, убью человека – засудят ведь. По правилам такие, как я, не имеют права на ношение подобного оружия без прохождения особой комиссии. Разрешение Барашта тоже бы не уберегло, случись несчастье. А комиссию не пройду: знаю требования.

Вдумчиво, с расстановкой повторила умозаключения, на этот раз развив их.

Синглер слушал молча, запоминая, а потом покосился на Лотеску:

– Наружка?

Тот кивнул, откинувшись на спинку кресла.

– А Барашт…

– Поставлю в известность. Займитесь сами. Никакой огласки. По месту прежней службы тоже. Запрос напишу лично, необходимые разрешения оформлю. Никакой отчетности, все доклады – в одном экземпляре и немедленно мне на стол. Без фанатизма, но внимательно. «Крысу» нужно найти, Синглер. Сроков не ставлю, но сами понимаете…

Начальник службы безопасности кивнул и покосился на меня. Очевидно, желал сказать что-то Лотеску с глазу на глаз. Понимая, аудиенция закончена, ушла сама.

Значит, Нару считают надежным сотрудником и отстранять не собираются. Хорошо, мысли и приказы начальства не обсуждаются, но от прежних планов не откажусь. Подождет Неврис и ведомственная проверка, голова у меня болит, тошнит, и всякое такое. Мне вообще краткосрочный отпуск положен, двоюродную сестру убили… Эх, целый день кручусь, лишь бы не думать, а воспоминания, заразы, все равно лезут. Только плакать не стану, пойду к ликвидаторам. Сплетни – лучший источник информации. Покручусь с ребятами в курилке, пофлиртую немного, изображу обычный интерес – и за полчаса узнаю больше, чем Синглер за два. Мужчины внимание ценят, такими болтливыми становятся.

Отдел ликвидации располагался в другой части здания, той, что выходила на реку.

Окна в коридорах настежь, лето стучится, только люди не наслаждаются погодой, а снуют с мрачными лицами. Тут полно кристаллов, все записывается.

Интересно, где таинственная оружейная комната? Не то чтобы мне надо, просто хотелось бы взглянуть, какую защиту на нее навешали. Целую паутину, думаю. И по обычной карточке сотрудника не войдешь, особый доступ нужен.

Невольно перешла на рысцу перед дверью в приемную Аларда. Не хочу даже на глаза попадаться.

Уф, тихо! То ли Алард у Барашта, то ли уехал, то ли чем-то сильно занят, раз никого не песочит. Даже главы Карательной инспекции так не боюсь. Он, к слову, как-то мне грамоту вручал. Приятно! Кабинет его этажом выше Лотеску, даже не кабинет, а целые апартаменты с зимним садом. Любит Барашт тишину и комфорт. По соседству с ним парадный зал заседаний и канцелярия. А Лотеску бухгалтерию контролирует. Как говорится, кому что. Вон, Алард оружие предпочитает, особняком держится.

Быстро свернула в соседний коридор и остановилась перед дверью с нужной табличкой. Осторожно приоткрыла ее и, убедившись, что горизонт чист и Алард не поджидает сотрудников других отделов с целью размазать по стенке, вошла.

Ликвидаторы устроились вольготно. Мой беспорядок по сравнению с их бардаком – детский лепет. И ноги на стол я точно не кладу.

– О, привет, красотка!

Мое появление не осталось незамеченным. Десятки глаз тут же оторвались от текущей работы и обратились к двери.

Едва не сделав реверанс (обстановка подталкивала проделать такой фокус), быстро огляделась и разочарованно нахмурилась. Нару здесь, а при нем говорить нельзя. Вон, уже встал, ко мне направился и не с пустыми руками.