Читаем без скачивания Элис. Навсегда - Гарриэт Лейн

Я бесстрастно слушаю ее болтовню, понимая, что она явно к чему-то клонит.

– Мельница, – тихо напоминает ей папа, цепляя на вилку маринованный огурчик. – Мельница в Бидденбруке.

Ну конечно! Мельница. О, это такая грустная история! Моя мама придает лицу сострадательное выражение, но я вижу, как она при этом втайне злорадствует, словно неудачи одних людей означают, что их остается меньше на долю других. На ее долю, например.

Итак, Говардсы купили старую мельницу…

– Когда это было, Роберт? Пять или шесть лет назад. Совершенно очаровательное место. Но теперь им пришлось выставить его на продажу. Им оно больше не по карману. Счета за газ просто невообразимые! Мэгги рассказывает, что зимой тепло улетучивается из окон просто непрерывным потоком, как река. И хотя Брайан полностью оправился от перенесенного инсульта, взбираться по всем этим лестницам ему уже тяжело. Они подыскивают себе обычный домик, который будет легче содержать. Подумывают даже о квартире в новом жилом квартале – он как раз строится сейчас в Фулбери-Нортоне. Говорят, там будет роскошно, – заключает она, но в этом замечании отчетливо слышится сомнение и доля иронии.

– Оттуда очень удобно добираться до гольф-клуба, – добавляет отец.

– Бри или бурсен, дорогая? – спрашивает мама, протягивая мне доску с сырами и с этим смешным маленьким ножиком, который раздваивается на конце, как змеиный язык.

Мэри нет на рабочем месте, хотя я отлично вижу ее. Последние сорок пять минут она провела в «аквариуме» у Робина Маколлфри, а ее городской телефон просто надрывается. Поскольку звонок внутренний, я смело снимаю трубку:

– Помощница Мэри Пим слушает.

Это Колин – дежурный в вестибюле. К Мэри кое-кто пришел, сообщает он.

– Леди зовут Джулия Прайс. Утверждает, что встреча была назначена заранее.

Я благодарю Колина и прошу показать гостье, как подняться к нам в отдел. Куда подевался Оливер? Я встаю у лифтов и оглядываю себя в зеркальной поверхности стальных дверей. С меня еще не сошел здоровый летний загар, и мне к лицу новая прическа: я сделала волосы короче, и это придало им объема. Склонившись ближе, я проверяю, в каком состоянии глаза и зубы.

Двери открываются, и из лифта выходит Джулия Прайс с пропуском, прикрепленным к петлице.

– Здравствуйте, Джулия, – произношу я. – Мэри в данный момент немного занята, но скоро освободится. Меня зовут Фрэнсис.

Мы пожимаем друг другу руки. У нее сухая и прохладная ладонь. Джулия в белом жакете из легкой жатой ткани и туфлях, которые тесемками крепятся к лодыжкам. Тончайший шарфик обмотан вокруг ручки сумки, белая полоса в волосах подчеркивает свежесть кожи лица. Она прекрасно дополняет ее внешность и придает привлекательности.

Пока мы вместе идем в сторону нашего отдела, я чувствую, как за спиной сотрудники отрывают взгляды от своих компьютеров, но разглядывают только одну из нас. В ней действительно есть нечто особенное, я и сама успела это заметить.

– Не хотите ли чего-нибудь выпить? – спрашиваю я, найдя для Джулии свободное кресло. – Я могла бы принести вам чашку чаю или кофе из нашего автомата. Или простой воды?

Она отвечает, что ей ничего не нужно.

– Мне не стоит отвлекать вас от работы, – говорит Джулия, одаривая меня широкой белозубой улыбкой, и берется за свой сотовый телефон. – Уверена, у вас и без меня дел хватает, Фрэнсис. Не волнуйтесь, я подожду.

– Как пожелаете.

Она начинает проверять свой электронный почтовый ящик, а я возвращаюсь к чтению рецензии Берениса, однако непрерывно ощущаю у себя за спиной ее присутствие, исходящий от нее аромат. Мне слышно, как Джулия то вздыхает, то посмеивается, читая входящие сообщения. Даже как она сглатывает.

Вскоре из кабинета Робина выплывает Мэри.

– Джулия! – восклицает она, словно визит стал для нее сюрпризом. – Прости, что заставила себя ждать. Срочное совещание в разгар кризиса, – добавляет она. – Впрочем, ты знаешь, что у нас тут творится.

Они обнимаются, потом Джулия достает из своей сумки две книги, объясняя, что это только начало и у нее на подходе еще несколько. Мэри опускает очки на кончик носа и внимательно пролистывает одну из книг, бросая деловые замечания вроде: «Отличная суперобложка! Где ты их печатала? Кто автор предисловия?»

– Я абсолютно уверена, что мы сумеем воспользоваться этим материалом! – восклицает она, задерживает внимание на одной из страниц, решительно захлопывает книгу и смотрит на часы.

– Хорошо. Я заказала для нас столик «У Сальваторе». Захватим все с собой и за обедом подробно обсудим.

Проходя мимо моего стола, Джулия Прайс перехватывает мой взгляд и приветливо машет рукой на прощание.

– Еще увидимся, Фрэнсис, – произносит она, а я подозреваю, что это лишь обычный прием обращения с людьми, свойственный таким, как она: «Запоминай имена даже незначительных персон. При случае пользуйся ими. Никогда не знаешь, кто может оказаться тебе полезен в будущем». – Пока, – добавляет она и удаляется вместе с Мэри.

– Пока, – киваю я, смотрю вслед и замечаю, что «путешествия и туризм» тоже глядят ей в спину всем отделом.

Глаза, улыбка, несокрушимая уверенность в себе. Мне представляется, что Джулия Прайс никогда ни в чем не знает сомнений. И, вероятно, имеет на это право.

Позднее, дожидаясь лифта, я снова всматриваюсь в свое отражение в дверях, и на сей раз увиденное уже не так радует меня.

Через десять дней мне звонит Сельма Кармайкл. Мы встречаемся в небольшом тихом пабе на соседней с ее офисом улице, и она делает мне предложение. Когда Сельма называет сумму моей будущей зарплаты, я сдерживаюсь, чтобы никак не прореагировать на эту цифру. Она добавляет, что может немного увеличить ее, но это уже будет предел.

Я отвечаю, что хотела бы все обдумать. Сельма говорит: мол, конечно, у вас есть несколько дней на принятие решения.

– Как все прошло у Банни Несбит? – интересуюсь я, когда мы направляемся к выходу.

По ее мнению, там было весело, хотя и несколько утомительно. Присутствовал Амброз Притчет. Дальнейшая судьба «Обозревателя» видится ему исключительно в мрачных тонах. Он же поведал анекдот об Оливере Калпеппере, который подрался после традиционной летней вечеринки «Обозревателя» с Джезом Шелфом и получил от него взбучку.

Когда Полли и Тедди уехали в Лондон, в Оллуик заезжал поужинать Лоренс. Сельма призналась, что ей не хотелось отпускать его потом одного в огромный и пустой «Невер». Шарлотта тоже беспокоилась за Лоренса. Но, судя по некоторым признакам, работа над новой книгой продвигается хорошо.

– Как вы считаете, с ним все в порядке? – спрашивает Сельма, понизив голос, словно в расчете на откровенность.

Я отвечаю, что ни в чем не уверена, но, кажется, Лоренс сумел справиться с горем.

– Какая трагедия! Элис была замечательной женщиной, – вздыхает Сельма, а я вдруг ощущаю раздражение.

– Да, – киваю я. – Но я с ней никогда не встречалась. То есть встречалась, но всего лишь однажды.

Она искоса бросает на меня такой взгляд, будто мои слова шокировали ее. Я опускаю голову. Сельма быстро проводит ладонью по моему рукаву, мы прощаемся и расходимся в разные стороны.

Я отвожу Мэри в сторону, сообщаю о предложении Сельмы Кармайкл и говорю, что склонна принять его.

– По-моему, это будет ошибкой, – замечает она, всматриваясь в меня поверх стекол очков. – Я хорошо знаю Сельму. Думаю, ты заслуживаешь большего.

– Правда?

– Да. – Мэри разворачивается в кресле и листает свой ежедневник. – Я свободна сегодня в обед. У тебя есть другие планы?

Вот как получается, что я оказываюсь сидящей за столиком у окна «У Сальваторе», заказываю спагетти с морскими моллюсками и получаю повышение по службе. Мне предложено стать заместителем редактора отдела литературы. То есть заместителем Мэри. Эту должность сейчас занимает Оливер. Я напоминаю ей об этом.

Мэри ломает пополам гриссини [10].

– Не будь такой наивной, дорогая, – усмехаясь, произносит она. – Оливер стоит первым в очереди на увольнение. Ему пока об этом ничего не известно, и я была бы тебе признательна, если бы ты ни с кем не делилась подобной информацией, хотя ни для кого не секрет, что нас вынуждают сокращать штаты. У меня с Робином прошли переговоры по реструктуризации, и мы достигли с ним соглашения. Мне нужен заместитель, который способен писать, редактировать, заказывать и вычитывать материалы на любые темы, а еще заниматься всеми этими обожаемыми Робином блогами, приводящими меня в ужас. Стоит ли добавлять, что годится только человек, умеющий пристойно себя вести на людях? И мне кажется, ты подходишь на эту роль идеально.

– А что насчет денег?

Мэри отвечает, что может дать мне столько же, сколько предложила Сельма. Даже чуть больше.

Сальваторе лично подает нам еду. Пока он крутится вокруг стола с мельницей для перца, я смотрю в окно на улицу: курьеры на мотоциклах, черные такси-кебы, девушка с белыми тесемками, свисающими из мочек ушей, ждет зеленого сигнала у пешеходного перехода.