И спать не в переносном смысле, а в прямом.
Утром просыпаюсь нехотя, хоть и готов поговорить с красавицей и расставить все точки над и, ё и прочими буквами, где есть любые точки и чёрточки.
Я уже хочу подвести всё к этому, как медленно, но верно осознаю, что дома мама. Она же обещала приехать завтра? Почему планы изменились?
Не успеваю обдумать эту мысль, как она врывается к нам в комнату. Саша моментально краснеет, дёргается, чтобы вырваться из моих объятий, но я ее не выпускаю.
— Как ты поняла, что я не один? — бросаю маме, прижав алую от стыда помидорку к себе.
— Ой, в коридоре красивая женская обувь. Я не буду вас смущать, вставайте, умывайтесь, и ты познакомишь меня со своей девушкой на кухне, — она уже собирается выйти, но я вдогонку бросаю короткое:
— Ты же планировала приехать завтра.
— Я хотела сделать сюрприз, — мама отмахивается, как будто ничего такого не случилось и уходит из спальни.
Когда она выходит из комнаты, красная, как рак, Саша всё-таки вырывается из моих цепких лап. Издаю расстроенный стон, потому что мои планы нарушены, и я никак не могу скрыть своё огорчение.
— Ты не предупредил меня, что нас встретит твоя мама, — бросает она претензию, выскользнув из-под одеяла.
Невольно любуюсь ей, и тем, как моя футболка сидит на ней. Как она красива и притягательна. Ненавижу себя за то, что не добился её тогда.
— Меня самого не предупредили, — честно признаюсь я, прикрывшись одеялом, спрятав свой утреннее действо организма и его реакцию на эту девушку.
— И кем же я теперь выгляжу перед твоей мамой? — бурчит Саша, повернувшись ко мне спиной.
Она настолько зла, что снимает с себя футболку совершенно не стесняясь меня. Тело реагирует на неё моментально: слюни текут не только изо рта. Силой воли заставляю себя отвернуться, чтобы не довести до греха.
Напоминаю себе, что мама за стеной, и это хоть немного отрезвляет.
— Что такого она должна подумать? — пожимаю плечами, краем глаза вижу, что Саша надевает лифчик, а затем натягивает платье, которое больше подходит для выпускного.
— Мы только начали встречаться, а я уже в твоей кровати. Не считаешь, что это…
— Абсолютно нормальные отношения, — прерываю её я, встав с кровати. — Не забивай себе голову, всё в порядке.
— Конечно. Для твоей репутации, не для моей. Напоминаю, мы даже не встречаемся, — зло говорит она, а я еле сдерживаю желание прижать её к стене и вновь поцеловать.
Нельзя всё делать из позиции силы. Я же хочу, чтобы Саша любила меня, а не боялась.
— Мы всегда можем это исправить, — бросаю я и, натянув шорты, выхожу из спальни. Очень хочу хлопнуть дверью, но закрываю её тихо.
Вздыхаю и выдыхаю, пытаясь успокоиться. В коридоре пахнет блинчиками, и я спешу на запах.
Если родительнице хочется обо мне позаботиться, то зачем лишать её этой возможности. Не умываюсь, даю Саше время, просто плюхаюсь за стол.
— Твоя принцесса подойдёт позже? — улыбается мама.
— Что заставило тебя приехать на день раньше? — игнорирую её вопрос и отправляю блинчик в рот. Со вчерашнего шашлыка прошло слишком много времени, и я успел проголодаться.
— Я думала, что ты останешься в коттедже с ночёвкой, и надеялась сделать сюрприз, приехав раньше. Ты не рад? — она говорит честно, и я вздыхаю.
— Конечно же рад. Да, мы были в коттедже, но там случилось неприятное, и мы в три часа ночи уехали оттуда. Я не стал завозить её домой, потому что и сам устал, и её родителей будить не хотелось, — я говорю почти правду.
Меня даже не удивляет, что отец и брат не приехали. Если честно, впервые радуюсь — это был бы тот ещё скандал, если бы папа столкнулся с моей девушкой. Сразу бы потребовал жениться. Я был бы не против, конечно, но от Саши бы получил в глаз.
— У вас всё серьёзно? — мама задаёт прямой вопрос, я сглатываю и поджимаю губы.
Хотелось бы, мам. Хотелось бы.
Эпизод 48
Александра
Меня бесит непонимание Влада, что мне важна репутация перед его мамой. Раздражают странные намёки о том, что можно сделать отношения настоящими. Я, во-первых, на это не подписывалась. Во-вторых, местами уверена, что всё придумала. Почему нельзя сказать прямо?
Пока он уходит на кухню разговаривать с мамой, спешно привожу причёску в порядок, прошмыгиваю в коридор, умываюсь, тяжело вздыхаю и иду на кухню, как на расстрел.
Совершенно не планировала сегодня общаться с его мамой, но мне никакого выбора не оставили!
Сердце колотится, как бешеное. Лучше бы осталась ночевать в коттедже, или, что лучше, добудилась бы до родителей. Или осталась бы в подъезде. Опасно, но хотя бы не так нервозно, как сейчас.
На кухню вхожу тихо, как мышь. Осматриваюсь. Влад расслабленно, в одних шортах, сидит и уплетает блины, его мама разливает чай. Мой взгляд останавливается на ней. Невольно любуюсь: женщина выглядит гораздо моложе. И не скажешь по ней, что у неё два совершеннолетних сына. Распущенные каштановые волосы достают до плеч. Они выглядят ухоженными и здоровыми, многие к сорока годам начинают стричься коротко. Теперь понятно откуда дома столько заколок. Глаза карие, улыбка добродушная. Сама она одета в длинное обтягивающее платье.
— О, твоя девушка наконец-то к нам присоединилась! — улыбается она, заметив меня.
Сглатываю и на автомате бросаю:
— Доброе утро, — щёки моментально начинают гореть.
— Чего стесняешься-то, заходи, садись. Тебе чай зелёный или чёрный? И с молоком или без? Могу предложить какао, кофе… — даже как-то неудобно от её доброжелательности.
— Милая, чего ты стесняешься. Идём, — Влад возвращает меня к жизни своим едким комментарием.
— Зелёный, без молока, желательно с сахаром, — тараторю я.
Сажусь за стол, где незаметно от матери пихаю несносного парня локтем. Тот ойкает, а затем хихикает.
Женщина игнорирует наше ребячество, лишь ставит мне и себе по горячему напитку. У неё в кружке кофе с молоком. Влад уже вовсю пьёт чёрный чай.
— Прошу прощения, что я нарушила вашу идиллию своим резким визитом и принесла вам обоим столько дискомфорта, — вздрагиваю.
Ей ведь не за что извиняться! Это я здесь совершенно лишняя и не должна здесь ночевать.
— Что вы, это же ваш дом. Мы вообще не планировали здесь ночевать…
