Как только Мстислав пришел в норму, а капельки пота на лбу превратились в блестящие льдинки, я снова вернулась на свое место, чтобы оттуда наблюдать, как ректор снова принимает энергетическую форму коршуна и несет на своих крыльях спасение ледяным великанам.
Мне пришлось еще два раза делиться с магом силами. Последний обмен был особенно тяжелым — руки стали мелко дрожать, коленки норовили подогнуться, отказываясь удерживать свою хозяйку в стоячем положении. Бросив короткий взгляд, Мстислав с нежностью провел пальцами по моей щеке и отправил отдыхать, убедив, что дальше он справится сам.
По лестнице я поднималась с трудом, на последних ступенях уже еле передвигая ноги. Сон сморил, стоило голове коснуться подушки. Я тут же окунулась в разнотравье степных лугов, в запахи цветов и стрекот сверчков.
Стоя в высокой траве и наслаждаясь горячими порывами ветра, ласкающего лицо и шею, я с удивлением наблюдала за лесом. Он вырос словно из ниоткуда, втягивая в прохладную тень густой зелени и опутывая тягучими ароматами прелых листьев.
… Лужайка перед деревянным домом наполненная солнечным светом и заливистым смехом темноволосого мальчика, сидящего на руках у молодой и очень красивой женщины. Пшеничного цвета волосы тугими кудрями струились по плечам, делая её похожей на одуванчик. Васильковые глаза, нежная улыбка и полные любви слова:
— Сынок, дай папе отдышаться!
На поляне перед домом шел шуточный бой между темновлосым мужчиной и мальчиком лет двенадцати. Несмотря на деревянные мечи, сражение было зрелищным и захватывающим. И каждый раз, как клинок попадал плашмя мальчику по мягкому месту, ребенок на руках у женщины заливался хохотом, вызывая на губах отца семейства ответную улыбку. Такая мирная картина…
Но странная тревога, разлившаяся в воздухе, мешала сполна погрузиться в пучину счастья. Что-то далекое, но уже такое пугающее, медленно надвигалось с севера, заставляя все чаще оглядываться на лес. Некогда бывший родным и таким знакомым, он вмиг превратился в страшного врага, скрывающего в тени неизвестность. И то, что пряталось среди деревьев, наслаждалось своей силой и произведенным эффектом. Наслаждалось и выжидало момента для решающего броска…
Резко открыв глаза, я некоторое время вглядывалась в густую темноту, пытаясь понять, где нахожусь и как тут оказалась. Почувствовав движение за спиной, резко развернулась, одновременно зажигая огненный шар и выхватывая из подпространства меч. Один взгляд… и оружие снова испарилось в кармане, а свет от огонька стал приглушеннее.
На соседней подушке, отбросив в сторону одеяло, словно в бреду метался мой шиалл. Длинные волосы взмокли и спутались, а лицо напоминало восковую маску. Пугающее зрелище чужого кошмара всего на мгновение заставило застыть каменным изваянием, и обхватить себя за обнаженные и озябшие плечи. В следующее же мгновение в камин полетел сгусток ёжкиного пламени, затанцевавшего на голых камнях, и он тут же наполнил помещение теплом. Я же, наученная прошлым опытом, осталась на месте, не рискнув приблизиться к мужчине.
— Мстислав! — мысленный крик и тихий шепот губ. — Проснись!
— Мама…
Это единственное слово заставило до боли закусить губу и подползти к медленно просыпающемуся шиаллу. Склонившись над ним, я убрала с лица спутавшиеся пряди. Провела кончиками пальцев по щекам, стараясь поделиться своим теплом. А потом подтянула одеяло и легла мужчине под бок, накрывая нас обоих. Говорить что-либо или спрашивать не хотелось — он сам расскажет, когда будет готов. А вот отвлечь надо было, и срочно.
— Как все прошло?
— Замечательно. Все малыши выжили и это невероятная удача.
— Ты молодец!
— Мы молодцы, Чертёнок. Если бы не ты, мне пришлось вызывать мага с подходящей силой. А это лишняя трата времени и неизвестно, смогли бы мы сохранить всех… Ты умничка, родная.
Смутившись, я спрятала лицо на груди мужчины и блаженно закрыла глаза. Было так хорошо и светло. Так… правильно.
— Мстислав, почему правитель великанов назвал меня твоей льдинкой?
— Не знаю, — недовольно произнес мужчина, и я почувствовала отголосок раздражения.
— А что это означает?
— Так ледяные называют своих… невест.
— Невест? — удивилась я.
— Когда взрослый великан достигает подходящего возраста, он выбирает себе одну из льдинок, из которой в дальнейшем и растит себе жену.
— То есть, они сами создают себе жен?
— Да, родная. У великанов всегда рождаются только мальчики. Девочек создает древняя магия.
— Ничего себе… Хорошо же они устроились — сами создали жену по своему вкусу, воспитали, как захотели, и наслаждаются. А о правах и желаниях женщин хоть кто-то подумал? — моему возмущению не было предела.
— Они не знают иной жизни, поэтому довольны и счастливы. И не смей лезть в это дело! Только восстания ледяных дев нам не хватало!
— Ладно, — недовольно засопела я. — Но это не отменяет вопроса, почему меня обозвали твоей льдинкой.
— Вот у Октарона и спросишь. Все, нам пора вставать.
Ну, пора, так пора. Хотя, признаюсь честно, с удовольствием провела бы еще несколько часов в теплой постеле. А еще лучше — в ванне, чтобы распарить натруженные мышцы, а затем втереть расслабляющие ароматные масла. Эх, мечты — мечты…
Великан дожидался нас за стенами крепости, но, как и до этого, не лез с вопросами, пока мы не поели. Интересно, а поужинали или уже позавтракали? Из-за отсутствия солнца казалось, что за окном царит вечная ночь, а завтра так и не наступит. Неприятное чувство и пугающее.
— Зимней стужи, — поздоровался правитель великанов и тут же перешел к волнующей его теме. — Все получилось?
— Даже лучше, чем я рассчитывал. Выжили все.
— Хвала Снежным богам! — выдохнул Октарон, разукрашивая окна морозными узорами.
— Простите за любопытство, но для чего проклятийнику сердце великана? — не сдержалась я.
— Есть древние обряды, в которых сердце ледяного великана одно из составляющих. Но их слишком много, чтобы делать выводы и узнать о мотивах мага, — ответил Мстислав, сжимая в руках бокал с коньяком.
— Ничего, завтра эта лужа окажется в нашей власти и тогда…
Что будет тогда, знать категорически не хотелось, а уж участвовать — подавно!
— Повелитель Октарон, извините за очередной вопрос, но почему вы назвали меня льдинкой?
После этого в помещении воцарилась тишина, а я почувствовала волны напряжения, рванувшие от шиалла.
— Потому что льдинка и есть, — по — доброму улыбнулся великан, заглядывая в размороженное магией окно. — Я вижу связь между вами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
