четыре года, а встретились мы неделю назад.
— Вот и я себе говорю то же самое. Какая я дура, что переспала с мужчиной через неделю, ещё и женатым! — говорит на своей волне. Не сразу доходит смысл фразы.
Женатый мужчина.
Это она про меня?
Откуда знает?
Формально я разведён. Официально — нет.
— Вот так и верь мужикам! — подскакивает с места. Сажаю её обратно, надавив на плечи. Твою ж мать, смотреть на неё невозможно!
Поэтому отхожу, хватаю полотенце и вытягиваю с ним руки вперёд. Уже собираюсь уложить её спать. Мало того, что ведёт себя как ревнивая кошка, так ещё и заболеть может!
— Давай ты успокоишься, и мы поговорим, — говорю ей. Нет смысла делать это сейчас.
Она не отвечает, только макушку потирает. Наблюдаю за тем, как её голова опускается вниз. Волосы облепляют тело, а она чуть горбится, укладываясь щекой на колено. Вижу кровь на затылке. Вот, балда.
И сопеть начинает.
Беспокойно подбегаю к ней. Проверяю — сознание в норме. Дышит. Значит, удар не серьёзный. Но отключилась. А сильная она. Минут десять продержалась, сознание не потеряла.
Фух, удар её добил. Может, сюрпризов больше не будет. Оставляю её под душем ещё на пятнадцать минут. Чтобы прогрелась. Промакиваю волосы полотенцем и снова заворачиваю её в плед. Когда проснётся — убью её.
Отношу в кровать, опускаю на простыню, укрываю одеялом. Заболеет же после купания в холодном бассейне. Балда, блин, маленькая. Вот и что с ней прикажешь делать? Может, успокоительные ей дать? Я даже не знаю, на что она взъелась-то! Причин нет!
И надо бы узнать, что именно не так.
Она узнала, что я женат? Наташа сказала? Когда успела? Когда в машине был? Да вроде не должна была. Зачем ей говорить это няне?
Странно.
Смотрю на время и понимаю, что пора спать. Завтра с утра на работу ехать, в клуб. Но это, скорее всего, вечером. Потому что для начала нужно разобраться с одной маленькой засранкой, когда она проснётся. Надеюсь, скорую не придётся вызывать с подозрением на сотрясение мозга.
Ложусь рядом, слыша тихое сопение.
Закрываю глаза.
И одного понять не могу. Что не так с этими женщинами? Всё же нормально было?
Раздумывая о причине такого поведения, впадаю в дрёму.
Ненадолго.
Чувствую на своём теле тёплые ручки.
Распахиваю глаза, ощущая на себе странное тельце. Горячие губы целуют плечо, и я поворачиваю голову к одной маленькой особе.
— Знаешь, я тебе отомщу, — говорит во сне. Точно головой ударилась! — За то, что про жену свою не сказал. Я за этим сюда пришла. Но до двери не дошла — взбесилась быстрее. Вот на снегу тренировалась, как убить тебя.
Это она кому там рассказывает? Мне? Вот так открыто?
Хватаю Вареньку за руку, пока она спит. Она что, ещё и во сне разговаривает?
— Мстительница, спи ложись, — успокаиваю её. Плохо выходит. Ладошкой по плечу водит. И мне интересно становится, как она мстить-то будет? Неожиданно дотрагивается губами до плеча.
И пока ничего Варя не задумала, резко отстраняюсь от неё. Хочу наорать на неё, чтобы так не делала. Но не успеваю. Слышу тихое сопение. Глаза закрыты, волосы на подушке разметались. Красиво, чёрт.
Куколка какая-то. От лица до аккуратных пальчиков на ногах.
Взгляд вниз скользит. Точно, одетая. Бояться нечего.
Тут же отвожу плечо и подпрыгиваю, выметаясь к дьяволу из кровати. Хватаю свою подушку и, недовольно пыхтя от злости, иду на выход. Нет, спасибо, на сегодня приключений мне хватит. Как с ней спать? Проснёшься так — уже убитый.
А пока беру ключи с тумбочки. Выхожу в коридор и закрываю свою спальню на замок. Так будет безопаснее. Для меня. Не дай ей сил, чтобы она проснулась посреди ночи и не пошла убивать меня.
Глава 20
Варя
— Вспомнила? — насмешливо произносит Марат, заключая меня в свои объятия. А я только и могу, что уткнуться носом в его руку и гореть от стыда. — Как ты вчера головкой ударилась? Бо-бо, наверное.
Боже, я всего лишь хотела поговорить. В итоге, доехала до него, разозлилась, и потом пошла на снег срываться. А тут он. Я его как увидела — обиделась. Понеслась на выход, а там скользко…
— Вспомнила… — голос дрожит, а щёки горят с такой силой, что Марат сейчас загорится. — Болит.
— Не волнуйся. Мне понравилось видеть тебя такой злой. Ты похожа на разозлённого хомячка. Правда, неконтролируемая ты, когда злая.
Марат хоть и говорит так, но меня это не утешает. Как можно было в трезвом уме поскользнуться и упасть в бассейн?!
Стыдоба.
Пытаюсь выбраться из его хватки, но все попытки тщетны.
— Если ты сейчас выберешься — я схвачусь за простыню, замотаю в кокон и будешь сидеть здесь, не шевелясь.
Утихаю, смиренно сидя на кровати между его ног.
— Тебе невыгодно.
— С чего такая уверенность?
— Снежка может увидеть, — пытаюсь его уговорить. Просто… Она будет злиться на меня ещё сильнее, если застанет такую картину. Она ведь видеть меня теперь не хочет.
— Она утром уехала к маме.
К маме…
Почему так больно становится?
Потому что ты, Варвара, дура. Прикипела к ребёнку, а теперь мучаешься. Хотя просто надо сказать Марату, что ты хочешь уволиться, и свалить восвояси нафиг. Ну, подумаешь, интим был! И что, умереть теперь?
А чувства… Чувства сдохнут рано или поздно.
Всё встанет на свои места. А пока что всё же вырываюсь из его хватки и заодно тащу за собой простыню. Бегу к шкафу и одеваюсь.
— А когда вещи высохнут? — достаю футболку. Ничуть не стесняясь, скидываю свою мантию и натягиваю на себя безразмерную вещицу.
— Через час. Примерно.
— Не, давай сейчас. Оно явно не мокрое, поэтому на мне высохнет, — всегда так делала.
— Там зима, дурочка, — выпаливает мне, чуть смеясь. Лучше бы он этого не делал — я снова таю как воск под огнем.
— Я такси закажу, — парирую.
— Ну и куда ты собралась? — недовольно щурится. Я что же, должна за каждый свой шаг отчитываться?
— Домой, куда же ещё? — недоумеваю, разворачиваясь к нему. — Я — няня. Ребёнка здесь нет. Поэтому… пора домой!
Улыбаюсь, выставляю большой палец вверх, показывая свою победу.
Да только вот Марат, видимо, не разделяет моей радости. Встаёт с
