Переключаю несколько раз свет с ближнего на дальний и тем самым даю понять Эви, что это я. Открываю дверь, выхожу и, обойдя машину, опираюсь о капот бедром.
Наблюдаю за ними издалека и удивляюсь, когда оба силуэта направляются в мою сторону. Вот что-что, а знакомиться с её «другом» не горю желанием. В идеале был план провести время с Эвелин наедине.
Чтобы отвлечься, перевожу взгляд на дорогу. Она ровной стрелой стремится вдаль и сейчас кажется бесконечной. В конце улице не горят фонари, и от этого все оттенки чёрного смешиваются, поглощая силуэты и смешивая их в единое месиво.
Лисичка с другом подходят, и он протягивает мне руку.
— Сэм, доброй ночи, — парень улыбается доброжелательно и, видя моё замешательство, кивает на свою руку.
— Джейсон, — пожимаю в ответ. — Доброй, — перевожу взгляд на Эвелин и, прищурившись, говорю: — Ты, значит, маленькая врушка? Говорила, что отдыхаешь.
Замечаю округлившиеся глаза Коллинз, то ли от возмущения, то ли от удивления, а тихий смех Сэма заставляет переключить внимание на него.
— Она спала, а я разбудил, — он пожимает плечами и обнимает Эви. — Если предложение в силе, то я как-нибудь к вам заскочу. А пока доброй ночи.
Он целует её в щёку, а у меня от этого кулаки сжимаются сами собой. Да блядь, что за реакция? Мысленно повторяю, что это всего лишь друг, но в следующую секунду в голове проносится совершенно противоположная гипотеза — дружбы между женщиной и мужчиной не существует.
— Конечно в силе. Доброй ночи, Сэм.
Друг Эви наконец-то сваливает в темноту и оставляет нас наедине. Смотрю в её зелёные радужки, которые в данный момент особенно яркие, и пытаюсь понять, о чём она думает. Не выходит: слишком красивая, и на этом сходятся все мои мысли, стоит ей оказаться близко. Да, будь она на расстоянии нескольких ярдов от меня, то я всё равно думал бы лишь о вкусе её губ.
— Классное видео мне Сандра прислала, — Эви делает шаг навстречу и становится вплотную, запускает ладони под мою футболку и обнимает.
Каждое прикосновение обжигает кожу — не знаю, как правильно реагировать, чтобы не сорваться в пропасть страсти и не напугать её своим напором. Но что-то мне подсказывает, что она не из трусливых.
Нет, удержаться на плаву не получается. Перевожу взгляд на её соблазнительные губы и провожу по нижней большим пальцем. Эвелин выжидающе наблюдает за мной, но сама не спешит целовать. Изучает, играет и испытывает моё терпение, которого нет, ведь оно закончилось ещё тогда, когда я решил приехать сюда.
Кладу ладонь ей на затылок, зарываюсь в огненно-рыжие волосы, ощущая их мягкость. И одним рывком стираю оставшееся расстояние. Впечатываюсь в её губы жадным и требовательным поцелуем, словно пытаюсь таким образом назвать её своей и никуда не отпускать. Не знаю, согласится, позволит ли, а быть может, скажет, что слишком тороплюсь.
Но разговоры потом, а пока отталкиваюсь от капота, слегка сжимаю волосы у корней и тяну назад. Второй рукой глажу лицо Эвелин и толкаюсь языком в рот. Страстно. Дерзко. Она моментально поддаëтся и отвечает с таким же напором, будто только этого и ждала. Теряю контроль. Скольжу руками вниз, очерчивая идеальное тело. Всё происходит как в тумане. Подхватываю её под ягодицы, разворачиваюсь и усаживаю на капот автомобиля, оказываясь между стройных ног.
Вспоминаю, что мы на улице, её отец в любую минуту может выглянуть в окно и застукать нас. Сомневаюсь, что он будет рад увидеть такую картину: дочка и какой-то непонятный тип изучает её тело. Я бы убил себя, если бы оказался на его месте.
Эвелин, как назло, стонет в рот и обвивает ногами мои бёдра. Да она издевается! Мысленно торможу себя, но тело упорно сопротивляется: кусаю нижнюю губу, всасываю, а после поцелуями прохожусь к уху и слегка прикусываю мочку.
— У меня в машине мороженое тает, — шепчу Лисичке, а у самого появляется желание облиться холодной водой, чтобы остудить пыл и заглушить дикое возбуждение, которое недвусмысленно выпирает из-под ткани брюк.
— Ммм, то что нужно, — она украдкой целует припухшими губами, трётся о член, провоцируя, а после спускается на асфальт. — Надеюсь, что за нами никто не подглядывал, — Эви смеётся и убирает ладони из-под моей футболки.
Контроль! Джейсон, вспомни, что означает слово контроль!
Глава 24
Джейсон
Мне хочется вернуть наше положение, как было, и снова целовать Эвелин до потери сознания. После её слов вспоминаю того самого друга: на вид сама невинность, но кто знает, что у него в мыслях. Может, он сидит дома около окошка и разглядывает наш бесплатный концерт.
— Если только Сэм не любит подсматривать, — приподнимаю бровь и показываю всем видом, что мне хочется услышать о нём побольше. Желательно, конечно, чтобы он был нетрадиционной ориентации, но что-то мне подсказывает: такого подарка ждать бессмысленно.
Вижу, как Эви закатывает глаза от услышанного, но уголки её губ ползут вверх.
— Заметь, это уже второй раз, когда ты меня ревнуешь, и оба за один день, — встаёт на цыпочки, обвивает мою шею руками и целует в подбородок.
— Сам не знаю, что со мной происходит, — ухмыляюсь, даже не пытаюсь отрицать ревность.
Раньше бы отмахнулся и не придал этому значения, а теперь осознаю, что ни хрена это не приятно ощущать.
— Мне Сандра рассказывала про него, хочу и от тебя услышать. Но сперва давай сядем в салон и попробуем мороженое. Фисташковое, — специально выделяю последнее слово и понимаю, что Эвелин согласна.
Открываю заднюю дверь, пропускаю Лисичку вперёд, а после уже сажусь и сам. Достаю десерт и одноразовую посуду. Вот даже в этом сам себя не узнаю. Такие мелочи — и то хочу предусмотреть. Неужели становлюсь романтичной размазнёй?
— Сэм мне как брат, — Эвелин кладёт в рот первую ложку и приступает к своему рассказу, а я внимательно слушаю. Мне интересно узнать как можно больше о ней, не упустить ни единой детали. — Мы здесь живём, сколько я себя помню, и он тоже. Мия и Сандра также всегда были рядом. Мы как семья. Отец сперва хотел переехать после смерти мамы… — Эви замолкает и переводит взгляд на свои ладони.
Она выглядит потерянной, будто целиком окунулась в тот момент, что наполнен болью и переживаниями. А я не хочу, чтобы рядом со мной ей было плохо. Убираю контейнер на подлокотник между передними сиденьями и придвигаюсь ближе к Лисичке.
— Не хочу, чтобы ты грустила, но если тебе хочется, то мы можем поговорить об этом, — оставляю лёгкий поцелуй на её шее, Эви слегка сжимается, и с её губ слетает тихий смешок.
— У тебя губы холодные, — она заглядывает мне в глаза, а после разглядывает лицо, словно видит впервые. — Не нужно меня ревновать, и говорить о грустном сегодня совершенно не хочу. Лучше ответь на вопрос. Только честно, хорошо?
Киваю, давая согласие, и жду, что же она придумала. Неужели сомневается в моей честности, раз уточняет? Хотя, возможно, это связано с тем, что мы ещё слишком плохо знаем друг друга. Нужно исправлять.
— Сейчас уже очень поздно, — она заходит издалека, — почему ты решил приехать? Не пойми неправильно. Мне очень приятно, просто последнее время мы всё больше и больше проводим времени вместе, не считая работы.
Понимаю, на что она намекает, и у меня есть ответ на её вопрос. Надеюсь, это именно то, что Эвелин хочет услышать.
— Приехал поговорить о нас. Понял, что не хочу ждать завтра, — глажу её волосы, и сейчас всё так до одури правильно. Все прикосновения, вопросы. — Хочу, чтобы ты была моей. Как ты на это смотришь?
Эвелин смеётся и отстраняется. Не понимаю, что вызвало у неё такую реакцию. Вроде ничего смешного я не говорил. Открываю рот, чтобы спросить, но она с усмешкой кладёт указательный палец мне на губы и не даёт вымолвить ни слова.
— Хорошо… Я хорошо на это смотрю, — снова смеётся, но всё ещё держит палец на моих губах. — Только тебе придётся со временем наведаться на чай к моему отцу. Поверь, это то ещё испытание. Но без этого никуда.
