Читаем без скачивания Демон тринадцатого месяца (СИ) - Cofe

— Это не чума и не оспа, а не известная эпидемия, — подвела итог Ли Мин.

— Тогда займемся делом. Необходимо блокировать болезнь у заразившихся в жизненно важных точках их тела, не дав распространиться по нему дальше и подпитываться силой крови. И повяжи на лицо повязку. Работы предстоит много, мне не нужно, что бы свалилась еще и ты.

Пока деревенские молились Небу и горевали по умершим, лекарь Бин предпринял меры, отправив в Поместье весточку-наказ, что бы поставили карантинный заслон между Снежными Листопадами и Поместьем со строжайшим запретом приближаться кому-либо к деревне. Утром следующего дня в карантинный дозор заступил Третий отряд Пятого Лотоса.

В довершение ко всему, лекаря не отпускало беспокойство за Главу, которого он оставил в плохом состоянии после неосмотрительного применения им тайного приема-броска в Песчаной хижине. Лекарю было не по себе, что он не сможет вовремя оказать Главе помощь, если тому вдруг станет хуже.

Сама Ли Мин сразу сосредоточилась на больных. Подавленная расставанием с Пэн Хэном, она стремилась отвлечься от тревожных мыслей и беспокойства за него. Люди в деревне продолжали заболевать один за другим, лекарь и Ли Мин старались разобраться с этим поветрием, но как ни бились, распознать, что это за мор не удавалось. Они смешивали «магические» травы, что на самом деле попросту укрепляли иммунитет, заваривая их на «воде, которая не коснулась земли», то есть на росе. Прижигали активные точки на теле заболевших пучками тлеющей травы. Готовили даже отвары из сушеных скорпионов, оленьих сухожилий, щитомордника, муравьев, японской айвы в строгом соответствии с указаниями из травника «Яо Ши Тун Юань», гласящего, что лекарственные средства и продукты питания для больного должны иметь одинаковое происхождение. Все нужное, по счастливой случайности, оказалось у лекаря в его медицинском ящике.

Затруднения Ли Мин начались, когда лекарь разрываясь между больными, велел ей «прочитать» пульс у одного из заразившихся, а после ее короткого ответа, что пульс учащенный, посмотрел на нее так, будто вместо обещанного золотого дракона увидел сороконожку.

— И это все, что ты можешь сказать? — недоверчиво поинтересовался он.

— Но… диагностика древних проходила у нас факультативом… В наше время уже не диагностируют по пульсу… — виновато оправдывалась студентка медицинского института, чувствуя себя ужасным неучем.

— Как же вы лечите тогда? — дивился на нее лекарь древности.

— А у нас много навороченных медицинских аппаратов… механизмов, — пояснила она под его недоуменным взглядом, понимая насколько слаб ее аргумент.

— Небо… ну что за невероятное невежество! — рассердился лекарь Бин. — Механизмы… как они помогут лечению⁈

— Но…

— В этом твоем будущем учат всякой ерунде, — категорично заключил учитель.

— Но…

— Какие из вас там лекари получаются, я скажу лишь после того, когда увижу, как ты работаешь с иглами и как точно находишь энергетически важные точки на теле больного.

— Но нетрадиционной методике не обучают в высших заведениях и мы…

— Так, — оборвал ее наставник. — Покажи-ка мне основную точку и найди энергетический поток в теле этого больного.

— Но мы же еще…

— Вот какой, скажи, от тебя прок? — рассердился лекарь, но сдержался, не смея распекать свою ученицу при больных. — Ты хоть держала иглы в руках? — понизив голос, поинтересовался он, сверля ее требовательным взглядом.

— Уколы делала… — промямлила его ученица.

— Уколы… — хмыкнул лекарь. — Пойдем, некогда тут разбираться на что ты способна, покажешь мне все что умеешь на деле.

Но когда оказалось, что Ли Мин никогда не ставила аккупунтурные иглы, лекарь, кажется, совсем пал духом. Послало же Небо помощничка! Ли Мин, мягко говоря, разочаровала учителя, но даже поругаться на нее как следует при больных, он не смел, смогут ли тогда пациенты довериться ей как целителю, да и времени на это не было. Он только недовольно морщился, да презрительно хмыкал, меряя ее уничижающими взглядами. Сам лекарь Бин оказался мастером пульсовой диагностики, как и иглоукалывания, которую применял сейчас вовсю.

С этого дня началось обучение Ли Мин с кучей информации и суровой практики.

После того как лекарем была прочитана полная лекция о видах пульса с их привязкой к органам человеческого тела, он принялся гонять подопечную, заставляя ее начинать осмотр пациентов со считывания пульса. От выволочек Ли Мин спасала нехватка времени и хроническая усталость учителя, который, к концу дня, засыпал там где его валил сон.

— Прежде чем взять иглы, смотри пульс, — терпеливо втолковывал ей Бин, когда они скорым шагом шли к дому дровосека, что находился возле леса, на самой окраине деревни. — Это даст тебе возможность увидеть ци (энергию) органов. Только после этого начинай лечение. О наполненности органов ци, узнаешь, прощупав пульс, тогда и определишь преобладание ци или ее нехватку. А теперь расскажи мне каков пульс у больных с уже проступившей фиолетовой сыпью?

— Замерзающий «Дай», — тут же ответила Ли Мин. — Удары этого пульса быстрые, но не достаточно сильные. Ритм похож на тонущего, который пытается держаться на воде и то уходит с головой под воду, то вновь выплывает. Это происходит от недостатка энергии ци, — без запинки выдала она. — Такой пульс ведет органы к смерти и определяется у больных с серьезными необратимыми процессами, он еще характерен для глубоких стариков, которые совсем истощены и готовы уйти к Желтой воде (загробная река).

— Значит, эта непонятная зараза бьет по самым слабым, прежде больным местам человека? — решил каверзно подловить ее учитель.

— Нет, — отчеканила Ли Мин, сдавая экзамен на ходу. — Этот неизвестный нам мор сразу захватывает сердце и легкие, что приводит к мгновенной смерти. Те, кто прежде болел ими — умирают быстрее, только и всего, — ответила Ли Мин уверенно.

Лекарь кивнул, выказывая скупую похвалу — девочка все схватывала на лету. Дровосека они нашли лежащим с высокой температурой на циновке в углу дома со скудной обстановкой.

— Вот маг способен видеть сквозь тело органы человека, и потому его диагноз всегда верен, — вздохнул лекарь Бин, готовясь посетовать, что Фэй Я с его «небесным зрением» сейчас не с ними, когда так нужен тут. Но передумал и, оставив не нужные сожаления, вновь начал наставлять свою ученицу:

— Организм словно река, — рассказывал он, переворачивая с помощью Ли Мин кряжистого плотного дровосека Се Туна. Взяв его запястье, сосредоточенно послушал пульс, а после продолжил: — Когда вода идет свободно по своему руслу, она дает жизнь. Но если где-то затор, то выше реки будет наводнение, а ниже — засуха. верно? Вот так и болезнь нарушает организм, все силы которого будут направлены на затор, оттого там возникает «полнота» с отеком, краснотой и жаром.

— То есть воспалением? — кивнула Ли Мин. Осмысливая его слова, она подняла пропотевшую рубаху на истощенном теле Се Туна, с содроганием видя, как лекарь достает бамбуковый футляр в котором носил иглы.

— Называй это так, — согласился он, — но когда возникает эта «полнота» — значит, где-то будет «пустота», потому что какие-то органы не получат необходимого.

— Выходит иглоукалывание помогает запустить самовосстановление? — пробормотала Ли Мин, глядя на иглы. — Когда в эту зону приливает кровь стимулированная иглами, нервы начинают активно работать, происходит лимфодренаж, сюда же подтягиваются и лекарства, что воздействуют на поврежденные органы. Все это образует гуморальный иммунитет. Почему же, сейчас это не работает? — вопросительно и тревожно посмотрела она на учителя, осторожно и уверенно вводившего иглу возле носа и у виска метавшегося в жару дровосека, что бы снизить жар.

— Вот ты мне и скажи: почему? — засопел учитель. — Что ты сейчас видишь? Устойчивую «наполненность» или «пустоту»? Почему ци не расходиться по телу бедняги Се?

— Что-то блокирует ее, — ответила Ли Мин разглядывая грудь, шею и плечи больного покрытые фиолетовым высыпанием. — Но, что именно, мы так и не выяснили.