они открыли выход.
Выглядело это забавно, если честно. Так получилось, что все это время я ни разу не обернулся, иначе бы увидел окно отсюда раньше. Метр на метр, как и сама картина, прямо в воздухе висела нарисованная рама, повторявшая ее наружный облик, с обратной стороны которой клубился белый туман. А внутри рамы – окно в физический мир, через которое виднелись немытые половые доски, со своими немытыми половыми щелями. Как лежала на полу, так и лежит. Все потому, что старуха в данный момент спит, а обо всем, что тут произошло, узнает, когда проснется. Старик, если тоже еще не задремал, может все онлайн воспринимать, но время позднее… Тоже наверняка кемарит в своем хостеле. Так что поднять картину пока некому.
Но и самостоятельно отсюда выбраться тоже нельзя. Так что я, неожиданно для всех, проявил разумность – раствори и размажь я мужика с бабой, то и застряли бы мы с мелкой тут до тех пор… Да навечно, блять. Я проверил на всякий случай – лесные коридоры, призывы и бегство в астрал тут не работали, а более изощренными методами пространственной магии я не владел. Никто бы нас не нашел, и единственным способом выбраться отсюда было разрушение картины. Чьими-то руками, или же от времени – похрен. Главное, что мы бы после этого тоже умерли, и, как странники, возродились бы на алтарях. А умирать в картине, допустим, от голода и жажды, или еще каким способом самоубийства смысла нет. Души все равно тут останутся.
Сам процесс вылезания наружу был… Странным. После активации магии, окошко заволокло тем самым белым подвижным туманом, что прикрывал раму в этом художественном мире, и через который мы сюда сами попали. Что примечательно, сначала через туман ощущались доски, и получалось даже просунуть пальцы в щель между полом и картиной. Но вылезать было неудобно, к тому же, гравитация настоящего мира выходила как бы поперек силы притяжения в мире картины, что дезориентировало. Так что хозяева что-то в этой хрени подкрутили, и получилась вторая версия хрени, через которую мы тут и оказались. Туман с картины пролился на землю, мы в него запрыгнули и провалились, как в воду. А через несколько секунд барахтанья нас выбросило на поверхность, и мы очутились в комнате на полу, рядом с картиной. Под ногами был твердый пол, по которому струйки тумана стремительно втягивались обратно под раму. К слову, вслед за нами из тумана, пока он весь не исчез, вылетела и моя старая одежда, попорченная магией мужика-старика. Видимо, на хуй им там вещи из физического мира не нужны.
- Это, пожалуй, одно из самых странных событий в моей жизни. – первой нарушила тишину мелкая.
- Ой, да ладно, а. – махнул я рукой. – Уверен, что подобная херня даже у Джигурды не каждый век случалась.
Как выяснилось позже, это я верно угадал. Подобные творения в магии относятся к уникальным изделиям, а зачастую и вовсе – неповторимы, из-за уникального таланта создавших его магов. Собственный пространственный карман, в который можно помещать живые объекты, и где блокируется чужая магия… Такие вещи коллекционируются. Таких штук у Мардукора в его собственном музее было много. Но в основном они туда помещались уже по факту, добытые его последователями, и в редких случаях – им самим. А истории, где он сам попадал в плен подобных артефактов, и в самом деле штучные, и в основном относятся к первым нескольким тысячам лет его божественности. Дальше он просто переставал сдерживать свои силы, и пространство начинало трещать по швам вместе с артефактом, а тела создавших их магов выгорали, иногда даже вместе с душами.
Все это он рассказал сам, за кружечкой свежего пенного антипохмелина, утром, во дворце. Дорогу туда нам искать не пришлось – при попытке спросить у ночного патруля, где же в этой дыре найти нормальную ночлежку, нас задержали за нарушение комендантского часа. Конечно, уровни наши были видны, и стражники сами дрожали от страха, но мы добровольно с ними пошли. Во-первых, каталажка находилась возле королевского жилища, а во-вторых, это место точно было самым охраняемым местом, где можно было бросить кости до утра. Правда, начальник стражи нас узнал и немножко отхуесосил патрульных, но потом благодушно позволил нам доночевать в казарме. Мелкой сон все также был не нужен по факту, а вот я вздремнул с удовольствием, хотя бы в таких условиях.
А утром во дворец прибыли все остальные наши, и мы, в ожидании короля, заняли трапезный зал. Ну, его часть. Один стол, короче. Собрались после того, как я, используя эльфийские технологии, по телепатическому каналу сообщил им место своего нахождения. Так-то они с южного полюса не спешили сваливать и похмелялись, пока местные жители искали меня и Юффт. Их история была очень простой – проснулись, пожалели об этом, принялись похмеляться. Переборщили, как водится. Потом боги свалили по своим делам, а моя команда спохватилась, что нас не хватает. Попробовали нас поискать, но куда там, не зная, местности. А потом я сообщил о своем местоположении, и они приперлись.
Больше всех встрече обрадовался Алек. Чуть не задушил. Нет, не в объятьях, просто. Полетная модификация веселянкой прошла успешно и закрепилась в организме, но проявлялась спонтанно и на ненакуренную голову вообще не управлялась. Система в виде умения оформить эту способность не смогла, выдала кучу ошибок, а потом признала это чем-то типа дыхания или другого врожденного свойства организма, и теперь единственным способом его от этого избавить было достижение божественности. Там мы получим доступ к библиотеке знаний, и через какое-то время сможем его модифицировать обратно. За предложение обучить меня технике открывания порталов, после чего я смог бы сходить с ним в астрал, там еще раз вместе пыхнуть веселянки и исправить все обратно, Леха чуть не придушил меня второй раз. Так что вариант с божественностью был ближе и реальнее.
- Икол, значит… - выслушав мою историю, случившуюся, пока алкаши валялись в отрубе на южном полюсе, Огунор покачал головой. – М-да. Слыхал я про него от Стронохуя. Тот еще мудень, как я понял. Ну что ж, раз уж основные квесты закрыты, а божественный активирован, будем действовать по плану «хэ».
- А у нас что ни план, так все «хэ», и идет по «пэ». – беззаботно ответила ему Алюминь. – Выкрутимся, че уж. У меня вон, тоже усиление от пьянки появилось.
С этими словами она щелкнула пальцами, и ее ладонь
