Читаем без скачивания Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

– Передам, – кивнул юноша. Раз мастер‑наставник тоже обеспокоен новостями, то и в самом деле придется поберечься.

Вскоре горец с учениками вышли из зала и направились к казармам императорской стражи на юго‑восточной окраине. Между императорскими стражниками в серых с серебром плащах и наместничьими в синих существовало негласное соперничество, каждое подразделение старалось доказать, что оно лучше, профессиональнее, честнее. Подкупить стражника было почти невозможно, платили им столько, что хватало на все с избытком, зато и спрашивали жестко. Пойманный взяточник умирал долго и страшно, им обычно занимался лично мэтр Эстеван, мало кому после хорошо запоминающегося зрелища хотелось повторять судьбу казненного. Но такое случалось очень редко, с любыми своими проблемами стражники обычно шли к командирам, и те всегда помогали, никогда не оставляя подчиненного на произвол судьбы.

Храт шел, обсуждая с Тинувиэлем особо понравившиеся удары и блоки. О своей прежней вражде орк с эльфом давно забыли, особенно став кровными братьями, что налагало на каждого множество обязанностей – кровный брат куда ближе родного, с ним когда‑нибудь придется драться спиной к спине, не жалея собственной жизни.

Тинувиэль постепенно забывал о своей застенчивости, ему страшно нравилось обучение, хоть и нелегко приходилось. Одно только угнетало эльфа, заставляя его чаще всего сидеть дома в свободное время, – девушки и молодые женщины. Стоило только остроухому появиться в городе, как к нему начинали липнуть все достаточно смелые юные и не слишком юные особы слабого пола. Как и любой молодой мужчина, он был ничуть не против поразвлечься иногда, порой попадались редкие красавицы, которых грех оставлять без внимания. Но не с десятком же сразу? Часто приходилось улепетывать со всех ног, чтобы поклонницы не изнасиловали прямо на улице. А уж когда они сцеплялись друг с другом, устраивая шумную драку с визгом и воплями!.. Тогда эльф обычно сматывался под шумок, прихватив с собой какую‑нибудь особо разомлевшую красотку, быстро обслуживал ее где‑нибудь в уголке и шел по своим делам, оставив осчастливленную девицу позади.

Разъяренные нескромным поведением жен, дочерей и сестер мужчины Тарсидара мечтали начистить «наглому нелюдю» рожу. Некоторые даже вопили, что эльфа необходимо срочно кастрировать, иначе женщины города будут находиться в постоянной опасности. К Храту люди постепенно привыкли и перестали обращать на орка внимание, благо он ни к кому не приставал. Их раздражение перекинулось на Тинувиэля. Если бы не шнурок ученика горного мастера, принцу нелегко бы пришлось. Но даже шнурок выручал далеко не всегда, и ему частенько приходилось, используя сверхскорость, удирать от очередной толпы, перевозбужденной идеей кастрации эльфа.

Лек даже попытался как‑то поговорить с учеником, чтобы не портил без разбору всех девок вокруг, но тот просто не понял, чего от него хотят. По эльфийским обычаям, значение имело только желание самой женщины, все остальное никого не интересовало. Мнение брата или отца? А им какое дело? Не их жизнь. Пусть не вмешиваются. Поэтому Тинувиэль искренне не понимал, что нужно от него всем этим раскрасневшимся и злым мужикам. Им тоже хочется? Завидуют? Так ведь он никого не принуждал! Девушки сами стремились в объятия остроухого красавца, при виде его тут же забывая обо всех родительских наставлениях. Даже в доме лорда Дайара эльф редко ночевал один – горничные никогда не отказывались согреть его постель. Мало того, установили на это приятное дело очередность. Почему‑то Тинувиэля, в отличие от остальных, они ничуть не боялись.

Санти с завистью смотрел на успехи друга, он так и остался девственником, не обращали девушки внимания на рыжего скомороха, не воспринимали его всерьез. Он попытался как‑то раз пристать к горничной, но схлопотал оплеуху и решил больше не рисковать: Девушка пожаловалась лорду Дайару, а тот рассказал Леку. Приятного в последовавшем разносе оказалось мало. Не хотелось повторения. Рыжий снова перехватил устремленные на эльфа восхищенные взгляды двух молодых, симпатичных горожанок и раздраженно цыкнул зубом. Вот ведь везет остроухому! Обидно.

Энет по дороге вспоминал все, что читал или слышал о картагах. Говорили о них немало, но вот что было правдой, а что вымыслом, он не знал. Ковать призрачные мечи умели только кузнецы боевого братства. Каждый горный мастер что‑то знал о них, но секретов не разглашал. Сколько раз опытные воры пытались украсть картаги – не перечислить. Каждый раз все кончалось одинаково – вор умирал в страшных муках, а к его телу приходил владелец меча и забирал его. И до сих пор случались попытки, особенно усердствовали карвенские святоши, они жаждали узнать секрет призрачных мечей и вооружить ими своих паладинов. Однако ни один картаг так и не покинул территорию Элианской империи, а если и покинул, то только вместе со своим хозяином. Меч погибшего горного мастера терял все свои необычные свойства, очень быстро превращаясь в прах. Что же они такое? Впрочем, что гадать? Скоро Энет узнает сам.

Впереди показался высокий забор казарм. Это, вообще‑то, был город в городе, внутри имелось все необходимое для жизни, от лавок и рынка до школ и госпиталя. Цены в казарменных лавках всегда оставались очень низкими, император хорошо заботился о служащих ему людях. Женатым стражникам бесплатно предоставляли жилье, их детей учили в школах, даже лекари не брали с них денег – за все платил его величество. Для холостых на территории казарм были столовые, в которых кормили сытно и вкусно, хоть и без особых изысков.

Здесь же находился и Дом Стали, огромная кузница боевого братства. Порой призрачные мечи ковал сам император, никто не удивлялся, увидев у наковальни мрачную фигуру в кузнечном фартуке со скрытым туманом лицом. Кузнецы уважали его величество за редкое мастерство и советовались с ним по важным вопросам. Он никогда не отказывал в помощи. Да о чем речь, дети стражников порой наседали на императора так, что бедняга не знал, что ему делать с этой галдящей оравой. Иногда брал на руки какого‑нибудь карапуза и рассказывал детям волшебную сказку. Они слушали, замирая от восторга. Появлялся его величество в казармах не часто, раз в два‑три месяца, зато проводил здесь несколько дней.

Воины у входа поприветствовали Лека с учениками добродушными улыбками, даже не пошевелившись, – перед воротами стояли свои. Из стражников далеко не все были горными мастерами, но многие, а для офицеров черный шнурок был обязателен. Горец тоже улыбнулся дежурным по казарме. Стража императора – это тебе не стража наместника, серые с серебром плащи неумехи и разгильдяи не получали никогда. А если каким чудом и получали, то очень скоро разительно менялись. Многие городские парни мечтали стать императорскими стражниками, вот только брали мало кого, да и то после хорошей проверки.

– Нам в Дом Стали, братья, – негромко сказал юноша. – Будьте добры, подскажите, где это.

– А вон за тем домом, – показал один из стражников, здоровенный детина больше пяти локтей росту. – Там направо с полтыщи шагов пройдешь и сам увидишь, грохот страшенный, дымище до неба, не ошибешься. Чой‑то там седня особое куют, добрый десяток старших кузнецов собрался, давно такого не видал.

– Спасибо, – поклонился Лек и вошел внутрь, ученики последовали за ним.

Они впервые попали на территорию казарм и теперь с интересом оглядывались вокруг. Очень чисто, никакого мусора на траве, дорожки аккуратно посыпаны гравием, дома недавно выбелены. Неподалеку от забора в большой песочнице играли несколько ребятишек под присмотром двух матрон. Неподалеку от них прогуливался толстый черный кот. Он гордо нес свой пушистый хвост, басисто мурлыкал и явно ожидал подачек. Лек укоризненно покачал головой – надо же было так раскормить бедное животное, ходить едва может, при каждом шаге с боку на бок переваливается.

Немного в стороне горец увидел тренировочную площадку, на которой два сержанта гоняли неуклюжих новобранцев. Лек негромко рассмеялся, глядя на мучения бедолаг. Правильно! Если их не гонять, быстро жиром зарастут. В страже наместника он однажды видел толстых стражников и долго не мог прийти в себя от изумления. Слава Единому, что в императорской такого не допускают. Толстый воин?! Какой позор! Это где такое видано? Его же щелчком пришибить можно!

Зайдя за указанное белое здание, компания свернула направо и двинулась по дорожке. Вскоре стал слышен грохот бьющих о железо молотов. Дом Стали был огромен, в добрых пять этажей с закопчеными стенами. Насколько знал Лек, знаменитые элианские пластинчатые доспехи изготовляли методом штамповки, а потом каждое изделие доводили опытные кузнецы. Перед входом горец в растерянности остановился. Кертал сказал, что их здесь ждет мастер‑кузнец. Но здесь куча народу. К кому обращаться?