— Мне ни в коем случае нельзя было ее оставлять одну на уик-энд, — горестно сказала девушка.
— Ты не могла знать, — возразила ей Тилли. — Тетя Эми производила впечатление совершенно здоровой.
— Но если бы мы вернулись раньше, она не пролежала бы все это время…
— Не нужно себя казнить, — вмешалась миссис Стронидж. — Пришло ее время, и с этим ничего нельзя поделать.
— Нет, можно! — воскликнула Софи. — Это я виновата в том, что она так долго была одна. Я могла ее спасти, доктор Маклин? Прошу вас, скажите мне правду!
Напряженное молчание, казалось, наэлектризовало воздух в комнате. Доктор покачал головой.
— Не в вашей власти было предотвратить сердечные приступы. Вам не нужно себя винить, мисс Логан.
— Вот видишь, Софи, — сказала ей Тилли. — Это не твоя вина.
Тяжесть на сердце Софи стала чуть-чуть меньше.
— Но я могла быть там, поддержать ее, — прошептала она. — Я должна была быть там. Она наверняка хотела, чтобы я была рядом с ней.
— Она знала, что ты была рядом с ней, — произнесла Тилли. — Она спрашивала о тебе, когда ты уходила за помощью.
— Правда? — ахнула Софи.
Проглотив ком в горле, Тилли кивнула.
— Ты была для тети Эми самым дорогим человеком.
— Спасибо тебе!
Обняв кузину, Софи зарыдала у нее на плече. Тилли тоже перестала сдерживать слезы.
Доктор с медсестрой вышли, оставив миссис Стронидж утешать раздавленных горем девушек. Женщина уговаривала их не отчаиваться.
Тилли помогла Софи подняться на ноги. Ее сердце разрывалось от жалости к любимой сестре, ставшей теперь еще более одинокой, чем прежде. Она никогда не расскажет ей об ужасе в глазах тети Эми, когда та, лежа в полуобморочном состоянии на холодном полу мастерской, приняла ее за Джесси.
Обратив на Тилли измученный взгляд, она прошептала:
— Джесси, это ты? Не уходи больше. Ты нужна своей девочке…
Глава тринадцатая
Накануне похорон Эми Андерсон Тэм и другие студенты-лесоводы вернулись в Эдинбург. Тилли написала письмо матери и сестре Тэма, в котором сообщила им о смерти тети Эми. Флора ответила на ее послание, выразив соболезнование, но при этом выказала удивление: ей было неизвестно о том, что ее брат так близко знаком с их семьей. Тилли передала Софи лишь слова сочувствия. Ее беспокоило то, что ее сестра совсем себя не жалеет. После того как Софи дала в больнице выход своему горю, она глубоко спрятала чувства и принялась готовиться к похоронам и приводить дела тети в порядок. Тилли попросила Мону приехать из Данбара и помочь им.
— Ты должна есть и отдыхать, — назидательно проговорила Мона, принимая на себя хлопоты по хозяйству. — Я не позволю тебе заморить себя голодом. Дела подождут. Уолтер поможет разобраться с документами, всему свое время. Мама ужасно огорчена.
Мисс Горри прислала большой букет цветов от благотворительной организации, в которой работала Софи. Но лишь стук в дверь, раздавшийся в тот вечер, вернул на осунувшееся лицо девушки некое подобие улыбки.
— Тэм! — воскликнула она осипшим голосом и упала к нему в объятия, не сдерживая слез облегчения.
— Бедная моя девочка, — успокаивал он ее, поглаживая по спине, — мне так жаль твою тетю. Я приехал сразу же, как только узнал о случившемся. Ребята просили передать тебе свои соболезнования.
— Не держи гостя в дверях, Софи, — укоризненно сказала подошедшая к ним Мона. — Вы, должно быть, тот самый мистер Тэлфер, о котором мы так много слышали? Проходите! Я кузина Мона, а это — кузина Тилли.
Поднявшись, Тилли поздоровалась с привлекательным лесоводом, с широкой улыбкой крепко пожавшим ей руку. Ей сразу же стало ясно, чем он пленил Софи.
— Я ненадолго, — сообщил он. — Просто хотел дать вам знать, что мы будем здесь завтра, чтобы отдать дань уважения усопшей. Флора видела заметку в «Шотландских ведомостях». И прошу вас, леди, если мы чем-то можем вам помочь, обращайтесь не раздумывая.
Они стали расспрашивать Тэма о поездке, но он не захотел об этом распространяться.
— Я рад вернуться домой, — сказал он. — Лесное хозяйство — интересная штука, но мысленно я часто был в другом месте.
Тэм многозначительно взглянул на Софи. Через десять минут беседы он поднялся, собравшись уходить. Софи заметила на его узком лице усталость. И хотя ей больше всего хотелось, чтобы Тэм остался подольше, она сочла, что задерживать его было бы эгоистично с ее стороны. Она проводила его до дверей.
— Не отчаивайся, — подбодрил ее Тэм. — Я приду, чтобы поддержать тебя.
Быстро поцеловав Софи в щеку, он ушел.
На Мону произвела впечатление его заботливость и то, что он сразу же после долгого железнодорожного переезда примчался к ним.
— Какой добросердечный молодой человек, — произнесла она. — Сразу видно, как он тебя ценит, Софи.
— Ты правда так думаешь?
На душе у Софи стало немного светлее.
— Да, конечно, — ответила Мона. — Тилли, ты согласна со мной?
Тилли кивнула.
— И он действительно симпатичный, как ты и говорила.
***
Пресвитерианская церковь на Клерк-стрит была заполнена людьми в трауре. Это были знакомые из приходской общины, бывшие суфражистки, постоянные клиенты тети Эми, которым она изготовляла мебель по индивидуальным заказам, владельцы магазинов и бывшие ученики ее класса в воскресной школе. Софи поразило то, как много людей разного возраста, знавших ее тетю, заполнили ряды. Звук их голосов возносился под церковные своды.
Между тем все родственники покойной разместились на одной скамье: дедушка Дениэл (выдержавший путешествие на поезде и теперь не скрывавший своих слез), Уатсоны и Софи. Джейкобина приехала на похороны, но должна была вернуться в Инвернесс вечером того же дня. Джонни с Хеленой прислали из Индии телеграмму. Софи с горечью осознала, как мало у нее осталось родственников, и все они были со стороны матери. Отец был единственным ребенком в семье, который дожил до зрелых лет, а с дальней родней со стороны Логанов связь была утеряна много лет тому назад.
Софи утешала себя мыслью о том, что у нее есть хоть и немногочисленные, зато верные и надежные друзья, поддерживающие ее в горе, — две школьные подруги, ветеран-инвалид майор Макгрегор, мисс Горри, несколько ребят из теннисного клуба и, что для нее было важнее всего, Тэм, стоявший среди своих приятелей в проходе напротив. Он был высокий и плечистый. Его зычный голос заглушал остальные голоса.
Позже, когда они накрыли стол с закусками, Тэм был рядом с Софи. Она ощущала его присутствие, дававшее ей силы и мужество выдерживать разговоры с десятками друзей ее тети, предававшихся воспоминаниям.
