Джиа рассказала мужу о радуге.
– Несомненно, это был знак богов.
«Опять пророчества, – подумал Куни. – Когда ты не в силах принять решение, боги сделают это за тебя».
Легенды о Куни Гару множились с каждым днем.
Примерно через месяц двое последователей Куни привели в лагерь дородного мужчину со связанными за спиной руками.
– Я же говорил вам, что большой босс мой друг! Вы совершаете ошибку, так со мной обращаясь!
– Но что, если ты шпион, – возразил один из стражей.
Всю дорогу мужчина сопротивлялся, а когда они добрались до лагеря, едва дышал. Куни постарался сдержать смех, когда увидел его красное лицо с густой черной бородой, которую украшали, словно утренняя роса на траве, капельки пота. Его мускулистые руки сильно стягивали веревки.
– Неужели Мун Чакри! – воскликнул Куни. – Своим глазам не верю! Что, в Дзуди так плохо, раз ты решил присоединиться ко мне? Придется сделать тебя капитаном. Эй, развяжите веревки!
Мясник Мун Чакри и Куни в прошлой жизни часто вместе пили, а потом разгуливали по улицам, пока Куни не устроился работать тюремщиком.
– У тебя здесь все строго, – заметил Чакри, растирая руки, чтобы восстановить циркуляцию крови. – Твоя дурная слава с каждым днем набирает силу. Тебя называют Разбойником Белой Змеи. Но когда я пытался выяснить, где ты, все в горах делали вид, что им ничего не известно.
– Возможно, ты напугал их кулаками размером с медные кастрюли и своей бородой – пожалуй, ты больше похож на разбойника, чем я!
Чакри пропустил слова Куни мимо ушей.
– Видимо, я задавал слишком много вопросов, поэтому двое твоих людей застали меня врасплох и привели сюда.
Мальчик принес чай, но Чакри отказался, презрительно фыркнув, Куни, рассмеявшись, попросил две кружки эля.
– Я пришел к тебе не просто так, а с официальным предложением, – сказал Чакри. – От мэра.
– Послушай, у мэра могло возникнуть только одно желание: посадить меня в тюрьму, – а это неинтересно.
– Дело в том, что мэру понравилось послание Кримы и Шигина, в котором они предлагают официальным лицам покинуть свои должности. Он рассчитывает, что сможет получить титул, если преподнесет мятежникам Дзуди, и хочет с тобой посоветоваться, потому что ты ближе всех к настоящим повстанцам. Он знает, что мы с тобой дружили, поэтому и послал меня.
– Что тебе не нравится? – удивилась Джиа. – Разве это не та возможность, о которой ты мечтал?
– Но истории, которые обо мне рассказывают, не совсем правдивы, – заметил Куни. – В них многое сильно преувеличено.
Он подумал о смерти Хупэ и других своих людей.
– Разве я рожден быть разбойником или мятежником? Реальный мир отличается от историй с приключениями.
– Немного сомнений в себе не помешает, – сказала Джиа. – Но они не должны быть чрезмерными. Иногда мы живем в соответствии с легендами, которые о нас рассказывают. Посмотри вокруг: сотни людей верят в тебя и следуют за тобой. Они хотят, чтобы ты спас их семьи, а ты сумеешь это сделать только в том случае, если возьмешь власть в Дзуди.
Куни подумал о Муру и его сыне, о пожилой женщине на рынке, которая пыталась защитить сына, о вдовах, чьи мужья и сыновья так и не вернулись, обо всех мужчинах и женщинах, чью жизнь империя уничтожила без малейших колебаний.
– У разбойника, если он будет молиться, всегда остается маленькая надежда на прощение, особенно если за это заплатить, – сказал Куни. – Но если я стану мятежником, обратной дороги не будет.
– Всегда страшно делать что-то интересное, – заметила Джиа. – Спроси у своего сердца, правильно ли делать это.
«Я хорошо помню тот сон о тебе».
К тому моменту, когда Мун Чакри, Куни Гару и его отряд добрались до Дзуди, спустились сумерки и городские ворота были закрыты.
– Откройте! – крикнул Чакри. – Пришел Куни Гару, почетный гость мэра.
– Куни Гару преступник, – ответил со стены стражник. – Мэр приказал запереть ворота.
– Наверное, он передумал, – пожал плечами Куни. – О мятеже хорошо рассуждать, но когда пришло время принимать окончательное решение, мэр испугался.
Его догадка получила подтверждение, когда из кустов на обочине появились Тан Каруконо и Кого Йелу и присоединились к ним.
– Мэр вышвырнул нас из города, потому что знает, что мы твои друзья, – сказал Кого. – Вчера он услышал, что мятежники побеждают, и пригласил нас на обед, чтобы обсудить, как ему перейти на нашу сторону, но сегодня ему сообщили, что император наконец отнесся к восстанию серьезно и намерен прислать для его подавления имперскую армию, и он принял другое решение. Наш мэр подобен листу, танцующему на ветру.
Куни улыбнулся.
– Боюсь, теперь ему уже поздно еще раз менять решение.
Попросив лук у одного из своих людей, он вытащил из рукава заранее приготовленный шелковый свиток, привязал к стреле и, оттянув тетиву, отправил в Дзуди.
– Теперь нам остается только ждать.
Куни предвидел, что нерешительный мэр может передумать, поэтому заранее послал нескольких своих людей в Дзуди. Остаток дня они провели на улицах, где распространяли слухи о герое Куни Гару, который ведет армию повстанцев, чтобы освободить Дзуди от владычества Ксаны и вернуть город возродившемуся Кокру.
– Никаких налогов, – шепотом передавалось из уст в уста. – Никаких принудительных работ. Семьи больше не будут страдать за преступления одного из их членов.
В своем письме Куни просил горожан поднять восстание и прогнать мэра. Оно заканчивалось обещанием: «Вас поддержит освободительная армия Кокру».
Если можно назвать отряд разбойников армией и забыть, что король Кокру понятия не имел, кто такой Куни Гару, то в письме содержалось некое подобие правды.
И горожане сделали так, как просил Куни. На улицах начались беспорядки, и жители, давно возненавидевшие жестокое правление Ксаны, быстро разобрались с мэром и его чиновниками. Тяжелые ворота распахнулись, и горожане с удивлением увидели Куни Гару и его небольшой отряд разбойников, входивший в Дзуди.
– А где армия Кокру? – спросил один из лидеров восстания.
Куни взобрался на балкон ближайшего дома и, оглядев собравшуюся толпу, заявил:
– Вы армия Кокру! Неужели не видите, какой силой обладаете, когда начинаете действовать без страха? Даже если Кокру живет в сердце одного человека, Ксана будет побежден!
Банальность, но толпа разразилась аплодисментами, и под радостные крики одобрения Куни Гару стал герцогом Дзуди. Кое-кто говорил, что титулы нельзя получать таким простым способом, но никто не обращал внимания на зануд.
Шел конец одиннадцатого месяца. После того как Хуно Крима и Дзапа Шигин увидели свиток с пророчеством в рыбьем брюхе, прошло три месяца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
