— Я искренне сочувствую вам.
— Участок большой, — продолжал старик, — деревья ценных пород, прелестные уголки. Лишь дом чуточку староват.
— Меня это не смущает. — Черлик ожидал, что хозяин будет расхваливать достоинства участка.
— Вы захотите всему придать современный облик? — Я специалист по бетонным работам. Я сделаю все, что посчитаю нужным.
— В одном месте вы не должны ничего трогать, — старик словно произносил заклинание. — Тут есть небольшой пруд — всего около сорока квадратных метров. Его нужно сохранить — вот мои условия.
— Условия?
— Да, в противном случае я не продам участок. Впрочем, это и в ваших интересах.
Небольшой пруд! Не дай бог мне рассмеяться, подумал Черлик. Похоже, это его бзик.
— Вернемся к этому попозже, — сказал Черлик, — я думаю, мы найдем общий язык.
— Все должно быть обговорено заранее!
— Право, мне хотелось бы сначала ознакомиться с участком.
— Да, вы правы, — согласился старик. — Идемте.
Они вышли из дома. Усадьба поросла густым кустарником. Здесь, были, цветы, которых, он никогда не видел и не знал. Старик же прекрасно разбирался в растениях и помнил все тропинки. Они повернули налево, затем двинулись прямо а наконец остановились. За полосой травы Черлик увидел что-то вроде пруда — застоявшегося, буйно поросшего зеленью. От него исходил запах гнили.
— Это он, — произнес старик с гордостью, — душа, сердце всего, что здесь находится. Животный и растительный мир, какого вы нигде больше не встретите. Слишком много вынуждена сносить природа, не находите?
— Это верно, — согласился Черлик. — Я слышал, что в Австралии…
— Нет, нет, и у нас тоже. Проклятая страсть превращать любой прекрасный уголок земли в каменную пустыню! Но здесь, у этой трясины, находится граница. Абсолютная.
Черлик не ответил. Слова старика были смешны. Что же касается его, Черлика, то несомненно одно: это болото никак не вписывается в его планы. Оно должно исчезнуть с лица земли.
— Я полагаю, участок стоит никак не меньше шести терций.
Наконец-то старик назвал цену, и она была достаточно высокой. Но Черлик заплатил бы и восемь терций.
— Довольно солидная сумма, — протянул он. — Если учесть, что вы хотите поставить мне особое условие.
— Оно будет записано в контракте.
— Ну, хорошо, — сказал Черлик. — Обычно таких оговорок не делают, но раз уж вы придаете ей такое значение… Не вижу смысла затягивать разговор — участок мне нравится. Я согласен.
Прошло два месяца, пока были улажены все формальности и старик уехал; Черлик с трудом смог дождаться завершения сделки. В один из дней он пригласил Дину — капризную красавицу, с которой был близок, — на воздушную прогулку и пообещал показать ей свое приобретение. Как он и предполагал, она не была в восторге от его новой собственности: ей больше пришелся бы по душе дом на берегу моря.
— Подожди полгода, тогда ты заговоришь по-другому, — убеждал ее Черлик. Он рассказал о своих планах; подразумевалось, что только такой человек, как он, с его упорством, предприимчивостью и связями сумеет превратить этот запущенный участок в место, где современная цивилизация сможет себя проявить во всем великолепии. — Здесь, за городом ты будешь устраивать великолепные приемы, — заключил он. — Уже завтра на выкорчевку приедет первая группа.
Он ничуть не преувеличивал. Правда, ему стоило определенных усилий высвободить роботы-грейдеры, занятые на выполнении городской оздоровительной программы, для частных нужд; но в делах Черлик знал толк. «Выделены для ликвидации очага эпидемии» — значилось в удостоверении, выданном… ему. За это Черлик пообещал кое-кому место для самолета, в. ангаре. Медицинское заключение было подписано эпидемиологом из городского самоуправления, который был ему многим обязан. Черлику не пришлось долго, убеждать его, Проситель сумел представить свои намерения в выгодном для себя свете, достаточно было намекнуть на то, что трясина является местом инкубации болезнетворных микробов. Навязанное стариком особое условие в контракте также теряло силу. Государство, ответственное за здоровье своих граждан, уполномочило Черлика навести порядок. Правда, прежний владелец мог попытаться опротестовать решение городских властей.
Через день после того, как Дина побывала на участке, прибыли рабочие-автоматы. В то время как две корчевальные машины валили деревья, бульдозеры сравнивали холмы, засыпали ямы песком и гравием. Роботы работали с утра до вечера и уже через несколько дней начали рыть траншеи под фундаменты. Черлик только время от времени появлялся на стройплощадке, чтобы дать очередное указание. Сэкономленные при покупке участка две терции пошли на взятки.
Через четырнадцать дней после начала строительства местность уже выглядела вполне благоустроенно. Старые деревья были повалены, распилены и уложены в штабеля, земля выровнена, залиты фундаменты. Непрерывно подвозились материалы для строительства зданий, блоки и, конечно, сверкающий пластик. Мешала только трясина. Теперь пришла и ее очередь.
Однажды утром, когда над лугом стоял туман, Черлик летел в «Бушландию», как он называл свое новое владение. В этот день роботы еще не приступили к работе, потому что только получили новое задание. Черлик посадил самолет и довольным взглядом окинул территорию. Да, так он себе это и представлял. Справа дворец с широкими окнами, слева небольшой аэродром, посередине плавательный бассейн. Рядом — электростанция. Только трясина со своей зеленоватой водой расплылась на заднем плане позорным пятном.
Черлик осторожно подошел к болоту. Уже рассеялись клубы тумана над прудом и лугом, так что можно было легко различить каждую белую кувшинку, каждую метелку тростника. Черлик, привлеченный многообразием цветов, не сразу заметил, что идет уже по илистому грунту. Он остановился как вкопанный. У ближней стены камыша Черлик увидел пень, так сильно поросший мхом, что его трудно было заметить, если бы на нем не оказалось сверкающей серебристой надписи.
Черлик был ошарашен; казалось, буквы лишь вчера выдолбили на пне, настолько четко они проступали на коре. Скорее всего здесь побывали с распылителем и увековечили себя какие-то чудаки. Большие буквы складывались в слова «Граница достигнута» и почему-то вызвали у него приступ раздражения:
В словах таилась какая-то угроза; Черлика охватило неприятное чувство. Граница — какая граница? Однако быстро же он попался на удочку старика!
В это мгновение послышался шум грейдеров и бульдозеров. Черлик повернулся на каблуках и увидел техника-строителя.
— Начинай, — сказал он, — нужно проложить дренажные канавы; эта болотная дыра должна быть осушена. И выкопайте тот пень, что находится сразу за лугом. Какой-то остряк нацарапал на нем дурацкую надпись.
В последующие дни Черлик был занят на своем предприятии и не смог слетать в «Бушландию». В этом не было нужды: роботы могли обходиться без людей. В пятницу его ничто не задерживало, и он уговорил Дину сесть в самолет. Они подлетели к его владению и, описав на малой высоте изящную петлю, осмотрели участок. И в самом деле, успехи в преобразованиях были налицо. Уже тянулись вверх первые стены домов, уже обозначилась взлетно-посадочная полоса, ведущая ко дворцу. Дина, правда, безучастно улыбалась, но Черлик видел, что она поражена. Но вдруг он насторожился. Нет, этого не могло быть! Недалеко от дворца, между местом, где должно было начаться строительство электростанции, и площадкой, на которой уже вырисовывался остов будущего ангара, все еще находилась нетронутая трясина. Дина тоже мгновенно увидела зеленое пятно и с отвращением показала на него пальцем.
Они приземлились у ангара; Дина сразу же направилась к дворцу, а Черлик подошел к шефу-роботу.
— Что случилось, Геракл, — спросил он раздраженно, — почему квадрат три-семь-ц не осушен?
Автомат, не прерывая своей работы — он начал бетонировать пандус, — ответил скрежещущим голосом:
— Проведены обычные мероприятия. Возникли непредвиденные трудности.
— Непредвиденные трудности? Вы неправильно проложили дренажные канавы. Вот в чем дело!
— Три канавы на север, две канавы на запад, — пояснил автомат. — Два с половиной на четыре, уклон один к десяти. Давление в компрессоре одиннадцать ек. Никакого результата.
Черлик был озадачен. Если сказанное роботом соответствовало истине — а почему, собственно, это должно быть не так, — происходящее кажется необъяснимым. Чтобы лично во всем убедиться, он остановил машину и пошел к канавам. Внимательно осмотрел их, дополнительно проверил робота, который с твердого участка грунта при помощи мощной воздушной струи пытался направить болотную воду в шахтный ствол. Поверхность болота пошла рябью, растения изгибались, приникая к воде, но ни капли не вытекало. Создавалось впечатление, будто вода удерживалась невидимой стеной.
