— Да у неё живот вспорот и кишки наружу. — Заявила одна из новенький, но под тяжелым взглядом прикусила язык.
— Доктор, кто это мог сделать? — Поинтересовался Тормен у полуголого мужчины.
— Зверь… — Он причмокнул, будто опробовал это слово на вкус, и сделал заключительный вердикт. — Человек явно на такое не способен.
— А у нас разве во дворце есть звери? — Ахнула еще одна из новоприбывших.
— Есть. — Невозмутимым голосом отозвалась девушка со шрамом. — Плотник наш, Васька. Когда напьется, той еще скотиной становится.
— Тааак, разговорчики в строю. — Прикрикнул врач. И для убедительности потряс кулаком. — Отставить эти ваши шуточки, они у меня уже в печенках сидят.
Видимо доктор был из военный, и иногда у него проскакивали эдакие словечки.
— У вас печень хотя бы есть. — Хмыкнула еще одна служанка, которая стояла по правую руку девушки со шрамом, и кивнул головой на окровавленное тело, сказала. — В отличие от этой.
— Она не ЭТА. — Возмутилась девушка, в поварском колпаке. — Её Танюшой кличут… кликали вернее. Она из новеньких была.
— Ну вот, придется опять с новым персоналом заниматься, скука смертная. — Девушка поняла, что сболтнула лишнего и бросила беглый взгляд, сначала на Тормена, затем перевела на дворецкого, который все это время стоял в тени и наблюдай за происходящим со стороны.
— Снова? — Тут же ухватился инквизитор за ниточку. — У нас уже бывали подобные случаи?
Девушка со шрамом поникла и побледнела.
— Смею вас заверить, что подобное у нас еще не происходило. — Длинный мужчина во фраке подошел к гостям. — Я дворецкий, можете звать меня Борисом.
— Хорошо, Борис, так что скажете на счет зверя? — Вставила свое слово ведьма.
Он бросил злобный взгляд в девушку.
— Может куница, какая-то пробралась, во дворец. — Все же снизошел до ответа дворецкий.
— Мы видели сегодняшнего зверя, он больше на волка походил. — Заверила Анастасия.
В толпе прошелся испуганный шепот.
— Дамочка, не стоит стращать народ, девушки у нас и так напуганные. — Погрозил пальцем Борис. — И какие волки во дворце, бред же. Вы, наверное, ваших волшебных снадобий надышались, вот и привиделось всякое. — Ведьма покраснела от злости. Кто знает, чем бы все закончилось, если бы Тормен вовремя не отвел её в сторонку.
— Он все знает. — Уверенно заявила девушка. — Возможно, он и есть оборотень!
— Сейчас рано о чем-то говорить, нужно еще поспрашивать, понаблюдать. Сегодняшнее полнолуние последние, если не получится узнать кто зверь, то такой возможности нам больше не представится.
На глаза Тормена попалась служанка, которая не так давно просила его о помощи, кажется, её Зоей звали. Вот с кого нужно начинать опрос.
***
Тук-тук-тук.
Дворецкий осторожно постучал в дверь и стал покорно ожидать ответа. Простоять ему пришлось долго, тем более он постоянно горбился, видимо, долго стоять ему было неудобно. Вскоре за дверью послышались шаги.
— Кто там еще? — Раздался голос юного наследника.
— Это дворецкий, ваша светлость. — Раболепно пролепетал Борис. — По велению матушки, я пришел отпереть дверь.
— Хорошо. — Донеслось из комнаты Бельмонда младшего.
— Еще хочу сказать, что Ваш завтрак уже готов и подан. — Потирая руки, промолвил дворецкий.
На это молодой герцог ничего не ответил. Казалось бы разговор окончен, но все же долговязый мужчина и не собирался уходить.
— Как спалось, Ваша светлость?
Дверь открылась, и на пороге возник наследник в брюках и белой рубашке.
— Сносно. — Бросил парнишка дворецкому. — Не люблю лунные ночи, от них у меня мигрень.
Странный взгляд Бориса обдал юного хазяина.
— Ничего, вскоре полная луна пойдет на убыль и не будет больше досаждать Вам.
— Скорей бы…
Парнишка пошел за дворецким.
— Что у нас на завтрак?
Борис оживился.
— О, “таруель по намлявски”, “зивон по ламийски в остром соусе”, “жомапель в собсвенном соку” и кролик.
— Кролик? — Удивился Бельмонд младший.
— Да именно он. — Прохрипел долговязый во фраке.
— О, никогда его не пробовал. — Обрадовался парень и в животе сразу же заурчало.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сегодня у вас будет такая возможность.
— Здорово!
Юный герцог улыбнулся, но тут де опомнился и помрачнел.
— Гости еще не уехали?
— Увы, они все еще здесь. — Юноша и дворецкий шли в одиночестве, им никто не мешал и не перечил. На третий этаж мало кому дозволено заходить, так как здесь была опочивальня господ.
— Они мне не нравятся. — Признался мальчонка.
— Вскоре с ними будет покончено. — Заверил дворецкий и положил руку на плечо своему господину.
***
Тормен выждал момент, когда Зоя будет одна, и, ухватив девушку за руку, поволок её туда, где никто не помешает предстоящему разговору. Служанка ойкнула и начала брыкаться.
— Пустите-пустите! — Зоя вырвалась, и затравлено посмотрела на инквизитора.
— Странно, вчера ты умоляла меня о помощи, а теперь вырываешься.
Зоя покрутила голой, и, убедившись, что никто их не слушает, перешла на полушепот:
— Слишком поздно, граф, надо было вчера бежать, пока была такая возможность?
— Не совсем понял тебя, объясни. — Тормену не нравились столь разительные перемены в поведении служанки, возможно из неё не получится выудить побольше информации, на которую он так рассчитывал.
— Вас уже не выпустят отсюда, или… или вы еще не поняли этого???
— Мы заперты здесь?
— Да, так и есть. — Коленки девушки задрожали, видимо она была сильно напугана. — И вы, и мы — Здесь все пленники.
— Зоя? — К парочке подошла служанка со шрамом на щеке. — Ты что здесь делаешь? Разве дел нет???
— Ой! — Подскочила Зоя и её будто ветром сдуло.
— Извините, граф. — Поклонилась служанка со шрамом. — Она больше не будет Вам досаждать. Она не так давно здесь закреплена и её не привыкла к здешним обычаям.
Девушка хотела уже уходить, как Вадим остановил её.
— Стой!
Служанка повернула голову к графу.
— Слушаю.
— Вы же давно здесь работаете. Замечали ли здесь… — Граф поиграл скулами и добавил. — … Что-нибудь странное.
— Вроде девушек с распоротыми животами?
— Именно!
Эта дамочка была умна и схватывала все налету. Разговорить такую будет сложно. Но граф и не думал сдаваться.
— Знаете, здесь много чего происходит. Не мне ли, как старожилу, знать это. — Девушка не удержалась и коснулась рукой своего шрама.
— Это зверь оставил?
— О нет. — Усмехнулась собеседница. — Это мачеха меня наградила. А после продала в рабство. — После этого девушка стала серьезной. С лица исчезла улыбка. — Я благодарна герцогу. Что дал мне крышу над головой. Иначе бы я сгнила где-нибудь в подворотне. Или же работала день и ночь в публичных домах. Такая вот судьба уготована рабыням.
— И тебе плевать, что твориться вокруг?
Девушка ехидно улыбнулась.
— Пока это меня не касается, мне все равно.
Все же расколоть её не выйдет. Ей и вправду было наплевать, что творится во дворце. Чтобы не происходило это лучше рабства, а здесь она имела все чего пожелает её рабская душонка. Служанка будет молчать.
Граф отпустил девушку и пошел искать свою спутницу, которая уже ошивалась рядом с кухней. Как только она вошла, то тут же оказалась средь запахов, от которых, то и дело — слюнки текли. Воистину божественное место, вот тебе и свиные ребрышки, и всевозможные приправы, которым счета нет, ведь, как ни крути, а повара приворовывают, а затем продают на стороне, за баснословные суммы. Правда, если об этом прознает герцог, то не сносить головы, но кого это когда-либо останавливало.
Анастасия улыбнулась и подошла к юной девице, которая усердно перемешивала, что-то в огромной кастрюле. Самозванка хотела было спросить, как ей преградила путь дородная дамочка, на которой еле держался поварской колпак.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Убирайся нечестивая, и чтоб ноги не было на моей кухне. — Повар скрестила руки на груди и продолжала, сверлись ведьму взглядом.
