Читаем без скачивания Стечение обстоятельств - Иоанна Хмелевская

— Уважаемые коллеги, — железным голосом прервал эти неуместные воспоминания капитан, — разрешите вам напомнить, что сейчас мы находимся в этой квартире в связи с убийством ее хозяйки, Анели Копчик, а не Миколая Торовского. Так что не отвлекайтесь. Тетрадь отдаю в ваше распоряжение на одни сутки, затем она поступит к дешифровщикам. Принимайтесь за работу и не тратьте времени на пустую болтовню! Надо во что бы то ни стало найти фотографа. Похоже, он из немногих, которые часто посещали Торовского, засиживался подолгу и может знать немало.

При виде меня невестка сделала попытку захлопнуть дверь у меня перед носом, и только тогда я вспомнила, как выгляжу. Пришлось поспешно заговорить, а войдя в прихожую, я еще раз с удовольствием осмотрела себя в зеркале: пугало неопределенного пола и возраста в сваливающихся огромных поношенных брюках и вязаной шапочке типа «чулок» на голове.

— Ну уж если ты вблизи не узнала меня, издали меня никто не узнает, — с удовольствием сказала я невестке. — Надеюсь, ты не в претензии? Мне ведь надо было обмануть тех, кто, возможно, следит за мной.

— И обманула?

— Не знаю, надеюсь. Переодевалась я в подъезде того дома на Партизанской, где два выхода. Разреши, я сниму эти брюки, уж очень в них неудобно.

Сняв брюки сына и чулок с головы, я сменила и обувь на ее тапки, удобно расположилась в кресле и внимательно оглядела невестку.

Выглядела она, в общем, нормально, не походила на убийцу и вообще на преступницу, хотя была явно взвинчена и в самом препаршивом настроении. Позабыв правила хорошего тона, она первой обратилась к гостье, к тому же почтенной даме:

— Скажи мне, кто, черт бы его побрал, пристукнул Миколая?

— А что, разве не ты? — в свою очередь поинтересовалась я.

— Ты спятила? С чего вдруг я? Он мне нужен был живой! Я до сих пор не могу поверить в его смерть, надеюсь, может, какая ошибка... Ты уверена, что его нет в живых?

Мне вспомнилось искреннее отчаяние подпоручика Яжембского по этому же поводу, ведь он и в Данию потащился только потому, что не осталось надежды пообщаться с Миколаем. Я ответила осторожно:

— Трупа я не видела, но все говорит о том, что его действительно убили. Его сумка до сих пор находится под сиденьем твоей машины. Полиция заловила меня как раз в твоей машине, думая, что это ты, торбы же не обнаружили. Во всяком случае, надеюсь на это.

Иоанна мрачно поправила меня:

— Это вовсе не его сумка. Давай-ка я тебе все-таки расскажу, как оно все присходило, ты же ничего не знаешь. Такое идиотское стечение обстоятельств, спятить можно!

С ужасом и восторгом слушала я Иоанну. Нет, не случайно эта девушка понравилась мне с первого взгляда! Можно сказать, побила все мои рекорды...

— Зачем же ты отняла у бандитов их сумку на вокзале? — не поняла я.

— Теперь вон как все из-за этой глупости осложнилось. Придет же такое в голову!

— Да все из-за брезента! — оправдывалась Иоанна. — Увидела — брезент Миколая, какие-то мазурики хотят похитить торбу Миколая, вот у меня как-то и ассоциировалось... Некогда мне было разбираться в ассоциациях, надо было спасать сумку. Не могли же они случайно оказаться там с брезентом Миколая, ну я и решила, что нацелились на его сумку.

— Как-то странно получается, вроде специально брезент тебе на обозрение выставили.

— Наверняка им и в голову не приходило, что я могу узнать брезент. А ведь только благодаря ему у меня и зародились подозрения. «Зародились», какое слово неподходящее! Подозрения во мне словно взорвались!

Поставив себя на ее место, я подумала, что у меня бы тоже не было времени осмысливать свои ассоциации и я бы тоже действовала импульсивно, не рассуждая. Помолчав, я сказала:

— Так, а теперь ответь мне на несколько вопросов. Я понимаю, свою сумку ты оставила у Миколая, так как с тебя было довольно тяжести, не хотелось по лестнице лишнюю таскать. Но зачем ты носила в своей сумке камни?

— Камни? — удивилась Иоанна. — Ах, правильно, это еще из Канады привезла, да все забывала выложить. А что там было еще?

— Из нетипичных для дамской сумки предметов две банки пива и ручной фонарик. Да, еще мешочек с галькой.

— Гальку я специально собирала для кактусов. Пиво купила по дороге, а к фонарику надо было подобрать батарейки. Теперь понимаю, почему она была такая тяжелая...

— Не отвлекай меня, дай подумать. Теперь, когда я знаю все обстоятельства, многое становится понятным, но выхода я пока не вижу. Нужен Януш.

— Я тоже так считаю, — согласилась Иоанна. — Я даже звонила ему, но не застала дома.

— И не застанешь. Тебя они успели рассмотреть?

— Кто?

— Те двое, в Виланове. И как ты думаешь, кто это был-контрабандисты или полицейские?

— Вот уж не знаю. Сзади видели меня хорошо, а вот спереди... Один вроде мог и спереди увидеть. А что?

— А то, что лучше бы они не видели твоего лица. А с дежурным поговорить надо. Придется мне туда поехать. Я найду дом?

— Найти легко. Он рядом с виллой, на которой такая смешная башенка, сразу бросается в глаза...

— Что ты сказала? — воскликнула я.

— Я сказала — на соседнем доме очень заметная башенка.

— Кирпичная?

— Точно, кирпичная. А что?

— Не может быть!

Надо же, опять такое стечение обстоятельств! Тот самый Доминик, о котором рассказывала Алиция. Как все это взаимосвязано? Или просто случайность? Иоанна вопросительно смотрела на меня, . и я поспешила передать ей рассказ Алиции в далеком Аллероде. Реакция Иоанны была самая что ни на есть правильная:

— Представляешь, как бы обрадовались фараоны, если бы я им все это рассказала? Да я бы и медлить не стала, но сделаю это лишь после того, как лично проверю, что же находится в сумке Миколая. Ох, совсем забыла, надо же тебя угостить.

Иоанна засуетилась, принесла пиво, орешки и нарезанный сыр. Я смотрела на нее, а мысли были далеко. Точнее, в Виланове. Пчелка наверняка не врала, сумка была у того самого сотрудника камеры хранения, которому Иоанна ее и оставила. А он забрал ее домой... А может, Пчелка ошиблась, он забрал другую сумку? Вряд ли, профессия вырабатывает в девушках такого рода наблюдательность и цепкость, жизнь, можно сказать, заставляет, борьба за существование. Глупые и нерасторопные просто не выживут. Сумка — приманка. Кто приманку забросил, полиция или мафиози? Полиция сумку не нашла, это я знаю, остаются преступники. Может, из них тоже кто-нибудь видел, как дежурный забрал ее домой, может, просто обнаружили у него под стойкой, сообразили, что хозяйка рано или поздно явится за ней, и устроили засаду. Самый верный способ поймать вредную бабу, заставить отдать их сумку и заодно устранить ненужного свидетеля. Может, и дежурного устранят. Хотя, кто знает... Возможно, поверили тому, что сообщила негритянка, дескать, ошибка, сумка будет возвращена... Нет, риск остается в любом случае, и выходит, смерть дежурного будет на нашей с Иоанной совести...

Да, как ни прикидывай, получается, что без помощи полиции нам не обойтись, а полиция сразу потребует сумку Миколая, без нее и говорить с нами не будет. То есть говорить-то будет, может даже и с радостью, но ни о каком сотрудничестве и заикаться нельзя. Единственный, кто нам может помочь — Януш.

— А что с Янушем

— -спросила невестка. — Почему его нет и не будет? Где он?

— В Кракове. Занимается собственными делами. Он назначен душеприказчиком скончавшегося дяди, в Кракове собрался съезд наследников, вот он с ними и разбирается. Дядю похоронили, а дело о наследстве может тянуться долго. Не знаю, когда вернется.

— А позвонить ему можно?

— У меня нет его краковского телефона, мне и в голову не пришло, что он нам понадобится. Адреса покойного дяди я тоже не знаю. Правда, раз мы с ним были у краковского дядюшки, дом я бы нашла по памяти.

Мрачная невестка помрачнела еще больше. Отрезав кусочек сыра, она положила его себе на тарелку, но есть не стала, вспомнив о самой последней неприятности.

— Знаешь, та вредная баба, что жила напротив Миколая... Если пес воет у нее под дверью, что это значит, по-твоему?

Я чуть не подавилась своим куском сыра.

— О Езус-Мария, так они об этом говорили! На полуслове прервали разговор со мной и умчались как на пожар. Чужая собака выла под дверью некоей Копчик...

Мы с невесткой обменялись своими знаниями о воющей овчарке, и теперь уже помрачнела я. Действительно, плохо дело. Невестка раздраженно выкрикивала:

— Сколько я натерпелась из-за этой Анели Копчик, ты не представляешь. Миколай требовал, чтобы я всячески ее ублажала, была с ней вежлива, чуть ли не била поклоны перед ее глазком, не знаю уж, чего он так с ней носился. А я была в его квартире перед убийством, все меня видели, прикончила Миколая, а потом и бабу пристукнула. Как мне теперь из этого выпутаться? Все улики против меня. Разве что меня спасет чудо.

— Без Януша никакого чуда не будет, — решительно сказала я. — Они с радостью все на тебя навесят, ведь ты им столько неприятностей причинила.