Читаем без скачивания Коза на роликах - Маргарита Южина

– Зато адвоката хорошего подберет, бесплатного… – уныло утешила Василиса, но потом добавила: – Ты зря не пугайся, я придумала, как Пашку заставить девчонку искать и самим не подставляться.

Павел Курицын купил наконец дочерям компьютер и теперь сидел, пялясь в монитор, за простеньким пасьянсом «Косынка».

– Па-а-аап, ну пусти поиграть, а? – канючили рядом Катенька и Надюша, старшие дочери. – Ну па-а-а-аап…

– Сейчас-сейчас… вот только… Катерина! Не мешайся! Иди уроки готовь! – осерчал он, в который раз проигрывая и включая игру заново.

В прихожей зазвонили.

– Вот! К вам подружки пришли, бегите, – радостно вытолкал он девочек из комнаты и снова уставился в монитор.

– Так, значит, развиваемся? – появилась на пороге родная матушка вместе с неизменной тетей Люсей.

– Ой, мама, и не говори… Проходите, там на кухне Лидочка чего-то стряпает…

Люся подошла к компьютеру, будто волшебница шевельнула рукой, и экран погас.

– Ну-ну, теть Люсь, вы просто супер! – задохнулся от восхищения начинающий хакер. – У меня долго получается… А как это вы так быстро?

– Элементарно выдернула из розетки, и все погасло.

– Да вы что?! Он же… с ним же нельзя так… это же некорректное завершение!!

– Понятно! Значит, с компьютером некорректно нельзя, а с родной матерью можно? – набычилась Василиса. – Мы уже пятнадцать минут в твой затылок пялимся!

Павел отъехал на стуле от стола и устало вперился в лицо матушки.

– Мам, если ты опять принесла мне ценные сведения по серийному маньяку, уволь. У меня выходной.

– Да какой маньяк! Мне нужно отыскать девушку, Наталью Бедрову. Она… Она меня в автобусе оскорбила!

– Вася! Кто, ты говоришь, тебя оскорбил? – поразилась Люся. Однако подруга резко пнула ее под зад, и Люсенька сразу же поняла. – Хотя, конечно, нашу Васеньку кто только не оскорбляет…

– Меня оскорбила Наталья Бедрова. Она прилюдно назвала меня старым бегемотом!

– Мам, не бери в голову, ну какой ты бегемот, у вас и весовые категории разные, тот тонну весит, а ты…

– Не смей мне дерзить! Ты должен немедленно приложить все силы и отыскать нахалку! – топала ножкой разгневанная родительница.

– Мама! Я целыми днями только и делаю, что ловлю нахалок и нахалов, а так же подлецов, мерзавцев и негодяев!

– Плохо ловишь! Ты не вдаешься в детали! Ты часто заблуждаешься! А маминых советов совсем не слушаешь, отсюда и нераскрытые преступления!

– С чего ты взяла?

– Нет, это ты с чего взял, что у Рудиной, к примеру, имелся пятилетний ребенок?! – разошлась Василиса. – Не было у нее детей! Не было!

– Не спорю, у Рудиной не было, а кто это вообще такая?! Я никогда и не говорил, что у нее дети…

– Говорил! Ты сказал, что у тебя там какой-то огнестрел, убили молодую женщину, и у нее пятилетний ребенок остался. А у Рудиной никого не осталось! Только мачеха!

– Сто-о-ооп, – поднялся во весь рост Пашка, и Василиса запоздало сообразила, что снова наговорила лишнего. – Так вот, значит, зачем вы пришли! Опять полезли разбираться! Между прочим, та женщина с огнестрелом не Рудина, а Леващук, и убийцу мы уже задержали, это ее муж оказался, от ревности, идиот, жену прикончил. Так что туда можете не соваться. А вот что там у вас с Рудиной? Кто это? Нет, погодите… Лидочка! Лида!! Немедленно собирай девочек!

– Кого, Паша? – появилась в дверях румяная невестка. – Кого собирать-то?

– Всех! И Катерину, и Наденьку, и Ниночку! Они теперь будут жить у бабушки! Все!

Бабушка постаралась быстро улизнуть, но сыночек вовремя прикрыл дверь ногой:

– Мама, я не могу тебя отпустить. Сначала чай, что же, Лидочка зря там парилась? И потом, тебя страшно выпустить, опять кто-нибудь бегемотом назовет!

Люся сверкнула очами на Василису, но делать уже было нечего, подругам пришлось усаживаться за стол и лакомиться булочками.

Потом все чинно шествовали домой: Пашка торжественно катил коляску с младшей Ниночкой, Катя и Надя бежали впереди, обгоняя друг друга; Лидочка сияла улыбкой, все же ей иногда хотелось отдохнуть от детей, и только Люся с Василисой брели будто на Голгофу. Мысли о Наташе сверлили даже не мозг, а сердце. Особенно страдала Люся. Она то и дело останавливалась, тихонько терла грудь и плелась дальше.

– Людмила Ефимовна, а что это вы такая… бледная? – вдруг всполошилась Лидочка. – И вид у вас нездоровый. Подождите-ка… Паша! Людмиле Ефимовне нездоровится! Куда ты так несешься?

Павел взял Люсеньку под ручку и замедлил шаг.

– Э-э-э, подружки, да вам отлежаться надо. Ну как вот вас одних оставлять? Сейчас до дома доберетесь и снова к телефону кинетесь. И детей вам не дашь… здоровье поправить нужно… – призадумался Павел.

– Паша, нам и правда сейчас детей нельзя – смотри, Люся совсем на инфаркт настроилась, – затараторила Василиса. – Какой ей телефон. И мне ее никак одну оставлять нельзя. Ой-ой-ой… что же делать? А детей нельзя… какая жалость…

Павел остановился и строго произнес:

– Ладно, оставлю вас одних, только через каждый час звонить буду! И не вздумайте мгновенно вылечиться и удрать! Точно в обезьянник посажу!

Василиса поспешно закивала головой, и процессия двинулась дальше, к дому подруг.

Оставшись дома одни, женщины вздохнули уже свободнее, однако Люся все же нет-нет да и поглаживала себя по груди. А как только ей становилось чуточку легче, звонил Павел, и телефонная трель снова заставляла Люсю хвататься за сердце.

– Ты, главное, не волнуйся, – успокаивала ее подруга, заталкивая в рот больной таблетку валидола. – Объявится наша Наталья. А если не объявится, мы на телевидение ее фотографию пошлем, пусть покажут, может, кто заприметил. Только тебе надо быстренько в строй. И что это у тебя за фишка такая теперь: то ногу она подвернула, то с сердцем справиться не может! Я же говорю, она объявится, Наталья твоя! И вообще, внуши себе, что ты прямо напичкана силами и здоровьем! А то что же, ты сляжешь, а Наташа? Нет, с девчонкой, конечно же, будет все в порядке, но вот твой миллионер с крючка соскочит, это точно. Он же и влюбился в тебя только потому, что ты на роликах рассекала, то есть, грубо говоря, лезла в глаза своей физической подготовкой! Прямо-таки нагло притягивала к себе внимание, а должна была быть незаметной!!

И Наталья объявилась, вернее, позвонила. Голос доносился издалека, связь то и дело обрывалась, девчонка плакала, всхлипывала, но держалась молодцом.

– Люд… мила Ефи… Меня каки… мужики похитили! Говорят, что вы… А я не знаю… требуют…

На этом связь оборвалась. Неизвестно, чего было больше – радости, что Наташа жива, или горечи, оттого что «требуют»…

Люся, несмотря на круги под глазами, немедленно обрела боевую готовность и прочно уселась возле телефона.

– Ты чего это к аппарату прилипла? – удивилась Василиса. – Звонка какого ждешь?

– Жду. Если от нее что-то требуют, они обязательно должны нам позвонить и продиктовать условия. Если бы от Натальи нужно было попросту избавиться, они бы не стали тянуть, убили бы. Они нам позвонят.

Василису иногда до глубины души обижало то, что умные мысли каким-то образом залетали к Люсеньке, минуя ее собственную голову. Поэтому она немного насмешливо сложила губы и чуть свысока бросила:

– А почему ты, сокровище мое, решила, что они позвонят именно нам?

– А кому?

– Ну я не знаю… У нас отчего-то с тобой, Люся, все так получается по-идиотски! Когда срочно нужно что-то узнать о человеке, у нас никогда не имеется на него досья!.. досьи… Да ни черта у нас на него не имеется!! – вконец разозлилась Василиса. – Откуда мы знаем, может быть, у этой Наташи целое племя родственников и все, как один, состоятельные? Может быть, ее и похитили только потому, что у нее отец нефтяной магнат, а ты тут уселась у телефона в позе кающейся грешницы!

Люся все равно с места не двигалась. Может, где-то Василиса и была права, но девчонка позвонила им, значит, никого ближе у нее нет.

– Сидеть, значит, будешь? Высиживать? – прищурилась Василиса. – Я тогда тоже сяду, что я – бездушнее тебя?

Обе подруги устроились на диване и водрузили на лица скорбь. Недвижимые хозяйки очень обрадовали домашних животных. Сначала Финли провел разведку: несколько раз прошелся по ногам Василисы и примостился на ее вязаных тапочках точить когти. Василиса только сильнее стиснула зубы, и упражнение для кота прошло безнаказанно. Тогда бесстыжий котище притаился и стал охотиться за Люсиными пальцами на ногах. Нацелился, повертел задом и… Люсенька только дико заорала, но даже это не заставило ее покинуть пост. Малыш, видя такое дело, изощряться не стал, а по-простому – стал запрыгивать прямо на колени к барышням. Прыжок – мимо! Прыжок…

– Гад такой!! Все губы мне разбил!! – возопила Василиса и вскочила.

Да и что, в самом деле, уселись на диване, будто две натурщицы, а в доме и полы не мыты, и в магазин Люсенька, конечно же, не бегала, и готовить надо что-нибудь! Василиса принялась за уборку, однако Люсю уже, похоже, ничто мирское не волновало. Вывел ее из ступора только приход дочери.