Наслаждаясь горячей ячменной лепешкой, Джоанна подумала, что отношения между бабушкой и теткой похожи на отношения шаловливой девочки и ее строгой гувернантки.
— Очень вкусно, — похвалила Джоанна тонкий сэндвич с огурцом.
— Да, Моника — отличная хозяйка… гораздо лучше чем когда-то я, — призналась миссис Карлайон, словно почувствовав, что ее прежние слова о дочери могли показаться не совсем лояльными. — Она сама все готовит, Элис только подаст на стол. За домашними заботами у нее почти не остается времени. Нам повезло, что она живет с нами.
— Я и не знала, что тетя Моника так хорошо готовит, — заметила Джоанна.
— Да. Она даже печет домашний хлеб, и надо признать, он гораздо лучше, чем тот, что продают в булочных. Жаль, что она с молодости только этим и занята. Мне иногда кажется, что ее жизнь была бы куда счастливее, будь у нее какая-нибудь профессия. Но твой дед не одобрял, когда девушки шли на работу, поэтому она вышла замуж за Эдварда Дарранта. Он был хорошим человеком, только слабохарактерным. Монике нужен был кто-то посильнее… вроде Чарльза.
— Я вижу, вы его очень любите, — с улыбкой сказала Джоанна.
Миссис Карлайон кивнула.
— Я знаю, что нехорошо иметь любимчиков, но Чарльз всегда был мне очень дорог, — призналась она. — Вероятно, потому, что он очень похож на твоего деда, только без его суровости и приступов дурного настроения. — Она улыбнулась. — В молодости я недоумевала, что поддерживает жизнь в пожилых людях. Я не понимала, зачем они живут, если все самое прекрасное в жизни — любовь, замужество, рождение детей — для них уже в прошлом. Наверное, и ты так думаешь?
Джоанна помедлила с ответом, и бабушка, усмехнувшись, похлопала ее по руке.
— Конечно, думаешь, — сказала она. — В твоем возрасте человек старше пятидесяти кажется дряхлым старцем. Не бойся старости, Джоанна. Она не столь печальна, как кажется молодым. В ней даже есть свои преимущества. Оглядываясь на прошлое, в котором бывали и сердечная боль, и горькие переживания, старики как бы молодеют. Мы еще можем радоваться жизни вместе с молодежью, но уже боимся печали. Мы по собственному опыту знаем, что любые неприятности преходяще, и единственное, что я хотела бы увидеть прежде чем умру — это что Чарльз женился. Я боялась, что это случится еще не скоро, — тихо сказала она. — Но теперь мне кажется, что дождусь.
Джоанна пробовала воздушный малиновый кекс, но он почему-то показался ей безвкусным, как бумага. Наверное, бабушка надеялась, что прошлым вечером Чарльз сделает предложение Ванессе. Может быть она даже беседовала с ним по этому поводу. Но если Чарльз не сказал бабушке, что он хочет жениться на Ванессе, почему она так уверена, что ее желание сбудется?
«Наверное, сегодня он как бы отдавал последнюю дань увлечениям молодости, — сердито подумала Джоанна. — Ну ладно, только попробуй еще раз, кузен Чарльз — и ты получишь надлежащую реакцию!»
Было уже почти пять часов, но остальные члены семьи еще не вернулись домой. Вскоре после чая бабушка задремала, а Джоанна начала писать письмо Гюставу, чтобы отвлечься от необычных для себя мыслей.
Она как раз заклеивала конверт, когда услышала, что дыхание миссис Карлайон сделалось прерывистым. Взглянув на нее, Джоанна с беспокойством увидела, что старушка вцепилась в подлокотники кресла и пытается что-то сказать.
— Бабушка! Что с вами? — воскликнула Джоанна.
— М-мои таблетки… в… в корзинке, — едва слышно выдохнула та.
Джоанна схватила бабушкину корзинку для рукоделия, нашла небольшую белую коробочку и дала бабушке таблетки. Удивительно, но ее руки совершенно не дрожали, хотя внутри все обмирало от страха. Может быть, следует бежать в дом и звонить врачу? Нет, она не могла оставить бабушку одну.
«Господи, не дай ей умереть! Пусть таблетки поскорее подействуют!» Минут через десять еще очень бледная, но совершенно спокойная, миссис Карлайон уже извинилась, что так перепугала Джоанну.
— Успокойся, дорогая. Это просто один из обычных моих приступов. Они только со стороны кажутся такими страшными, — успокаивала она внучку.
Но Джоанна немного успокоилась лишь когда проводила бабушку в дом и уложила ее на диван. Однако миссис Карлайон запретила ей вызвать врача, сказав, что он все равно не сможет ей ничем помочь, только посоветует отдыхать. Поэтому не стоит беспокоить его в воскресенье. Она даже попросила Джоанну не говорить о приступе Монике.
— Моника опять раскудахтается, и от этого будет только хуже. Когда у человека такая болезнь, лучше научиться смотреть на подобные случаи спокойно. И не стоит поднимать лишнего шума.
И все-таки Джоанна с нетерпением ждала возвращения миссис Даррант и успокоилась, лишь услышав в холле голос тетки.
Дик и Маргарет Друри жили в одном из скромных небольших коттеджей, построенных в начале века. Но если у соседей были мрачные коричневые двери и деревья в кадках у входа, то дом номер 17 отличался ярко-желтой дверью и белыми пластиковыми жалюзи на окнах. Это не от хорошей жизни, объяснила Маргарет, просто палисадник у дома слишком мал, а свою «переднюю комнату» они использовали не только для приема гостей, поэтому без жалюзи любой прохожий мог увидеть, что делается в доме.
— Нам, конечно, нечего скрывать, но неприятно чувствовать себя золотой рыбкой в аквариуме, — сказала Маргарет.
Несмотря на неудобную планировку — входная дверь открывалась прямо в гостиную, — на Отсутствие ванной и такую крошечную кухню, что туда не помещался даже холодильник, дом Друри был на диво уютным.
— Конечно, как и всякой женщине, мне бы хотелось иметь современную кухню и шикарную ванную, — призналась Маргарет, показывая Джоанне две крошечные спальни и маленькую гардеробную, превращенную в детскую, где в своей кроватке спал Бантер. — Но этот дом, по крайней мере, наш. Первый год нашей супружеской жизни мы снимали квартиру… Это было ужасно!
— Мне очень нравится ваш дом, — искренне сказала Джоанна. — Мне кажется, единственный его недостаток в том, что мало будет места для Бантера, когда он начнет ходить. Или у вас большой сад за домом?
— Нет, не больше пятачка, — ответила Маргарет. — Но Чарльз настаивает, чтобы я пользовалась его садом. Он живет в десяти минутах ходьбы отсюда. Когда я начинаю скучать по зелени, я беру коляску, Бантера и отправляюсь с ним туда. — Она улыбнулась. — Если честно, я очень завидую Чарльзу, когда мы бываем у него в гостях. У него замечательный дом, совсем не похожий на жилище холостяка. Ты бывала у него?
Джоанна покачала головой. Она не хотела обсуждать Чарльза и перевела разговор на Бантера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
