Я считала карту и произнесла:
— Пятый этаж.
Не знаю, ждала ли я где-то на задворках мозга, что это не сработает, или, может, сирены и сигнальные огни включатся, предупреждая всё здание, но когда двери закрылись, и лифт дёрнулся, я ощутила прилив облегчения.
Я знала, что это было рискованное предприятие, и не было никакого способа проделать такое с лёгкостью, но лучшим местом для начала поисков информации, которая мне нужна, был офис отца. Новая карта безопасности открыла его дверь без проблем. Я закрыла её за собой и погрузилась в шкаф с документами.
После приблизительно двадцати минут поисков я просмотрела все файлы в маленьком шкафу рядом с его столом. Деловые расходные документы. Несколько файлов по персоналу, отмеченному к повышению. Но ничего не было сказано о том, как много Шестёрок в Деназене, и ещё меньше о том, кем они были. Оставались только ящики его стола. Как только я достигла верхнего ящика, голос раздался от двери.
— Какого чёрта ты делаешь?
У меня кровь застыла в жилах. Я взглянула на разъярённое лицо отца.
Глава XIV
Я поднялась на ноги, мозг работал со скоростью света, пытаясь придумать хоть какое-нибудь логичное объяснение.
Но на этот раз у меня его не было.
Он зашёл внутрь и закрыл за собой дверь. Хлопок заставил меня подпрыгнуть.
— Отвечай. Что ты делаешь? И как, черт побери, ты сюда попала?
Он продвигался вперёд, и на секунду я подумала, что он может меня ударить.
— Я… — я запнулась. Это тоже не было шоу. Я поднялась абсолютно с чистым мозгом. Впервые. Обычно я могу продать лёд эскимосам. — Я хотела посмотреть, смогу ли найти какую-нибудь информацию об этом Дэксе.
— Как ты прошла замки безопасности?
Я полезла за карточкой в свой карман. Он был там, холодный, гладкий пластик, потёртый с той стороны, с которой его касались мои пальцы. Но я не могла его достать. Он увидит свою карту безопасности, а не мою. Мои имитирующие способности не возвращали первоначальную форму самостоятельно, а так как у меня не осталось копии своей собственной карточки, я не могла ничего изменить. Я одарила его своей лучшей застенчивой улыбкой.
— Мм, чёрт. Я, должно быть, потеряла её.
— Ты потеряла её, — повторил он.
Опустив глаза, я притворилась, что рассматриваю пол.
— Я, должно быть, уронила её. Наверное, где-нибудь здесь.
Он был тих, пока я разыгрывала поиск карты безопасности по всей комнате. Могу поклясться, один раз угловым зрением я заметила его улыбку. Он позволил мне искать несколько минут, а потом откашлялся.
— Пошли. Мы уходим.
В автомобиле тишина была более чем жуткой. Она была тяжёлой. Злой. Мне нужно было сделать что-нибудь, чтобы разрядить ситуацию, в противном случае я никогда не доберусь до этого здания снова. И я никогда не получу информацию, которую хочет Джинжер, пока не проведу восстановительные работы. Быстро. Это должно быть что-то решительное. Разрывающее мир. Если я собиралась пролезть в Деназен, то я должна показать единственную карту, которая у меня есть. Своего туза в рукаве.
К сожалению, это был пиковый туз.
— Я хочу войти в дело, — выпалила я в тишине. — Я хочу работать на Деназен.
Отец хихикнул.
— Это невозможно.
— Почему нет? — потребовала я. — Те люди, которые похитили меня, они животные. Они планируют напасть на Деназен.
Боковым зрением я увидела, что глаза отца расширились.
— Что?
— Это была одна из их угроз. Они собираются восстать и свергнуть тебя. Они думают, что они лучше других, — бросала я это в пекло. — Я должна быть частью этого, папа. Мне нужно помочь остановить их.
— Дэзни, вряд ли ты чем-то сможешь помочь.
Другой отец, возможно, говорил сочувствующе. Другой отец, должно быть, сказал бы ту же самую вещь, имея в виду, что слишком опасно для его дочери-подростка вмешиваться в это. Другой, но не мой. Его слова были холодны, резки. Под ними ощущалось: нет ничего, что ты бы смогла сделать, чтобы помочь, потому что ты бесполезна. О да? Мы ещё посмотрим.
Я вздохнула и произнесла мысленно молитву и потянулась за ручку на панели управления. Крепко держась за неё, я схватила маркер, подкатившийся по полу к моим ногам. Я бросила его два месяца назад, когда папа забрал меня из школы, и думать про него забыла. Я представила себе, как держу два маркера, вместо ручки и маркера.
Секунду спустя отец выругался и вывернул руль влево. Раздался визг шин, машину занесло, и на какое-то мгновение в голове мелькнула мысль, что мы точно разобьёмся. К счастью, после нескольких отвратных секунд машина внезапно остановилась.
Всё немного кружилось, но пульсирующая боль в голове начала потихоньку стихать.
Отец уставился на меня, но не в шоке или ужасе, это было что-то другое. Будто он признал, что был не прав? Едва сдерживаемое волнение? Чем бы это ни было, это было своего рода жутковато. Он ведь должен был понимать, что такое возможно, ведь так? Он держал маму, и она была Шестёркой. Так что шансы пятьдесят на пятьдесят, что я буду такой же, как она.
— Кажется, я могла бы быть полезной в чем-то, папа. Ты так не думаешь? — Я повернулась, глядя ему в глаза. Сжав кулаки, я повторила то, что говорила ему вчера: — Я должна заставить их заплатить.
Учитывая страшную тайну, в которой призналась, я была обескуражена, но испытывала облегчение, когда папа оставил меня в покое, чтобы вернуться к работе. Как только он вышел на улицу, я выскользнула за дверь и направилась через лес в город.
Моя первая остановка была у Руди — была ошибкой. Алекса не видели там с тех пор, как он ушёл прошлой ночью, чтобы встретиться со мной и Кайлом. К счастью, однако, Руди дал мне его новый адрес. Что было хорошо, потому как я до этого не знала, куда он переехал. Но опять же, такое может случиться, когда вы избегаете кто-то в течение года. После небольшого трёпа с Руди и обещания забегать чаще, я двинула по своим делам.
Я направилась к пиццерии на Четвёртой улице. Это было единственное место в округе, где, как я знала, снаружи располагался телефон. Остальные были либо рядом с туалетами, либо в вестибюлях. Где слишком легко подслушать. Привет, паранойя.
Подняв трубку, стараясь не соприкасаться с засохшими розовыми комочками жвачки, я набрала номер Бренда.
— Привет, — сказала я, когда он ответил на звонок. — Это я.
— Боже, Дэз. Относительно долбанного времени, — выплюнул Бренд. — Я был в бешенстве.
— Я знаю, знаю. Прости. Я вернулась домой. Я имею в виду, не в эту секунду, но отец пришёл и забрал меня вчера.
— Пришёл и забрал тебя?
